Когда я зашёл за Алевтиной в назначенное время, сомнения насчёт нашей фиктивной любви охватили меня с головой.

На Але было звёздное платье. Весь её образ раскрыл её невероятную красоту и женственность.

Очень красивая женщина. У меня дух захватило.

Я уже представил, как активно будут искать её внимания другие мужчины.

Надеюсь, она сдержит обещание…

Мы вышли во двор дома, и Алевтина замерла, увидев наш транспорт.

Я открыл перед ней дверцу кареты, а она вдруг с нескрываемым ужасом посмотрела на моих магических зверей.

– Что такое? – спросил я, ощущая неясно откуда взявшееся раздражение. – Что не так?

– Эти лошади просто монстры, – прошептала она, глядя на массивных существ широко распахнутыми глазами. Увы, без восторга. – Ощущение, что из них нужно изгнать злых демонов.

Я удивлённо посмотрел на неё.

– Перед тобой воплощённое совершенство, Алевтина – четвёрка самых лучших, самых быстрых и прекрасных чёрных пегасов.

Она передёрнула плечами.

– Они огромные, страшные, выглядят как адские кони. Не могу представить себе тебя, романтичного Апреля в этой жуткой карете, которая, кстати, похожа на гроб на колёсах.

Каждый, кто видел мою карету и моих пегасов, говорил примерно то же самое. Что эта карета и пегасы совершенно мне не подходят.

Мне понадобилось так много лет, чтобы найти чистокровных пегасов, ещё невероятное количество лет ушло на их приручение. И вот теперь, когда я с гордостью сажусь в карету, запряжённую четвёркой идеальных животных, эта женщина смеет насмехаться над плодами моих многолетних трудов!

Про карету так и быть, тут я согласен. Она мрачновата. Но не пегасы!

– После мероприятия у Февраля тебе больше никогда не придётся кататься в карете с четвёркой пегасов, – сказал я немного обижено. – А сейчас садись. Мы теряем время.

Аля многозначительно на меня посмотрела, но всё же забралась в карету.

– Прокачу с ветерком, – пообещал я мстительно.

– Только не говори, что мы полетим, – проворчала девушка.

– Прояви терпение, Аля. И поверь, тебе понравится поездка, – я захлопнул дверцу кареты. Многие женщины ничего не понимают в силе и мощи редких магических животных, как пегасы, и не удивительно, что Алевтина оказалась одной из них. Тем более, она человек.

– Кстати, – вдруг произнесла она, – а подарок, какой будет? Ты предусмотрел, чтобы подарок был от нас как от пары?

– Подарок? – удивился я. – Зачем подарок?

Она удивлённо и возмущённо уставилась на меня.

– Ты сейчас серьёзно об этом спрашиваешь?

– Мы никогда не дарим подарки на годовщины. Сам факт нашего прибытия и присутствия – уже подарок…

Но Аля оборвала меня возмущённо:

– Апрель! Подарок должен быть обязательно! И помимо него ещё и цветы!

Я хмыкнул:

– Аля, не стоит перенимать привычки и традиции людей на мой мир и…

– Я – твоя невеста, или ты забыл, мой милый? – прошипела она. – Это значит, что я должна была повлиять на тебя и настоять на подарке! Иначе, наши «отношения» сразу будут подвергнуты подозрениям и критике!

– Проклятье, – прорычал я, запустил руку в волосы и выдохнул с раздражением: – Ладно, заскочим по пути в магазинчик сувениров. Только быстро выбери какую-нибудь безделушку. А цветы могу сорвать на клумбе…

– Я тебе сейчас скальп сорву, – прошипела она точно фурия. – И никаких безделушек! Подарок должен быть качественным, со смыслом, красивым, запоминающимся, но не пошлым.

Сжал руки в кулаки.

– Аля, у нас нет времени. Мы опоздаем.

– Ничего, – блеснула она улыбкой. – Если опоздаем, то скажем, что я тебя насильно задержала в нашей спальне. А теперь заводи своих крылатых чудовищ и полетели в какой-нибудь очень хороший магазин редких редкостей.

Я нетерпеливо посмотрел на часы, потом опять на Алевтину и рассмеялся. Да что это со мной? Веду себя точно кретин.

