— Все началось с того, что маме предложили работу под прикрытием. Два брата, Диего Кабрера и Гектор Риверо, организовали свою империю. Но два короля не могут править одним королевством, вот они и разделились, но тесно сотрудничали. Не мешали друг другу и не рушили личные границы. Гектор занимался наркотиками, как и его отец. А вот Диего специализировался на поставке оружия…

— Они братья? — перебил меня Джексон. Неугомонный какой, не дает рассказать по порядку. Или не умеет слушать?

— Да, родные братья по матери. Диего был младшим братом и всегда хотел «догнать» Гектора.

Вот только ему это не под силу. Гектор был осторожным, рассудительным, властным. Он окружил себя только преданными людьми.

А Диего наоборот. Любил риск, опасность. Маркос такой же, как и отец, — без тормозов.

Мамина операция была санкционирована ФБР, и она знала, на что идет.

Не найдется такого человека в Мексике, кто бы решился пойти против картеля. Неважно, какого из них.

Но она рискнула. Собирала данные, пока однажды не поняла, что влюбилась в Гектора.

Как в сказке, правда?

— Ты думаешь, преступники умеют любить? Прости.

— Я знаю, что мой отец преступник, Джексон, но он мой отец. И да, он умеет любить. Он бросил все ради нее. Ушел в тень.

Он мог просто пристрелить маму, когда узнал, что она агент ФБР. Но он не сделал этого. Он даже никому об этом не сказал.

Забрал ее и поселился в небольшом городке Матаморос там, в Мексике. Пусть ФБР не верит, но он отошел от дел. Оставил на брата бизнес.

А все потому, что родилась я.

И мы хорошо жили, судя по фото и обрывкам воспоминаний…

— Но твоя мама не смогла?

— Я не знаю, о чем она думала. Никто не знает, кроме нее. И не узнает теперь.

Все эти годы она продолжала свою миссию. Она столько накопала…

Может, именно поэтому она решилась. Информация была слишком важной.

И потом мы приехали в Штаты. Мама скучала по сестре, моей тете Эмме.

Есть у Гектора свой путь в США, никто и не знал, что мы пересекаем границу.

Мама оставила меня у Эммы, а сама пошла к ФБР. К Агенту Грину, как оказалось. Он был ее связным.

Я мало что помню. Но знаю, что от Эммы меня забрал дядя. Мы с ним вернулись в Мексику, потом и мама приехала.

Это Диего Кабрера убил тех агентов и вернул маму в Матаморос. Выслужился перед братом.

Вернул его женщину, ребенка…

Но теперь-то я знаю, что это он ее убил. Он бы ей не простил такого предательства. Кто-то из ФБР предупредил его, и, чтобы информация не всплыла, маму убили.

Я была с ней в той машине, Джексон. Отсюда и ожоги на спине.

Это каким надо быть уродом, чтобы заживо спалить двух человек? Маленького ребенка…

— И о тебе никто не знал?

— Нет. Гектор Риверо похоронил свою жену и дочь, он боялся очередного покушения и не хотел мной рисковать. Да и мне нужна была мать, тетя ее заменила. Так я вернулась в США. Как дочка Аманды Прайс.

Никто ничего не знал. Не знал, что мама была с Гектором, что родила от него ребенка, никто.

О моем существовании знал только Диего, Маркос и еще несколько человек, которым отец безоговорочно доверял.

— А причем здесь Гонсалес? Гектор же ему мстит?

— О том, что Кабрера заодно с Гонсалесом, отец знал давно. Именно Гонсалес стал заниматься распространением, продажей всего того, что идет из Мексики, когда отец отошел от дел. Он не лез в их бизнес. Но когда он нашел все то, что разузнала мама…

Связь стала очевидной. Как только она пришла в ФБР, чтобы поделиться информацией, ее убили. Гонсалес, мой дядя, Маркос — все они в этом замешаны. Гонсалес исполнитель тут, в США. Маркос — цепной пес отца, но все остальное — вина Кабрера. Он и сейчас не остался в стороне. Он против брата, всегда был.

— И что? Твой отец вдруг стал миротворцем? Кира, он всю свою жизнь был преступником, совершал такое…

— Не надо, Джексон. Я знаю, кто мой отец. И я знаю, что он делал всю свою жизнь. Но сейчас он хочет покончить с этим. С Гонсалесом, который держит за яйца всю верхушку власти. И когда он сделает это, он вернется в Мексику. Там тоже есть один человек, который виновен во многом.

Маркос своим появлением выдал себя, придурок. И думаю, уже рассказал обо мне.

А так как покушение на Гонсалеса сорвалось, а Ривера притих, охотиться начнут на меня.

— Наследница?

— Да даже не в наследовании дело. Власть. Дяде нужна власть. Но чтобы ее получить, преданные люди отца должны быть за него. Если всплывет то, что между братьями вражда, начнется мясорубка.

А я? Я ключ от двери. Если дядя до меня доберется, он сможет выманить Гектора, будет шантажировать или еще что хуже.

— Почему он не начал с брата, а приехал сюда мстить Гонсалесу?

— С Гонсалесом проще. Он не ожидал, раз — и все. А Диего всю жизнь готовился к тому, что воспротивится брату. Да и отец всегда говорил, что умрет на родной земле.

— Но вышло-то все не так. Луис Гонсалес жив. А Ривера понес большие потери.

— Пока жив. И у отца всегда есть запасной план.

— А агент этот, Грин, он просил у тебя мамины данные?

— Просил.

— Ты их для него достанешь?

— Я на идиотку разве похожа? Я не сунусь туда, мне крышка, сразу.

Не успею я перешагнуть границу, как люди Кабрера меня найдут. Так что обойдется.

И даже если бы мне удалось, отец меня сам убьет. Он просил пообещать, что ни под каким предлогом я не полечу в Мексику.

— Ну убьет он Луиса Гонсалеса, а потом что? Полетит убивать брата? Ты считаешь это нормальным?

— От меня ты что хочешь, Джексон? Он меня слушать не станет, никого не станет. Поэтому без разницы, как я считаю. Я просто хочу пережить это все.

Ну а ты? Что теперь будешь делать?

— Не знаю. Ничего.

— Ты же вроде бы честный коп. За справедливость, пусть все преступники понесут наказание и все в этом духе.

— Мое дело — наркотики, а убийствами пусть убойный занимается, — говорит твердо, уверенно.