Внутри дом тоже оказался деревянным. Полностью: от массивных стен до

мельчайших резных деталей.

Первый этаж состоял из большой гостиной с огромным камином и кухни.

Камин, облицованный неровными серыми камнями, находился в центре. Над ним

висела широкая дубовая полка, на которой стояло множество толстых

свечей. Сбоку расположилась большая плетеная корзина с дровами. По

бокам от камина стояли два глубоких кресла с высокими спинками и

деревянными подлокотниками, обитые потертым бархатом приглушенного

зеленого цвета. Между ними низкий журнальный столик из темного

дерева. На полу лежал толстый ковер с выцветшим орнаментом в рыжих и

глубоких синих тонах. У большого панорамного окна раскинулся широкий

диван с бежевыми подушками и бордовым покрывалом, которое небрежно

лежало с краю. Рядом на полу еще одна плетеная корзина. Но меньше.

Оттуда торчали разноцветные клубки, пестрые носки и кончики длинных

спиц.

Кухня примыкала к гостиной, отделенная невысокой деревянной барной

стойкой. Медные кастрюли и сковородки висели на крючках строго по

размерам — от самой маленькой до самой большой. На столешнице

обнаружилась ручная мельница для кофе. И, судя по аромату, ей совсем

недавно пользовались. Сбоку я увидела жестяную банку с печеньем и

нож. Над небольшой плитой, возле которой стоял баллон с газом,

висела полка с глиняными горшками и пучками пряных трав.

На второй этаж вела узкая лестница с овальными ступенями и деревянными

перилами. Дверь за ней, скорее всего, вела в подвал. Удобства, как я

помнила из брошюры, располагались на улице.

Я ведь мечтала побыть вдали от цивилизации. Вот оно! Никакого

электричества, канализации, связи и прочего.

Стены домика украшали картины с пейзажами Алтая и полки с книгами и

свечами. Вообще свечей было очень много, как напоминание того, что

электричества в доме нет и не будет.

Когда я вошла внутрь, оборотень уже разжигал камин, подбрасывая в него

щепки. Я уже собиралась сесть в ближайшее кресло, как была

остановлена резким окриком:

— Стоять!

— Что? — застыв в полусогнутом положении, прохрипела я и испуганно

заозиралась. — Что не так?

— Не смей туда садиться! Ты же все намочишь!

— Чего? — Я аж задохнулась от такой наглости.

— От тебя на полу уже лужа. Так что на ковер тоже не вставай, — выдвинул

новые требования зверь.

Лужа с меня действительно натекла. Небольшая. И теперь глянцево блестела

у моих босых ног.

— Ты там случайно не стукнулся головой? — прошипела я, поднимая на него

глаза.

— Наверное, стоило оставить тебя на улице, — тут же оскалился он.

Если бы взглядом можно было убить, оборотень уже давно лежал бездыханным

у камина.

— Рискни меня выгнать, — пригрозила я, сжимая кулаки.

Вряд ли это подействовали мои угрозы, но оборотень неожиданно сменил гнев

на милость.

— Ну так и быть, оставайся. Только не намочи здесь все. Лучше возьми себе

на кухне стул.

— Я?

— Ну не я же, — отозвался он.

— Ты сама гостеприимность, — процедила я, направляясь в кухонную зону за

табуретом.

— Я тебя в гости не звал, поэтому и не обязан быть гостеприимным.

— И я тебя тоже. Кроме того, от тебя лужа не меньше, — огрызнулась я и с

грохотом поставила деревянный табурет у камина.

— Я хозяин. Мне можно, — нагло заявил оборотень.

— Ты такой же хозяин, как и я! — напомнила я, обхватывая себя за плечи.

— Но я приехал сюда раньше.

— И что? Мог бы уступить девушке, — и ехидно добавила: — Как настоящий

мужчина.

— Мог бы, — не стал отрицать он. Кстати, не мешало бы узнать его имя.

Мое-то он знал. — Но ты не девушка. Ты ведьма.

— А ты оборотень, — не осталась я в долгу.

— Вот и выяснили, — подытожил он и принялся расстегивать рубашку.

Я и глазом моргнуть не успела, как оборотень стащил ее и, не глядя,

бросил на пол. Надо сказать, торс у него был… впечатляющий.

Рельефный, мощный, пропорциональный. Признаю, я даже немного

впечатлилась. Но не настолько, чтобы из-за этого уступать дом и

отказываться от законного отпуска.