– Хорошо, но тогда точно прокачу с ветерком, – пообещал с многообещающей улыбкой.

Магический хлыст – чёрные пегасы мгновенно взмыли в небеса и унеслись в дикий, яростный и невообразимо быстрый полёт. Полетели они по небесным трассам, размахивая огромными крылами…

Алевтина вцепилась в мою руку и зажмурила глаза.

– Боже мой, Апрель… Это ещё хуже, чем американские горки… – простонала она.

– Расслабься, глупая, – проговорил мягко и погладил по напряжённой руке. – Аля, открой глаза и посмотри в окно – перед тобой распростёрся прекрасный мир…

Да, вид с высоты птичьего полёта был нереальным. Потрясающим. Сказочным и волшебным.

Подобное не забыть.

Я обязательно сохраню эти воспоминания и когда-нибудь в глубокой старости расскажу своим внукам или правнукам, или просто соседкам-подружкам удивительную сказку и поведаю о полёте на чёрных, точно ночь пегасах.

Да. Жизнь как раз и состоит из запоминающихся моментов, мигов и эмоций, которые потом будут согревать меня одинокими холодными ночами…

Так, что-то не в ту степь пошла. Мне ещё дожить до старости нужно. И месяц ещё не кончился. Так что, живём, народ!

Подарок я выбрала. Апрель его оплатил. Правда, был удивлён и даже попытался сказать «нет», но один мой красноречивый взгляд и мужчина сдался.

– Только скажешь, что это чисто от тебя. Не хочу, чтобы надо мной смеялась вся семья, – проворчал Апрель.

– Ха! Отлично. Только когда все будут умиляться, вспомни эти свои слова и не примазывайся к моей славе, – подразнила его немного.

Цветы мы тоже приобрели. И тоже мне пришлось чуть-чуть повоевать.

– Жёлтые цветы – это символ разлуки! – возмутилась я. – Это же конкретное пожелание семейной паре разойтись!

И Апрель позволил мне собрать букет самой.

Выбрала те цветы, которые мне знакомы, свойства и значения, которых я знаю.

Вышло потрясающе. Белые розы идеально сочетаются и смотрятся с молочными лилиями и орхидеями. Я внесла оригинальности букету и добавила небесного оттенка – нежно голубых гортензий.

Попросила прекрасную нимфу собрать букет в белую плетёную декоративную корзину, украшенную прозрачными камешками. Выглядит так, словно это утренняя роса.

Великолепно!

Потом озадачила её открыткой.

Как так явиться на годовщину и без открытки с пожеланиями?

Оказалось, в этом мире нет обычных открыток.

Пришлось ещё заскочить в магазин волшебной канцелярии и приобрести молочного цвета твёрдый лист бумаги, перья и чернила.

Устроившись за столиком прямо в магазине, закусив от усердия язык (не каждый день я пишу пером и чернилами), начала выводить текст пожеланий счастья, благополучия, детишек и прочее, прочее, прочее.

Посетители на нас с Апрелем странно косились.

Не каждый день гуляют по канцелярским магазинам благородный мужчина-маг в роскошном парадном костюме и его спутница – человеческая женщина в таком же прекрасном вечернем образе.

Не открытка, конечно, но всё же минимализм в моде, да и вышло красиво. А перо (не гусиное, а металлическое) пишет изящно и каллиграфично.

– Так, я подписала под пожеланиями: С Любовью, Апрель и Аля.

Показала Апрелю. Он взял лист в руки, внимательно прочитал текст, хмыкнул и кивнул. Потом спросил:

– Надеюсь, на этом всё?

– Ты должен радоваться, я уложилась в рекордное время, – улыбнулась мужчине. – Но да, на этом всё, можем отправляться в путь до пункта назначения.

И забралась внутрь кареты без того первого ужаса и страха. Ещё парочка таких полётов и я вообще перестану бояться пегасов и крышесносной высоты.

Пегасы в какой-то миг взмыли так высоко в небеса, что под нами остались лишь густые облака. А вскоре мы и вовсе летели среди тьмы и ярких звёзд.

Но не ощущала я ни холода, ни порывов ветра.

