— Вы меня что, за уборщицу держите?! — сдавленно выдохнула я, наконец находя голос. — Дракон, ты меня с ведром уже видел? Может, еще табличку на шею повесить: «Мойка окон по средам»?

— Ингрит, — успокаивающе поднял ладони Лик, — Не кипятись. Это не про то, за кого мы тебя держим. Это про то, чем каждый из нас может помочь…

— Отлично! И чем ты можешь помочь? Кладбище создать? Так оно уже есть, до тебя создали! Приведения убрать? Так их я не наблюдаю! А боевик какую пользу несет этому замку? Охранником быть собрался? Это очень логично: охранять развалины, которые много лет никому и даром не нужны были!

— Ингрит… — постаралась успокоить меня Арея, но куда там… Я уже завелась.

— Знаете, а вы правы. Я из вас единственная обладаю бытовой магией. И у меня, у единственной, есть метла. Так что я здесь не пропаду! Прямо сейчас найду себе лучшую комнату и подготовлю для проживания.

— А где одна, там и все, — спокойно произнес Стайхон.

— Нет, — парировала я, — где одна, там одна. Все остальные — в другом конце замка. Желательно на другом этаже. Еще лучше — в другой башне. Без прохода.

— Мы тебя не бросим, — ехидно улыбнулся Стайхон. — Даже не надейся.

Артефактор скользнул по мне взглядом, но промолчал. И правильно: спорить со мной сейчас было бесполезно. Никто не заступился, когда дракон посылал меня убираться!

Я резко развернулась и пошла к комнате, в которой мы оставили вещи.

— Метла! — щелкнула пальцами, стоило мне прийти в место ночного сна.

Верная помощница любой ведьмы мигом отозвалась на зов хозяйки и уверенно влетела в мою ладонь.

— У нас с тобой много дел. Но для начала давай найдем себе лучшую комнату!

Выйдя в коридор, я сразу же направилась в самую глубь некогда жилых помещений и выбрала ту, окна которой выходили на противоположную от кладбища сторону.

Дверь поддалась с тяжёлым вздохом, и в лицо дохнуло несвежим холодом. Пыль поднялась лёгким облаком, заблестела в косых лучах, пробившихся сквозь толстые, давно не раздвигавшиеся шторы. Комната оказалась просторная, с высоким потолком и резным карнизом, местами осевшим и потемневшим от времени. У окна — широкое кресло с облупившимися подлокотниками, у стены — массивная кровать под полусъеденным молью балдахином. В камине застыл холодный зев, на решётке — обугленные кости прежних поленьев и сложившаяся серая зола.

Метла в моих руках дёрнулась нетерпеливо, и я опустила её на пол.

— Тихо. Сначала глянем, что к чему, — прошептала я.

Она послушно застыла, только щетина едва ощутимо задрожала, ловя сквозняк.

Я подошла к окнам. За мутным стеклом разливался заросший сад — зелёный океан, в котором тонули аллеи. Плющ взобрался до самых подоконников, вцепился в раму, прокинул пару усиков внутрь, проверяя, не пустят ли дальше. В глубине чернел круглый пятак старого фонтана, заросший мхом и тиной. Я рванула защёлку — она сперва упёрлась, потом сдалась, и в комнату ворвался сырой запах листвы, мокрой земли и далёкой утренней влаги.

— Теперь можно, — кивнула я.

Метла взвилась и закружилась по полу. Управляемая моей бытовой магией, она сметала толстые слои пыли в углах, шлёпала по ковру, из которого взлетали серые хлопья, ловко сгоняла паутину со шкафов.

Справа, почти незаметная за портьерой, пряталась дверь. Я толкнула её плечом. За ней оказалась собственная ванная. Пол — потускневшая плитка с некогда яркими узорами трав и птиц, кое-где с трещинами; в центре — тяжёлая ванна на львиных лапах, эмаль на бортах скололась, но форма всё ещё манила обещанием горячей воды. На стене висел побуревший медный змеевик, трубы отозвались глубоким гулом, когда я коснулась вентиля.

Я вернулась в комнату, вдохнула глубже, вслушалась.

— Жить можно, — решила я вслух, наконец немного успокоившись. — Огонь в камин, окна настежь, и вода в ванну. Остальное — потом. А они… Да пусть катятся куда хотят. Еще лучше обратно в столицу. Без них будет проще!

Метла довольным кругом описала восьмёрку и юркнула к очагу за сухими щепками.