— Надеюсь, штаны оставишь при себе? — тут же спросила я. — Давай сразу

обозначим: менять дом на твои… услуги я не намерена.

— Мои… услуги не продаются. Особенно ведьмам, — припечатал он, наклоняясь

к ближайшему креслу, где, как выяснилось, лежала темная водолазка.

Надев ее, он подбросил в камин пару дровишек. Джинсы снимать не стал. То

ли стеснялся, то ли решил, что ведьма не достойна такого зрелища.

Тепло от камина согревало, но этого было мало. Волосы свисали сосульками,

с них продолжала капать вода, а платье неприятно холодило кожу, не

давая согреться. Я снова поежилась и, осмотревшись, попросила:

— Подай плед.

Ответом мне была тишина.

— Пожалуйста, — процедила я сквозь зубы.

— Не хватает, — отозвался оборотень.

— Чего не хватает?

— Искренности.

Пришлось прикусить губу, чтобы не нахамить.

— Так ты дашь плед?

— И не подумаю. Ты его намочишь.

«Нет, он точно решил вывести меня из себя!» —

возмущенно подумала я, а вслух звенящим от напряжения голосом

произнесла:

— Хорошо, сама разберусь. Тут же за домом должен быть горячий источник.

«Вот куда мне надо — в источник. Не к камину! Залезу туда

и сразу согреюсь. Заодно и искупаюсь, смою с себя речную

воду!».

— Есть. Но к нему ты не пойдешь.

«Это уже ни в какие ворота не лезет!».

— Ты не офигел? — выпалила я, забыв о том, что собиралась быть вежливой.

— Сначала мы поговорим.

Судя по тону, отказ не принимался.

— Замечательно. Давай проясним сразу: я отсюда никуда не уеду. Я

добиралась сюда больше суток и имею полное право здесь находиться! —

яростно воскликнула я.

— Я тоже. Имею полное право отдыхать. И ведьма мне тут не нужна.

— Как и мне оборотень!

— Но мы здесь. Оба. А дом один.

В гостиной воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском поленьев в камине.

— И что теперь? — поинтересовалась я, в который раз шмыгнув носом. Надо

будет принять на ночь настойку. А то так и заболеть можно. — Вызовем

Кергилова и потребуем компенсации? Он не имел права сдавать дом

сразу двоим.

— И как ты собралась его вызывать? Связи здесь нет.

— Но тут должен быть спутниковый телефон, работающий на батарейках.

— Должен быть. Но он не работает. Похоже, Кергилов, подстраховался.

— И что это даст? Через неделю он все равно вернется. Или ты думаешь, он

бросил нас здесь навсегда?

Такая перспектива мне не понравилась.

Оборотень лишь пожал плечами, и я продолжила:

— Только зря. Мои друзья знают, куда я поехала, и если я вовремя не

вернусь, поднимут тревогу.

Пусть знает, что я не одна, и обо мне есть кому вспомнить.

— Возможно, он надеется, что к тому времени я тебя съем. Нет тела — нет

дела.

Уж не знаю, шутка ли это, но мне было не смешно. Совсем. Я опасливо

покосилась на застывшего у камина хищника и осторожно заметила:

— Я невкусная.

— А я не ем ведьм. В вас столько яда, что запросто можно отравиться. Так

что расслабься.

Ага, расслабишься тут, когда что ни фраза, то угроза.

— И что нам делать? Выбраться отсюда нельзя, если только на катере. На

том самом, на котором сбежал Кергилов. До ближайшей деревни часов

пять-шесть пути по склонам и горам. И то я не знаю куда идти, —

пробормотала я, а потом, спохватившись, добавила: — И даже если бы

знала, то точно не пошла бы.

Снова наступила тишина.

— Ты мне не нравишься, — сообщил оборотень.

— Ты мне тоже, — не осталась в долгу я.

— Терпеть не могу ведьм.

— Я это уже поняла. Поверь, я от тебя тоже не в восторге.

— И что теперь? — сощурился он.

— Не знаю. У нас не так много вариантов. Точнее, всего один, —

многозначительно протянула я.

Мы обменялись долгим взглядом.

— То есть ты предлагаешь… нам придется существовать вместе? — с трудом

выговаривая каждое слово, спросил он и скривился так, будто наелся

лимонов.

— Ты не мешаешь мне, а я не мешаю тебе, — кивнула я. — Насколько я помню,

здесь две комнаты. Можем вывесить график пользования общим

имуществом.

— Никакого графика. Этот дом мой, — прорычал оборотень.

— Как и мой.

