Утром я открыла глаза и обнаружила себя в обнимку с Вороновым. Одеяла сбились в кучу на краю постели, подушки разлетелись по полу. Я прижималась к заклятому конкуренту, а согнутая в колене нога упиралась ему в пах. Ладонь Воронова покоилась на моей груди. Шелковая пижамная майка на бретельках почти не скрадывала ощущений. Создавалось впечатление, что при каждом вдохе Воронов нежно гладит чувствительную вершинку.

Меня бросило в жар. Короткие шорты из комплекта показались тесными, захотелось тут же от них избавиться. Я покосилась на бедра Воронова. Он спал в одних боксерах, и внушительная утренняя эрекция красноречиво намекала, что ему снятся очень приятные сны. На миг я представила, как скольжу ладонью по его рельефному животу, перебираю пальцами темные волоски ближе к резинке, устремляюсь дальше и чувствую горячую твердость в руке.

Рот наполнился слюной, между ног начало тянуть. Вот же гадство! У меня не было секса со дня свадьбы. Пять лет, черт побери! После предательства бывшего я не могла даже думать о мужиках, а здесь вдруг на приключения потянуло. Нужно срочно выбираться из кровати. Бросив взгляд на Воронова, я чуть не передумала. Его расслабленное лицо казалось моложе, чем обычно, будто в душе он был добродушным парнем, а не ушлым и беспощадным карьеристом. Чувственные губы так и просили о поцелуе. Вот бы прикусить нижнюю, пососать, пробуя на вкус, а потом подключить язык…

Лавиной нахлынули воспоминания о том, что я творила в постели с бывшим. Отдавала всю себя без остатка, воплощала в реальность любые его фантазии, а он просто принимал все как должное. Не хочу, чтобы кто-то также меня использовал. Если сейчас поддамся соблазну, дороги назад не будет. Воронов не из тех, кто останавливается на полпути. Лучше держаться от него подальше.

Я осторожно переложила широкую ладонь с груди на подушку и выскользнула из влекущих объятий. Сколько времени? Девять утра. Для завтрака рано, я еще после ужина не успела проголодаться. Зато изучить территорию и искупаться в море – самое то. Вчера я не особо преуспела в сборе информации. Сегодня нужно наверстать упущенное. Вспомнив о проклятом бикини, я пообещала себе сходить в магазин за новым купальником сразу после завтрака. Я надела длинную тунику, бросила солнцезащитный крем в пляжную сумку и отправилась на разведку.

На залитой солнцем зоне возле бассейнов уже виднелись первые отдыхающие. Слышалась английская речь. Я получила у стойки полотенце и направилась по широкой дуге, чтобы лучше рассмотреть аквапарк и маленький бар возле укромного бассейна для любителей тишины и спокойствия. Сделав несколько заметок в смартфоне и сняв с десяток кадров, я прогулялась мимо отдаленных бунгало и вышла через парк на пляж.

Полоса золотистого песка пестрела зонтиками, разложенными шезлонгами и беседками с легкими занавесками. Темно-синее море искрилось в лучах утреннего солнца. Даже в такой час уже чувствовалась наступающая жара. Мне еще сильнее захотелось окунуться. Волны с шумом набегали на берег и тут же стремились обратно. Теплый ветерок налетел и растрепал убранные в пучок волосы. Я счастливо рассмеялась и поспешила к ближайшему шезлонгу.

Бросив сумку и полотенце, я стянула тунику, оставила шлепки на песке и помчалась вперед. С разбега я залетела в обжигающе прохладную воду, оттолкнулась и нырнула. Как же давно я не плавала в море! Никакой бассейн не сравнится с ласковыми волнами, солью на губах и шумом прибоя. Я отплыла подальше, легла на спину, раскинула руки в стороны и уставилась в ослепительно-синее небо. Кожа привыкла к воде, и теперь та казалась невероятно теплой. Хорошо-то как! И почему я каждый год отказывалась от отпуска? Это ведь бесценно – вот так плавать и ни о чем не думать.

На берег я вернулась, только когда утомилась от долгого купания. На соседнем с моим шезлонге лежал Тарас. Я кивнула ему в знак приветствия и подошла ближе.

– Привет! – Он поднял на макушку темные очки и заскользил по мне восхищенным взглядом. – Ты долго. Я видел тебя в парке, пошел следом. Думал, вместе позагораем, но ты уже уплыла. Так нравится купаться?

– Обожаю море! Давно не выдавалась возможность отдохнуть на побережье. Хочу насладиться по полной.

Тарас запустил пальцы в темные, чуть вьющиеся волосы и улыбнулся. На щеках проступили ямочки. Его взгляд прилип к моей груди, и я завернулась в полотенце. Все же нужно срочно найти новый купальник. Ни к чему чужих мужчин смущать.

– Алла с тобой?

– Нет, ты что. Она обычно встает ближе к полудню, а вот я не могу долго спать. Влад тоже любит дрыхнуть до обеда?

Я прикусила губу и отвернулась, чтобы скрыть замешательство. Откуда мне знать, во сколько встает Воронов? Да я понятия не имею даже о самых банальных вещах, с ним связанных. И что ответить?

