Улицы Петербурга
Suzuki Boulevar мчался по мощеному проспекту навстречу холодному зимнему закату. Розоватые лучи скользили по глянцевым бокам, но будто пронзали насквозь наездника. Северина в новой серебристой «коже», напоминающей легкий космический скафандр из старого советского фильма «Отроки во Вселенной», таком же шлеме и дубленке, не подходящей для езды на мотоцикле, казалась настолько уязвимой, что я следил за каждым ее маневром, задержав дыхание. Человек или вампир?
С легкой душой я оставил Алису в Калининграде вместе с Тристаном, главой алхимиков. Он планировал изменить порядок не только в нашей стране, но и во всем мире. Его артефакторы обуздали философский камень. А сам Тристан заложил основу новому режиму, собственным примером показав алхимический путь преобразований. И они все пошли за ним, и вампиры, и охотники, – каждый увидел в нем близкого по духу.
А потому мы с Севериной оказались в Петербурге. Мы вели переговоры и планировали большое путешествие по России на мотоциклах, но решили начать с города, который я когда-то называл домом. Хотя я и не чувствовал себя в нем на своем месте, но вырос в культурной столице под опекой отца и бабушки, невидимые ниточки так или иначе связывали меня с мостовыми и памятниками, соборами и потертыми крышами.
Северина встречалась с главой вампиров, я разыскал охотников. А сегодня мы мчали на общий слет. Пробирка с квинтэссенцией Алисиного духа хранилась у Северины. Любимая обещала выпить ее, когда будет готова. Я, конечно, понимал, что для успешной миссии мне необходима напарница-вампирица, но каждый раз ожидал уловить в Северине перемены. Подметить ритмичное дыхание или услышать беспрерывное биение сердца.
А может, то будут какие-то иные непредсказуемые мелочи? Но я хочу знать первым!
Первой учуяла Мецтли. Собака залаяла и протяжно взвыла, приветствуя своих сородичей. Они ловко окружили Северину, заставив Boulevar натужно заскрипеть при резком торможении. Я предупредил охотников, что вампиры придут с миром, но пройдет время, прежде чем каждый смирится с нашим сродством. Прежде чем каждый из нас будет с гордостью звать себя алхимиком.
– Дальше на метро, – пригласила невысокая коренастая охотница, предупредительно взмахнув карманным арбалетом.
Я несколько лет не пользовался подземкой, передвигаясь исключительно на мотоцикле, и даже обрадовался. Северина усмехнулась и подметила:
– И тут охотники засели в бункере.
– В Петербурге везде дворцы, даже под землей, – отбила наша новая знакомая. – Я Нина.
– Северина Кос. И я не пью кровь людей, и слюна бухгальера мне не опасна. Так что можешь опустить свою игрушку.
А мы познакомились чуть раньше. Но такие сюрпризы я оставил на потом, чтобы понаблюдать растерянное выражение на лице Нины, а затем и на лицах ее товарищей. Ведь одно дело – услышать сказки из уст незнакомца. И совсем другое – наблюдать воочию, на что способна кровавая алхимия и эликсиры, вышедшие из-под руки моей сестры.
Дом братьев-алхимиков
Руслан не захотел больше заниматься наукой. Хотя после речи Валдиса стало понятно, что перед нами огромная область исследований. После разоблачения их уловки с единой личностью Руслан охладел и к власти. А Максим Андреевич отказался пить эликсир и, как пошутила Самира, действительно принял на себя руководство оставшимися вампирами. Лилию Тристан пропустил в Золотой город, не желая разбрасываться алхимиками и биохимиками. Руслан же решил сбежать от прежней жизни и засобирался в путешествие.
– Раньше ты прятался в тени, пора и мне попробовать, – объяснил он Тристану, пакуя вещи.
Поселившись в их общем доме, я немало смущала обоих, но в съемную квартиру Тристан меня не отпустил. Забрал оттуда мои пожитки одним вечером и нагромоздил в гостиной. А еще поспешно оборудовал человеческую кухню. Руслан негодовал, но понимал, что его близнец изменился и быт менялся вместе с ним независимо от моего присутствия.
– Можем поехать вместе, – вдруг предложил брату Руслан. – За камнем присмотрит Эдита. А Ясину оставим с Рыжовой. Посмотрим, кто кого загрызет.
Лиза не захотела возвращаться к восточной группе, а встречи со мной старательно избегала. Хотя во время поединка я видела ее желание помочь, да и Тристана с Русланом она явно разглядела лучше, чем прежде. Нам некого было делить. И я несколько раз звала ее в паб «Алхимия», но подруга не приходила.
– Amor non est medicabilis herbis [37], – завуалированно отказался Тристан на латыни, но я отчего-то поняла.
Руслан фыркнул ему прямо в лицо, засунул какие-то бумаги в кожаный портфель и пожал плечами:
– Называй как хочешь. Во мне кипит страсть и жажда. Любовь? Что это вообще? Ты знаешь?
– Я учусь. Так же как учусь снова быть человеком.
– Не помню, чтобы ощущал любовь, даже когда был человеком. И так ли она необходима для существования?
– Если ты планируешь жить, а не просто существовать в вечности, – поддел Тристан.
– Расчет и логика помогают мне выжить. Любовь тебя погубила.
– Я жив как никогда.
– А я буду жить, когда в этом мире не останется даже упоминаний о тебе, брат, – ухмыльнулся Руслан и щелкнул Тристана по носу, будто, перестав быть вампиром, тот сразу сделался младше.