— Я ведь могу тебя выгнать.

Теперь пришла моя очередь щуриться.

— Не советую, — процедила я. — Не забывай, что я ведьма. В силе мне с

тобой не сравниться, но в хитрости… Ты же не хочешь ссориться с

ведьмой?

— Угрожаешь?

— Предупреждаю. И предлагаю заключить соглашение о проживании на одной

территории.

Оборотень молчал, лишь смотрел исподлобья. Но не отказывался — уже

хорошо. Кажется, у нас получится заключить мирное соглашение.

— Кроме того, кое-кому не мешало бы представиться, — с улыбкой заметила

я.

Снова тишина.

— Руслан, — сухо обронил он спустя несколько долгих секунд.

— Руслан и?..

— Просто Руслан. А ты Лана.

«Надо же, какая таинственность. Хотя мне-то какое дело?

Руслан и Руслан».

— Что ж, договорились, — кивнула я, вскакивая с табурета и протягивая ему

руку. — Неделю живем, не мешая друг другу.

Оборотень смотрел на мою ладонь несколько секунд. Так будто она могла

укусить. А потом поднял на меня взгляд.

— Не советую играть со мной, ведьма.

— Аналогично, оборотень. — Я опустила руку. — И раз вопрос решен, то я

пошла за вещами и в источник. Надеюсь, ты не будешь подсматривать.

— Сказал же, ведьмы меня не интересуют.

— Вот и помни об этом.

Выйдя на улицу, я слегка поежилась от легкого ветерка, который налетел

из-за угла. Вроде на улице было тепло, градусов двадцать, а

ощущалось как-то… промозгло. Наверное, сказывалась близость к реке.

Спустившись к пристани, я схватила свои чемоданы, а также сиротливо

валявшиеся рядом босоножки, и медленно потащила наверх. В дом

заносить не стала. Вместо этого подошла к террасе, положила один из

чемоданов на лавку и принялась в нем копаться.

«Так, что мне понадобится? Белье. Легкий розовый пуловер,

спортивные серые широкие штаны с лампасами и шлепанцы. А еще

полотенце».

Источник обнаружился быстро — за домом, в небольшой рощице. Он

представлял собой небольшой округлый бассейн с гладкими каменными

бортами. Над слегка мутной водой поднимался пар. Судя по всему, она

поступала прямо из-под камней.

Сбросив сырую одежду, я осторожно ступила в бассейн.

Тепло окутало тело, словно мягкое одеяло. Мышцы сразу расслабились, дрожь

ушла, а по коже побежали приятные мурашки. Я опустилась глубже,

позволяя воде достичь плеч, и выдохнула.

— Ох… — прошептала я, откидывая голову назад, — как же тепло....

Над поверхностью поднимался пар, создавая легкую туманную завесу.

Никакого шума и вообще никаких лишних звуков, лишь щебетание птиц,

легкий шелест ветерка в кронах деревьев и журчание реки вдалеке.

Мне даже не пришлось прикладывать усилий, чтобы почувствовать силу,

которая буквально витала в воздухе. Первородная, мощная, незыблемая.

Ради этого стоило приехать сюда.

Вообще-то для людей источники располагались лишь на юго-востоке

республики, в ста километрах от села Кош-Агач. А здесь была

пограничная территория, поэтому для ее посещения требовалось

специальное разрешение.

Только вот я, будучи не совсем человеком, а самой настоящей ведьмой, и

отдыхала по-ведьмински. Нам, обладающим магией, полагались кое-какие

плюшки, к числу которых относился и этот тайный домик на реке

Катунь, и вот этот горячий источник, с помощью магии устроенный

здесь много лет назад, возможно, даже несколько столетий назад.

Алтайцы такие источники называли аржанами. Вода в них обладала не только

высокой температурой, но и целебными свойствами. Так что мне дважды

повезло, и этому стоило радоваться.

Какое-то время я лежала в горячем бассейне и от всей души наслаждалась

своим волшебным происхождением.

Но как бы сильно мне ни хотелось остаться здесь, надо было вылезать. Да и

погода стала меняться: небо заволокло тучами, а ветер усилился. Да и

солнце уже садилось. Все-таки начало сентября — это осень, и

вечерами тут было прохладно.

Переодевшись, я замотала волосы полотенцем, взяла мокрые вещи и

отправилась за чемоданами. Стиральной машины тут не имелось, но

нашелся таз и кусок мыла, который сильно пах сиренью. Постирав вещи,

я аккуратно развесила их на сушилке.