— Ингрит, — внезапно послышался тихий голос за спиной.

— Что? — немного резко повернулась я к Арее.

— За что ты на нас разозлилась?

— За то, что вы хотели на меня повесить уборку всего замка.

— Но ты же ведьма… — пропищала девушка. Правда, лучше бы молчала.

— И что? Ты хоть представляешь, сколько я сейчас магии трачу на уборку одной комнаты? А до конца уборки еще долго, тут еще столько руками разгребать…

— Но мы даже так не умеем!

— Но вы даже помощи не предложили! — не унималась я.

— Ведьма, давай так, — вслед за Ареей вошел в мою будущую спальню Крис.

— Я тебе помогу: вынесу все барахло на помойку. А ты взамен потом мою спальню уберешь.

— Идет, — сразу же согласилась я, понимая, что боевой маг учится на глазах.

— Так я… Это… — испуганно прошептала Арея. — Тоже помочь готова. Ты только скажи, чем? — И девушка пристально уставилась на меня.

— Выбирай себе комнату, и начнем все выносить. Я магии как раз поднакоплю, — махнула рукой я. — А остальные где?

— Дин побежал проверять, как его артефакты тут лучше начать располагать. Лик пошел кладбище осматривать, а Стайхон… Про него не знаю. Он просто куда-то ушел.

— Не удивлюсь, если спать.

План оказался очень рабочим. Сначала мы вынесли все из моей комнаты, и метелка с легкостью закончила свою работу. Потом ребята начли выносить вещи из соседней комнаты, которую выбрал боевик. За это время магия поднакопилась, и я смогла вычистить всю грязь оттуда. И, наконец, осталась комната Ареи. Но магических сил у меня на тот момент уже совсем не было.

Понимая, что ребята уже носят все из будущей спальни целительцы, я решила им помочь и взяла гору каких-то тряпок, посчитав, что Арее они навряд ли понадобятся.

Ткань в руках шуршала и пахла старым мылом, лавровым листом и давней сыростью. Краем глаза я следила, чтобы угол не сполз — обрывок кружевной занавески всё норовил выскользнуть и спланировать к моим ногам. Но если не учитывать это шуршание, замок радовал тишиной — ровной и такой нужной мне, чтобы восстанавливать магию.

Коридоры тянулись один за другим: длинные, вымытые сквозняками, с пустыми нишами, где когда-то, наверное, стояли вазоны или свечи. Я уловчилась и перехватила ткань так, что даже шуршание смолкло. Теперь тишину разбавлял лишь стук моих каблуков.

И именно в эту проверенную тишину прямо у самого уха шевельнулся чужой шёпот:

– Пссс… Купи коня!

Я вздрогнула так, что кружево, наконец, вырвалось и, словно белая рыбка, рвануло вниз. Я успела его поймать лишь благодаря рефлексам, и то запястьем за край, но недовольная очередной сорванной попыткой бегства ткань едва не порезала кожу своими жёсткими, высохшими нитями. Холод от этого шёпота прошёлся по шее, как тонкая булавка; волоски на затылке встали дыбом, а сердце испуганно ухнуло в каблуки.

— Кто здесь? — спросила я слишком громко для такого момента.

Гул моего собственного голоса проскользил по камням и потерялся где-то в перекрёстках коридоров. Я оглянулась — резко, так, что кружево снова хищно повело себя и царапнуло по рукаву. Никого. Только картины.

Они висели плотной чередой, рама к раме: золочёные, почерневшие местами от времени, с отслоившимся листом, похожим на старую рыбью чешую.

Все как и утром: милая старушка с котиком, молодой рыцарь, красивая девушка, обмахивающаяся веером в жаркий день, три старичка, играющие в крокет.

Стоп! Крокет? Утром они же играли в шахматы!

Я резко подпрыгнула, потом отпрянула, потом выставила ткань вперед в качестве щита, и только после этого решилась продолжить осматривать картины. Рыцарь… Он же был с конем… Ой…

Тут мой взгляд, наконец, уцепился за портрет, который висел ко мне ближе всего, отчего частично был скрыт от моего зрения. Там был изображен тот самый улыбающийся мужчина в странных лохмотьях, и именно на его картине теперь был конь рыцаря…

— Ну так что, возьмешь коня? — проговорил мужчина с портрета, а я заорала. Да что там заорала, у меня вырвался не голос, а чистый дикий крик, который как нож полоснул по камню. Кружево в этот момент все же выпрыгнуло из пальцев, рвануло вниз, я наступила на край, едва не подпрыгнула на месте — и побежала.