– Тебе нравится? – вдруг с придыханием поинтересовался Апрель, глядя на мою потрясённую моську.

– Не то слово… – произнесла восхищённо. – Я словно… вижу гораздо больше, чем может видеть обычный человек… Словно я прикасаюсь к чему-то… запретному… Это… трогает что-то внутри…

Коснулась ладошками груди в области сердца.

Оторвала взгляд от прекрасных видов за окном и посмотрела на мужчину рядом.

Глаза Апреля сейчас сияли точно космос, и он смотрел на меня как-то по-особенному, словно только что познал обо мне некую тайну.

Не знаю, сколько длилась магия между нами, в какой-то момент мы начали приближаться, чтобы коснуться губами друг друга, как вдруг, карету чуть встряхнуло и волшебство испарилось.

Я вновь посмотрела в окно, а Апрель чуть хрипло произнёс:

– Вот и царство моего старшего брата – Февраля.

Пегасы начали снижаться, и уже облака вновь были выше нас.

Я смогла увидеть совершенно новый мир!

Из весеннего тепла мы перенеслись в зимний край, полный снега, холода и вьюги.

Перед нами распростёрся суровый мир – мин белого снега и хрустального льда. А под пушистым снегом – леса еловые грели лапы в холода.

Там, где валежник показался сказочный дом. Даже не дом – Терем.

Зимнее чудо!

Заходящее солнце озарило терем, и он сверкал, блестел и искрился, будто покрыт россыпью алмазов.

– Какое чудо! – не сдержала восхищённого вздоха.

– О, да, – хмыкнул Апрель. – Мой братец на смену старой рухляди возвёл новый дом – почти сказочный дворец.

Даже с высоты были видны арочные окна и на стёклах застыли природные пейзажи, будто опытный мастер взмахнул кистью ледяной.

У хрустально крыльца бегал с радостным оскалом грозный белоснежный волк – большой, серьёзный и прекрасный. Рядом с ним танцевала вьюга, и казалось, они играют в какую-то особую игру.

У терема уже стояли кареты, запряженные лошадьми разных мастей, оленями, гигантскими птицами. И был даже один белый медведь!

С него как раз ловко спрыгнул высокий и статный беловолосый мужчина. И помог спуститься тоненькой и изящной девушке в белом, искрящемся, словно сотканном из снежинок платье.

– Это Декабрь с женой – горной нимфой – Ореадой, – пояснил Апрель, видя мой интерес. – Когда представлю тебя Ореаде – не смотри долго ей в глаза – впадёшь в транс и увидишь свою смерть.

– Ох, – только и выдала я.

– Да, – хмыкнул Апрель. – Сегодня будет много чудес, как приятных, так и не очень.

– Эва, да?

Апрель кивнул.

Пегасы совершили мягкую посадку, и Апрель первым выбрался из кареты. Подал мне руку и помог выйти.

Как ни странно – вокруг царит настоящая февральская зима. Воет вьюга, падает снег. Вот они снежинки… Поймала их в руки и от моего тепла они растаяли.

– Магия, – вновь пояснил Апрель. – Это царство Февраля и здесь его слушает каждая снежинка, каждый ветер… Всё кругом послушно его воле.

Теперь всё ясно.

– Ну что, ты готова? – поинтересовался он бодро и подмигнул.

Подставил локоть, и я натянуто улыбаясь, приняла его.

– Что ж, давай сделаем это, – произнесла, продолжая улыбаться.

Мы направились в дом Февраля. Возле резной и словно из сказки двери стояли два лакея в белой форме.

Они распахнули перед нами двери, и я подумала, что иду как на виселицу.

Когда я ступила в дом Февраля, то думала увидеть что угодно, но уж точно не Сказку!

У меня перехватило дыхание.

Никогда не видела ничего подобного!

На полу лежал настоящий лёд. Он прозрачный, как вода, а в этой воде колышутся зелёные водоросли, распускаются цветы невиданной красоты и осыпаются искрящимися лепестками, которые превращаются в снежинки. И снова, и снова цветут новые цветы. И среди этой неповторимой красоты плавали даже рыбки – всех цветов радуги!

Мне на мгновение страшно было наступать на такой волшебный пол.