И только после схватила чемоданы и зашагала в дом.

Руслана внутри не оказалась. Зато горел камин, создавая в помещении тепло

и уют. На барной стойке на толстой деревянной доске лежали хлеб, сыр

и ветчина. Соорудив себе бутерброд, потом еще один, я быстро

перекусила и потащила чемоданы на второй этаж.

Наверху располагалось две спальни. Недолго думая, я толкнула дверь слева.

Она оказалась не запертой. Я заглянула внутрь — признаков чужого

присутствия не наблюдалось.

— Будешь моей, — торжественно провозгласила я, затаскивая чемоданы.

Несмотря на небольшой размер, комната была довольно уютной. Здесь имелось

окно, украшенное легким тюлем. С правой стороны стояла узкая

деревянная кровать, накрытая пестрым покрывалом, у трюмо с зеркалом

табурет, а возле двери деревянный шкаф. На полу лежал мохнатый белый

коврик. И, конечно, повсюду были расставлены свечи.

Впрочем, зажигать их я не стала. Как и разбирать вещи. А вот настойку

выпила, поскольку болеть сейчас совсем не хотелось.

Усталость прошедших суток навалилась с такой силой, что глаза закрывались

сами собой, а от широких зевков я боялась свернуть себе челюсть.

Поэтому оставив чемоданы у входа, я устроилась на кровати просто

полежать. И сразу же отрубилась.

Когда я проснулась на следующее утро, солнце ярко светило в окно, у меня

от неудобного положения онемела рука, затекла шея и судорогой свело

желудок.

— Да здравствует новый день, — простонала я, с трудом поднимаясь.

Здравствовать новый день отказывался категорически. Потому что в

вертикальном положении у меня еще и голова разболелась.

Прищурившись, я изучила свое отражение в зеркале: помятое лицо, огромные

темные круги под зелеными глазами, карамельные волосы торчат в

разные стороны.

— Тебе в таком виде только к русалкам, — пробормотала я, проведя ладонью

по лицу. Краше от этого оно не стало.

Разбор вещей я отложила до следующего раза. С трудом переставляя ноги и

постоянно зевая, выползла из комнаты и тут же уловила его — запах

еды!

«О-о-о-о, это же яичница… с бекончиком…».

Я едва не проглотила язык.

На кухне Руслан в огромной сковороде готовил завтрак. Я насчитала аж

десять яиц и пять полосок бекона. Жир, масло, яйца… я чуть слюной не

захлебнулась от этого великолепия.

Руслан тем временем схватил прихватку, взял сковороду и понес ее к столу.

У меня едва не случился сердечный приступ… или желудочный, когда это

великолепие пронеслось мимо.

И тут до меня и дошло, что никто не собирается делиться со мной

завтраком. А я тут… слюни распустила. А я ведь рассчитывала на

перемирие. Мол, ночь прошла, страсти утихли, давай закрепим наш союз

вкусным завтраком.

— Приятного аппетита, — произнесла я, все еще надеясь, что у оборотня

проснется совесть.

— В подвале, — равнодушно отозвался он, присаживаясь за стол и ставя

перед собой сковородку со скворчащим великолепием.

Подцепил вилкой кусочек бекона, намотал его, взял яичко, кусок хлеба и

принялся с аппетитом есть. Один!

— Хм… сколько холестерина, — выдала я, демонстративно проходя мимо. —

Кошмар!

«Пусть знает, что я не такая... и вообще! Сам дурак!

Причем жадный!».

Я уже схватилась за ручку, когда он напомнил:

— Корзину возьми.

«Подумаешь!» — мысленно фыркнула я, но корзину

взяла.

Открыла дверь и уставилась в непроглядную темноту, в которой запросто

можно сломать шею.

— Фонарик с правой стороны.

Вот так, подсвечивая себе фонариком, я спустилась вниз.

— Ну что? Нравится тебе? — проворчала я себе под нос. — Мечтала же вдали

от цивилизации. Получила! Нет ванной, нет даже душа, холодильник

тоже отсутствует, как и стиральная машинка. Наслаждайся!

Первое, что я почувствовала, спустившись вниз — холод. А потом магию.

Посветив фонариком, рассмотрела амулеты, которые висели над дверью.

Печати. Они не умели вырабатывать холод, но могли его удерживать. Поэтому

продукты и не портились.

Внутри оказалось еще холоднее. Зато светло. Стоило мне войти, как над

головой загорелась небольшая лампочка, которая, по всей видимости,

подпитывалась за счет батареек, и сейчас подсветила ровные ряды

стеллажей с продуктами.