На смену проходу с картинами моментально пришел следующий коридор. Кто-то про моменты страха говорит, что бежал не оглядываясь, но это было не про меня. Я оглядывалась постоянно, желая выяснить, не гонится за мной… Кто? Конь? Мужчина? Да неважно! Лучше бы никто не гнался.

Когда я в очередной раз оборачивалась на пока еще пустующий коридор, я не заметила поворота и ударилась плечом, едва не выронила тряпку, а потом и вовсе — налетела на человека.

Кружево мгновенно намоталось на чьи-то перчатки и цепануло пряжку, а я уткнулась лбом в жёсткую мужскую грудь.

— О, — сказал Стайхон совершенно сухо. — Тоже рад тебя видеть. Если это признание в любви, то я бы предпочёл, чтобы ты целовалась не так мощно.

— Картины! — Выдохнула я. Воздух не помещался в лёгкие, но я старалась. — Они… говорят.

— Разумеется, — кивнул дракон с величайшей серьёзностью. — Я помню, что ты разговариваешь с предметами. Дай угадаю, ты им тряпкой угрожала, а они в ответ искусствоведчески возмутились.

— Купи коня, — я передразнила фразу чужим сиплым шёпотом и сама вздрогнула.

— Ингрит, ты меня пугаешь. И почему король не приказал справки всех принести от врачей, прежде чем посылать в глушь...

— Мне мужчина в лохмотьях это сказал! — не унималась я, пытаясь отдышатся после короткого, но все-таки забега. — И рыцарь там без коня, потому что его конь теперь у лохмотьев. И… — Я зажмурилась на секунду. — Старички. Утром играли в шахматы. Сейчас — в крокет. Мне кажется, что даже лошадь оскалилась. На меня!

— Только что конь был…

— Ну конь, какая разница! — в сердцах крикнула я, только сейчас осознавая, что все еще зачем-то держу рубашку Стайхона.

— Прекрасно, — тем временем сказал дракон, ехидно смотря, как я не просто его отпускаю, но и отхожу на шаг. — Ты сегодня ела?

–. Это не голод, это ад! Я не выдумываю, Стайхон. Он шептал мне… Почему ты мне не веришь?

— Потому что вчера ты ворчала на котелок.

— Но он же мне не отвечал! Не веришь, иди сам и посмотри! Говорю тебе: там картина говорит!

— Еще раз, что она тебе сказала?

— Коня предложила купить… — растерянно произнесла я, только сейчас понимая, как это звучит со стороны.

— То есть… — Приподнял брови парень. — В старом заброшенном замке оживает картина, но не для того, чтобы напугать путников и заставить их убраться, а чтобы продать коня? — Стайхон еле сдерживал смех, отчего мне сильно захотелось его ударить. — Угроза купить коня, — он в театральных раздумьях приподнял бровь. — Действительно, я бы тоже побежал.

— Ты сейчас специально тупишь или это побочный эффект твоего характера? — сорвалось у меня. Страх всегда вытягивал из меня яд как занозу.

— Это моя профессиональная осторожность, — лениво уточнил дракон. — Когда ведьма мчится по коридору, вопя про говорящие полотна и перемещающихся скакунов, я имею право подозревать либо гоблинскую настойку, либо жар. Дай лоб и дыхни.

Я отшатнулась, но он всё-таки прохладными костяшками коснулся сначала моего виска, а потом еще и щёки.

— Холодная, — констатировал он. — Жара нет. Значит, лихорадка исключается. Остается настойка.

— Или магия, — напомнила я сквозь зубы. — Стайхон. — Я попыталась взять себя в руки и даже получилось — голос перестал дрожать, зато стал острым, как тонкая игла. — Пойдём. Просто пойдём, и ты посмотришь. Если там ничего нет — я добровольно вычищу дальний зал и признаю тебя главным.

— Договорились! Веди к своим истеричным шедеврам. И постарайся больше никого не сбить с ног. Страховка в наш отпуск, увы, не входит, а в нашу целительницу я не сильно пока верю.

— Ты ни в кого не веришь, — буркнула я, разворачиваясь. До меня только сейчас дошло, что дракон предлагает мне идти первой.

Я сглотнула и сделала вид, что просто пересчитываю кирпичи под ногами, а не пытаюсь уговорить собственные колени не дрожать, и пошла.