– И для чего же? – Тристан перехватил его ладонь, и теперь казалось, что они мерились силами прямо в воздухе.
Руслан вопросительно нахмурил брови.
– Какой смысл? – повторил Тристан.
Руслан расхохотался, похлопал его по плечу свободной рукой и с видом умудренного опытом человека заявил:
– Мне казалось, что поиски смысла жизни давно остались в прошлом занудных философов. Нет его, смысла. Все просто такое, какое есть. И я есть. Мне здесь весело, Тристан.
– Тогда смысл в веселье, – парировал Тристан. – Приходи, когда наскучит.
– Приходи, когда избавишься от девчонки… от зависимости и от глупости. Научу тебя веселиться по-настоящему.
С каменными лицами они пожали друг другу руки, будто действительно договорились о чем-то важном. Руслан подхватил рюкзак, портфель, чемодан и направился к выходу. Сквозь широкие окна я наблюдала, как он грузил багаж в черный автомобиль. Тристан следил за ним с крыльца. Но, перед тем как усесться за руль, Руслан поманил меня рукой, требуя выйти.
Обнимет на прощанье?
Морозный воздух пробирался сквозь тонкие легинсы и ажурную вязку широкого кардигана. Домашние тапочки скользили на влажных ступенях. А Руслан прокричал, придерживая водительскую дверцу, и не выпустил при этом даже маленького облачка пара:
– Заеду за Рыжовой. Ее не стоит оставлять с Лилией, согласна? – Он игриво подмигнул и запрыгнул на сиденье, лихо развернул машину, приоткрыл окно и серьезно добавил: – Ей жаль твоего хомяка, хотя, как по мне, адскому чудовищу еще повезло. Я постараюсь, чтобы Рыжова не забыла, что виновата в его кончине. Тогда, возможно, через год-другой она созреет до разговоров по душам.
Руслан ударил по газам и скрылся за воротами быстрее, чем я успела открыть рот.
– Лиза ведь ни при чем, – пробормотала я самой себе. – Химичок сам бросился в Огонь. Для чего он собрался говорить ей гадости?
– В этом весь Руслан. – Тристан приобнял меня за плечи. – Идем в дом.
Аэропорт Храброво
Мы с Русланчиком ждали посадку на рейс. Хорошо подкрепившись – он привез мне порцию крови, – я надеялась благополучно пережить дальний перелет с пересадками. Но в зале ожидания собралось столько народу, что я начинала медленно сходить с ума от аппетитных запахов. Меня сдерживало только одно: от простой человеческой крови обязательно заболит живот. А потому я отвлекалась болтовней.
– Они не спросили, куда ты поедешь?
– И какое им дело? У них любовь, – отмахнулся Русланчик.
– Алиса написала мне очередное сообщение. Простыня текста! И знаешь, кажется, она искренне беспокоилась, пока ты держал меня взаперти.
– Так встретилась бы с ней, – уколол он, прищурив глаза. – Глядишь, святая Ясина все бы тебе простила. Она же любит вампиров. Одного так точно.
Ну нет. Выяснять отношения, рыдать друг у дружки на плече, жаловаться на Русланчика или на гадкого Эба – этого мне вовсе не хотелось. Я не находила больше общих тем. Знала, что подруга могла бы исследовать мои особенности, но не представляла, как признаться ей, что попалась на крючок придурковатого вампира-ученого и питалась только особой смесью. Одна из всего вампирского рода. Но это только мое дело! Я выбираю страдать рядом с обожаемым Русланчиком. А Алиса пусть упивается любовью к Тристану.
– Она искала меня все это время, – выплюнула я и растерла плечи, будто любовь подруги придавила меня неподъемной плитой.
Не надо меня любить! И искать меня не надо! Я не хочу видеть жалость в твоих синих глазах!
– Вряд ли нас будут искать во Владивостоке, – успокоил Русланчик. – И перемены еще долго туда не докатятся. Представляешь себе Радомира и Северину на мотоциклах, колесящих через всю нашу необъятную родину?
Громкий ехидный смешок вырвался сам собой, на меня даже тявкнула пушистая собачонка из переноски на соседнем кресле.
– Но там наверняка есть свой лидер. – Меня беспокоило, как нас встретят местные вампиры.
– Вот и познакомимся, – хищно осклабился мой пушистенький шмелик Русланчик. – А еще там отличные исследовательские центры. Близость к Китаю, Корее и Японии, к техническому прогрессу и, в конце концов, к океану.
– Будем исследовать акул?
– Разберемся с твоими особенностями и придумаем, как их выгодно использовать.
– Ты чудо-о-овищно сообразителен! – восхитилась я и облизала губы, накрашенные красной помадой на манер той Даши, оказавшейся охотницей-адвокатшей. Русланчик смотрел на нее с неподдельным интересом, что вызывало во мне жгучую ревность. Аппетит, с которым он смотрел прежде на Алису, был иным, гастрономическим. Но уезжал-то он со мной. Поэтому я гнала от себя неприятные мысли и широко улыбалась алым ртом. – Обожаю.
– Ты обожаешь консервант, который я подливаю в твою еду. А я обожаю интересные задачки. И ты теперь – одна из них.
– Мне достаточно, что ты обожаешь меня по цепочке.
– Объявили посадку.
– Так чего же мы ждем?