Чего здесь только не было! Я словно попала в магазин. Выбирай — не хочу.

Мешки с крупами, ящики с овощами и фруктами, ровные ряды молочки в таре с

маркировкой о сроке годности. Целые головы сыров и кругляши

колбасок. На крюках под потолком висели окорока и копчености.

И везде я видела руны-печати. Здесь не только на холод, но и на

сохранение продуктов, чтобы не испортились от времени.

Сначала хотелось взять всего и побольше. Но наверху это все быстро

пропадет. Поэтому я ограничилась йогуртом, знакомым куском ветчины и

сыром. Все натуральное и полезное… не то, что яичница с беконом.

Еще я взяла зелени, чтобы на обед сделать себе салат, сделав мысленную

пометку не забыть румяные яблоки.

В дальнем углу, самом холодном из всех, где даже пар шел изо рта, в

специальных кадках хранилось мясо и птица. Недолго думая, я

прихватила кусок куриной грудки.

— Сварю бульон на обед, а курицу покрошу на салат, — сообщила я сама

себе. — И вообще я на Алтае. Приехала просветляться и раскрывать

потоки магии, оздоравливать организм.

Но как бы я себя ни настраивала, соблазнительный образ глазуньи с беконом

все равно вставал перед глазами.

Вздохнув, я повесила потяжелевшую корзинку на локоть и отправилась

наверх.

К ароматам яичницы и бекона прибавился запах свежесваренного кофе.

Я ведь уже полгода находилась в завязке… в смысле, без кофе. Воспитывала

силу воли и пыталась отказаться от последней вредной привычки. А тут

такой аромат!

Закрыв глаза, я жадно вдохнула, и улыбка сама собой заиграла на моих

губах.

Оборотня в доме не наблюдалось. Еды тоже. Остался только

головокружительный аромат. Руслан оказался приятным и ответственным

жильцом, он даже посуду за собой помыл в тазу, нагрев немного воды.

Фыркнув, я поставила курицу вариться и села завтракать. Бутерброд уже не

казался таким аппетитным как вчера.

Перерыв ящики, я нашла травяной сбор и заварила себе чай. Получилось

вкусно, ароматно, полезно, даже настроение прибавилось.

— Отпуск маленький, так что нельзя терять и дня! — радостно проговорила

я.

Тем более что день обещал быть солнечным и теплым.

А потому я пошла собираться. Для начала переоделась. Натянула

обтягивающие легинсы и короткий топ. Волосы собрала в гульку,

которую закрутила на самой макушке. Взяла коврик для йоги, бутылочку

с водой и шагнула за порог.

Снаружи было прохладновато, но так даже лучше. Не усну. Расстелив коврик

на деревянном настиле, я села в позу лотоса, закрыла глаза и глубоко

вздохнула.

Сейчас самое главное — настрой. Следовало отключить все пять чувств и

задействовать шестое. Настроиться на окружающий мир, почувствовать

его, стать единым целым, одним организмом. И тогда… и только тогда

духи этого места откликнутся, выйдут на связь и даруют все

необходимые знания.

«Великая Кан-Кереде, царь-птица, стерегущая покой, мир,

счастье и богатство этого края, покровительница зверей, птиц

и природы, услышь меня. Поверь в меня. Позволь мне ощутить

всю мощь твоего мира».

Конечно, я сомневалась, что священная птица, покровительница Алтая

ответит, но все же надеялась почувствовать отголосок ее силы.

Снова сделала глубокий вдох и медленный выдох. И так несколько раз, пока

тело не стало легким, а разум не освободился от всех проблем. Я уже

чувствовала это место, прониклась силой Алтая и готова была стать

его частью, открываясь всем сердцем…

«Внутреннее равновесие… внутреннее…»

Бум! Бум! Хрясь! Тук!

Бум! Хрясь! Хрусь! Бум! Тук!

Тот свет, к которому я так отчаянно тянулась, начал отдаляться. Тишина

сменилась противными звуками, не давая сосредоточиться. Все, к чему

я так стремилась исчезало.

Но я же упрямая и просто так сдаваться не собиралась.

«Отринуть все! Не поддаваться!»

Снова вдох-выдох.

Бук! Хрясь! Тук!

«Внутреннее равновесие».

Бум! Бум! Бум!

— Внутрр-р-р-р-р-р-р… да чтоб тебя! — прорычала я, открывая глаза и

быстро осматриваясь.