Конечно, логичнее было бы, если бы первым пошел тот, кто «ничего не боится и ни во что не верит», но нет — дракон великодушно предоставил эту честь мне. Еще и язвить не переставал:

— Держи чуть левее, — лениво подсказал он. — Правая плита крошится, не хотелось бы, чтобы ты споткнулась и начала вопить, что на тебя пол покушается.

— Заботливый и своевременный со своими советами, прям как нарыв на пальце, — бросила я.

— Скажи, а почему именно картины?

— В смысле?

— Ну повторюсь, с предметами ты и вчера общалась. Но испугали тебя именно картины… Неужели ты никогда не была так близка к искусству?

— Ещё слово… — процедила я, стараясь придумать что-нибудь вредное, но тут вдруг заметила, что мы уже у поворота, за которым тянется тот самый проход. Мой межреберный холод подтянулся ближе, а желание язвить ненадолго притупилось. Сейчас было не до этого.

Я притормозила. Хотелось оглянуться и убедиться, что дракон находится рядом, а не на расстоянии трёх коридоров, но я не позволила себе этого сделать. Непрекращающиеся смешки за спиной и так означали, что дракон рядом. И если что — он успеет. Успеет же?

— Веди, веди, — тем временем ободрил этот самый дракон, почти беззлобно. — Надеюсь, твои шедевры всё ещё продают коней, а то я своего не взял.

— Давно ли у нас животные начали на животных ездить?

— Еще раз сравнишь дракона с животным! — моментально оскалился Стайхон.

— Тссс! — перебила его я, наконец набираясь смелости и заглядывая в проход с картинами.

Ну что ж, никаких духов тут за время моего отсутствия не появилось, новых картин тоже. Но конь все еще находился у мужчины в лохмотьях.

— Вот, видишь! — указала я пальцем на картину, забыв про манеры приличия.

— Вижу, картина. Жаль, что тебя в детстве в музеи не водили, а то бы они не так сильно тебя впечатлили.

— Там конь! А вчера он был там! — и я кивнула в сторону картины, на которой одиноко скучал молодой юноша.

— Ты уверена?

— Да. Неужели ты не помнишь?

— Я картины не рассматривал. Но не думаю, что такое возможно.

— Вспомни, Лик чувствовал здесь что-то странное, но не мог определить, что именно.

— Ты считаешь, что это вонял конь? Ну то есть изображение коня, — моментально исправился Стайхон, ловя мой раздраженный взгляд.

— Я считаю, что это не просто картины. Тут дело даже не в коне, со мной этот мужчина говорил! — и я указала на счастливого мужчину в лохмотьях.

Стайхон честно походил по проходу, останавливаясь рядом с каждой картиной. Даже поднял с пола изображение трех старичков, играющих в крокет, но никакого чуда не произошло. Картины были самыми обычными… Неужели у меня и правда глюки? Может, я слишком много магии потратила?

— О, Стайхон, ты тоже пришел себе комнату выбирать? — послышался голос Ареи, которая возвращалась вместе с Крисом.

— Комнату?

— Ну да. Моя, Криса и Ингрит почти готовы. Остались ты, Дин и Лик.

— Точно, комната! Я правильно понимаю, что Ингрит все же осознала свою роль и взялась за уборку?

— Мы все делаем вместе! И если ты не будешь помогать, я палец о палец не ударю, — сразу предупредила я.

— Да мне и не надо пальцем убирать. Убирай руками, так чище и качественнее получится.

— Стайхон!

— Что? Пойдем, выберу себе спальню и посмотрю, чем могу быть полезен.

— А я пойду Дина позову, он недалеко что-то делал, — воодушевилась Арея. — А Лик где?

— Да бес его знает, причем, возможно, в прямом смысле этого слова… — пожал плечами дракон — Идемте уже отсюда.

Мы прошли в жилые комнаты под причитания Стайхона о том, что мы посмели в его доме разобрать лучшие комнаты. Правда, причитания быстро смолки, стоило нам войти в мою спальню…

— В целом, я зря волновался, — задумчиво произнёс дракон. — Не думаю, что эту комнату можно назвать жилой и занятой. Так что, пожалуй, я оставлю ее себе.

— В смысле? — тем временем округлила глаза я. Правда, волновали меня не сейчас ни слова дракона, а открывающиеся виды комнаты. — Мы же тут только убрались....