– Ну… – промямлила я с натянутой улыбкой. – По-разному. На работу он никогда не опаздывает. А вот на отдыхе может позволить себе расслабиться.

– Как вчера? – Тарас рассмеялся так, будто намекал на что-то предосудительное.

Я нахмурилась, хорошего настроения как не бывало. Чем там Воронов в баре занимался? Может, он вчера перебрал и ночью случайно вышвырнул подушки с кровати? Да нет, Воронов вообще не пьянеет. Ни разу его даже навеселе не видела.

– Типа того, – отозвалась я и полезла в сумку за кремом.

Солнце нещадно припекало, а всего-то одиннадцатый час.

– Помочь тебе? – спросил Тарас и потянулся к тюбику.

От неожиданного предложения я не сразу нашлась с ответом и вытаращилась на него в недоумении.

– Не стоит, я сам позабочусь о Свете, – раздался за спиной недовольный голос Воронова.

Мы с Тарасом разом обернулись. За шезлонгами Воронов стоял в одних шортах и держал светлую футболку в руке. В габаритах он, конечно, уступал высоченному Тарасу, но мне всегда нравились именно стройные мужчины, а не культуристы, помешанные на белковых коктейлях. Очки-авиаторы скрывали синие глаза Воронова, и я не могла понять, в каком он настроении. Вот только от него будто бы веяло подспудным раздражением, словно мой фиктивный муж изрядно злился. С чего бы?

– Доброе утро, дорогой, – пролепетала я и поднялась. – Проснулся?

Воронов подошел вплотную, обнял меня за талию и притянул к себе с таким невозмутимым видом, словно каждый день так делал.

– Доброе, дорогая. – Он склонился к моему лицу, и я с ужасом поняла, что поцелуя в губы не избежать.

Сердце подскочило в груди, я дернулась и в последний момент отвернулась. Воронов скользнул губами по моей щеке. От него пахло терпким ароматом туалетной воды. На миг мне захотелось подольше задержаться в его руках, но я пересилила себя, чмокнула Воронова в гладко выбритый подбородок и сразу отстранилась.

– Здорóво! – протянул ему руку Тарас. – Как ты после вчерашнего? Алла была в ударе, правда?

– Ага. Я в норме. – Воронов ответил на рукопожатие.

Упоминание о пропущенном походе в бар неприятно царапнуло. Но я сделала вид, что меня не волнует тема разговора, села на край шезлонга и открыла тюбик. Вот только выдавить содержимое не успела. Воронов забрал крем со словами:

– Давай намажу плечи.

Возражения прозвучали бы странно. Тарас с любопытством за нами наблюдал.

– Ладно. – Я спустила полотенце с плеч и подставила спину, убрав выбившиеся из пучка волосы.

Воронов сел на шезлонг так, что я оказалась между его бедер, и придвинулся вплотную. Я ощутила себя в ловушке и нетерпеливо повела плечами, собираясь сменить положение. Но только я решила слегка отдалиться, как он коснулся кончиками пальцев местечка за ухом. Вздрогнув, я замерла и затаила дыхание. Шея всегда была моим особенно чувствительным местом. Только бы Воронов не догадался о том, какие ощущения вызывают его действия. Но, как назло, он принялся томительно медленно скользить от линии роста волос к ключицам и обратно.

Кожа покрылась мурашками, несмотря на обжигающий жар солнечных лучей. Во рту пересохло. Я инстинктивно повернула голову так, чтобы открыть изгиб шеи. Воронов мгновенно воспользовался ситуацией и принялся выводить круги над бешено бьющейся жилкой. Внутри все сжалось в предвкушении. Я подалась назад и прижалась спиной к его обнаженной груди. Тепло мускулистого тела моментально окутало и подарило расслабление, я прикрыла глаза.

– Пойду окунусь, – послышался голос Тараса, будто издалека. Но подаренные нежными прикосновениями Воронова ощущения так меня захватили, что я даже не сумела ответить.

Сильные пальцы поглаживали шею, ласкали ключицы, массировали плечи. Я растворялась в неге и наслаждалась моментом. Дыхание Воронова участилось, движения рук стали настойчивее, чем прежде. Воронов потянул верхние завязки купальника, узел распался, и концы скользнули с шеи вниз. Меня будто кипятком ошпарило. Что я творю? Как я могла так доверчиво млеть рядом с Вороновым? Я потуже затянула полотенце на груди, подскочила с шезлонга и рванула к отелю, бросив на ходу:

– Я завтракать, позже увидимся.

– Света, погоди! – закричал мне вслед Воронов, но я ускорила шаг и скрылась за цветущим кустарником.

Только на дорожке перед центральным бассейном я немного пришла в себя, успокоилась и привела купальник в порядок. Что за ерунда? Зачем Воронов вообще дернул завязки?

Отдыхающие медленно шли от столовой к шезлонгам. Если я не хочу до обеда сидеть на бутербродах, нужно срочно поесть. И тут до меня дошло, что я оставила и тунику, и ключ-карту от номера в сумке на пляже. Я выругалась себе под нос и направилась обратно. Ну Воронов, ты мне за эту беготню еще ответишь!