Неприятный звук доносился со стороны сарая. Глухой, ритмичный, будто

кто-то колотил по дереву тяжелым предметом. И я отлично знала, кто

это!

— Вот же… зверюга! Чтобы у него хвост отвалился и зубы повыпадали! —

раздраженно проворчала я, вскакивая и направляясь к источнику шума.

И точно — Руслан! В спортивных штанах и без футболки, с мокрыми от пота

волосами он размашисто рубил дрова. Каждое движение сопровождалось

тем самым «бум», а щепки разлетались веером с противным «хрясь» и

падали уже не так грозно «тук».

— Ты издеваешься?! — рявкнула я, скрестив руки на груди.

Он замер и поднял голову. Взгляд золотистых глаз медленно скользнул по

мне снизу вверх, слегка задержался на груди и только потом

остановился на лице.

— Нет. Рублю дрова, — отозвался Руслан и, взяв новое полено, повернулся

ко мне задом.

Мышцы на спине напряглись, образуя красивый рельеф на блестящей от пота

коже. Крохотные капли скатывались по шее, собирались в углублении

ключиц, приковывая к себе внимание, а после опускались по

позвоночнику ниже к самой резинке его штанов.

— А ты не мог бы делать это… — сглотнув, я сухо продолжила: — в другое

время?

— Нет.

Какое красноречие!

— Почему? — с трудом сдерживаясь, поинтересовалась я.

Почему мне так не везло? В кои-то веки мне встретился такой

привлекательный, даже красивый мужчина, и тот оказался хищником.

Опасным, диким и непредсказуемым. Один яростный взгляд золотистых

глаз чего стоил. От таких следовало держаться как можно дальше.

— Потому что хочу рубить сейчас.

Бум! Хрясь!

— Но ты мне мешаешь.

— Я тебя даже не видел и буду рад не видеть до конца недели, — оскалился

Руслан.

— Замечательно! — Я отзеркалила его гримасу. — Я бы тоже очень этого

хотела. Не видеть и не слышать!

— Это ты ко мне пришла, а не я к тебе. Я с тобой встречи не искал, —

равнодушно заметил он, хватая очередное полено.

— Я бы тоже не искала, но ты мне мешаешь. Шумишь и не даешь

сосредоточиться!

— Я просто рублю дрова, — медленно, тщательно выговаривая каждое слово,

произнес Руслан и добавил: — И меня совершенно не волнует, чем ты

там занимаешься. Можешь хоть голой танцевать у костра.

— Не дождешься. Я медитирую, настраиваюсь на природу, пытаюсь войти в

контакт с духами этого места.

— Духами? Надеюсь, Кан-Кереде вызвать не пыталась?

— Разумеется, нет, — поспешно отозвалась я. — Священная птица давно стала

легендой. Ее веками никто не видел. Но здесь и без нее есть чем

заняться. Если ты не знал, то здесь, на Алтае, каждая река, каждое

дерево, травинка, камень и даже ветер имеет своего духа-защитника.

Они все слышат, все знают и помогают. Если хорошо попросить.

— И что? — усмехнулся он, выпрямляясь. — Попросить не получилось?

— А ты как думаешь?

— Может, антенна не работает?

Я сначала не поняла, какая антенна. А потом этот… этот драный хищник

демонстративно похлопал ладонью себе по макушке, намекая на мою

гульку.

«Да он еще смеет издеваться надо мной?».

— Никакой антенны нет. Ты просто всех распугал своим грохотом! — взвилась

я.

— А ты не думала о том, что духам плевать на тебя и на твое желание

контактировать с ними? Может, у них и так проблем хватает, чтобы

тратить время на какую-то ведьму.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы успокоиться и не высказать

этому… нахалу все, что я нем думаю.

— Мы же договаривались, — тихим, звенящим от напряжения голосом,

произнесла я. — Ты не мешаешь мне, я не лезу к тебе.

— Может, ты и дышать меня заставишь через раз? — криво улыбнулся он и в

золотых глазах промелькнул вызов. — Лишь потому, что я мешаю. Этот

дом мой. Радуйся, что я позволил тебе здесь остаться. Так что

занимайся своими делами и не лезь ко мне. Никогда.

— То есть договориться у нас не получится? — подытожила я.

— Понимай, как знаешь.

— Ладно. Но запомни: не я это начала!

Гордо развернувшись, я быстро зашагала прочь.

«Если этот оборотень хочет войны, он ее получит! Будет

знать, как связываться с ведьмой!».