Но не только пол поразил меня.

Откуда-то сверху падали хлопья снега – воздушные и прохладные. Но они не собирались в сугробы на сказочном полу и не насыпались шапками на головы гостей. Просто исчезали, едва касаясь какой-либо поверхности.

Главный зал был украшен заиндевевшими деревьями, живыми, приятно пахнущими цветами и фруктами. На деревьях были развешаны магические гирлянды огней. По сказочному и воистину чудесному лесу летали живые маленькие птицы – снегири, синицы, щеглы, филины и другие.

Сопровождалось чудо ласковой ненавязчивой музыкой.

В зале было три камина великолепной работы. В них весело танцевал рыжий огонь.

Окна были в три раза выше моего роста.

Не дом, а сказочный замок, честное слово!

К Февралю уже прибыли другие его братья с жёнами и невестами.

Мы подоспели вовремя и были последние.

Вскоре появятся и остальные гости.

Пока я с восхищения рассматривала небывалую красоту, пропустила момент, когда к нам подошёл невероятной красоты мужчина.

– Я рад тебя видеть, брат, – произнёс этот красивый, очень красивый мужчина. – И я счастлив, что ты, наконец, встретил свою любовь.

А какой у него голос!

От его голоса по моему телу промчались толпы мурашек.

Мужской, сильный, спокойный, но бархатный голос. Завораживающий.

А ещё до моего чуткого носа донёсся его аромат, словно свежий ветер, напоенный запахами мятных трав и сурового кедра.

Будто сила природы, прохлада тумана, свежесть скрипучего мороза, лёгкость белых облаков и разрежённость озона. Вот это аромат. Сомневаюсь, что это одеколон.

А его глаза?

Таких ярких синих глаз просто не бывает. У людей не бывает.

– Аля, познакомься, это мой брат – Февраль, – с радостной улыбкой от встречи произнёс Апрель. – Февраль, а это моя Аля. Алевтина Радуга. Она, как и твоя Кира – человек.

– Я рада с вами познакомиться, – сказала первая. – И позвольте отметить красоту вашего дома. Он сказочно прекрасен.

– Вы очаровательны, Алевтина, – произнёс он и взял мою руку в свою. Прикоснулся к моим пальцам губами и тут же отпустил и добавил: – И я рад познакомиться с женщиной, которая забрала сердце моего брата.

Я ощутила неловкость. Обманывать такого благородного и воистину прекрасного мужчину оказалось делом пренеприятным. Вот чёрт.

Февраль вновь нам улыбнулся, и я залюбовалась им. Он был в белоснежном бархатном камзоле с небесно голубым кружевным жабо и манжетами. Глаза у него как небо – голубые, а в каштановых вьющихся волосах серебрилась проседь. Высокий, выше Апреля, он улыбнулся – в ответ на мой чуть опечаленный взгляд. Хороший он, видно сразу. И вот мы с Апрелем нехорошие.

И вдруг к мужчине подошла девушка – прекрасная, словно сказочное видение. Она вся словно бы сияла изнутри.

Миловидная, с задорными искрами в янтарно-карих глазах.

На ней было изумительной красоты платье. Оно сверкало как снежное поле в ясный солнечный день. Платье переливалось изумрудным и голубым с серебристыми искорками, словно северное сияние пошло на ткань этого волшебного платья.

Рыжие волосы девушки волнами струились по плечам и спине.

Красивая, счастливая, любящая и любимая.

Она вложила хрупкую ладошку в протянутую ладонь Февраля и, увидев Апреля, воскликнула чуть негодующе:

– Апрель!

А потом перевела взгляд на меня и смягчилась:

– Неужели? Значит, вы…

– Алевтина, – представилась я.

Девушка счастливо рассмеялась и вдруг забрала руку у Февраля и порывисто обняла меня со словами:

– Меня зовут Кира! И я так рада, что Апреля укротила девушка с Земли!

Отсмеявшись, она добавила:

– Знаешь, а я всегда супругу говорила, что Апрелю не хватает крепкой нежной женской ручки девушки с земли!

Лёгкая, непосредственная, живая и из неё энергия бьёт ключом!

Чудесная девушка Кира! Как же Февралю с ней повезло[1]