Крис быстро скрылся в своей спальне, чтобы констатировать, что там тоже бардак.

— Метелка, ты где?! — крикнула я, пытаясь отыскать свое орудие для магии.

Метелка отозвалась мгновенно, и даже показала готовность снова начать творить добро, ну то есть убираться. Вот только я не хотела тратить свою магию на то, что уже делала.

— Это ты все тут снова разрушил?! — накинулась я на дракона.

— Ты о чем? Точно гоблинскую настойку с собой не привозила...

— Да больше некому, потому что…

— Аааа! — внезапно послышался Крик Ареи, правда, бежать на ее спасение не пришлось, ведь девушка сама буквально через секунду влетела в комнату.

— Что случилось?! — бросились мы к ней.

— Там коня продают! — испуганно пропищала она, снимая очки. — Точнее там, там, там говорящая картина! — Заикаясь, произнесла девушка, а я взглянула на дракона, и упёрла руки в боки, давая без слов понять, что не одна я тут сумасшедшая.

— Вы все сговорились насчет этого коня?! — удивленно протянул Стайхон.

— Там картина коня купить предлагает! — стояла на своем Арея.

— Я же говорила, — уперла я руки в боки, почему-то радуясь, что оказалась права. Хотя, наверное, стоило бы огорчиться. Ведь картина, продающая коня, — это не совсем хорошо.

— Идёмте снова посмотрим на ваши картины! — раздраженно произнес дракон. — Но к разговору про комнаты мы еще вернемся! — а эту фразу Стайхон адресовал почему-то мне. И притом зло. — Как я мог их разрушить, если мы все это время тут были, а потом я шел по коридору из противоположной стороны.

Признаться, в его словах дракона была капля здравого смысла. Но признавать это мне не хотелось.

— Крис, найди Лика, если история про коня все же правдива, то думаю, это по части некроманта.

— Да где я его найду?

— На кладбище, тут вариантов немного. Уверен, он уже воскресил какого-то духа, чтобы тот с ним поболтал, мы же его игнорируем.

— Тут никто не воскрешается, — послышался грустный голос за спиной. Мы обернулись и увидели, что некромант сам пришел к нам.

— Лик! Тебе коня купить предлагали? — бросились мы с Ареей к парню.

— Коня? Какого коня? — удивленно посмотрел он на нас.

— Видимо, кони только девушкам положены, — усмехнулся Стайхон.

— Конечно, принцев-то нет, так пусть хоть конь будет! — раздраженно ответила я, окончательно переставая понимать, что здесь происходит. — Идемте уже.

Проход с картинами выглядел как и раньше. Да и конь теперь снова был на картине рыцаря…

— Вот видите! Конь ушел на другую картину! — показала я.

— Так, он вроде тут вчера и был, — задумался Крис.

— Вчера да. А сегодня он был у этого мужчины! — и я указала на картину с веселым человеком в лохмотьях. — Стайхон подтвердит.

Дракон, кстати, выглядел задумчивым. Ну а что? Теперь отрицать, что с картинами что-то не так, было невозможно.

— Когда ты едешь в старый заброшенный замок, — задумчиво начал Стайхон. — То ты должен быть готов к тому, что там может быть дух замка, душа замка, полтергейст, духи рода и прочая страшная нечисть. А вы мне хотите сказать, что нам достался конь? Бегающая по картинам лошадь?! Это даже как-то обидно…

— Да почему только конь? — снова взбесилась я. — Этот мужчина со мной разговаривал! А те трое старичков вчера играли в шахматы. Тут со всеми картинами что-то не так! Лик, ты что-нибудь чувствуешь?

— Чувствую! — некромант задумался лишь на мгновение. — Будто сзади на шее что-то неприятное, — поморщился он.

Мы, конечно, ожидали другого ответа, но все же пошли проверить.

— Тут царапины! — первой заметила Арея. — Вот правда, будто тебя кто-то оцарапал!

— Да кто? Я это только что почувствовал!

Мы синхронно оглянулись, чтобы посмотреть за спину некроманта, и увидели на стене портрет пожилой бабушки с кошкой. Только сейчас они выглядели не самыми милыми и дружелюбными.

— Мне кажется, или вчера эта старушка выглядела добрее? — задумчиво протянул Крис.

— Может, свет иначе падал? — наклонил голову набок Лик.

— Да какой свет? С этим картинами явно что-то не так! — не выдержала я.

— Так, может, это навели в комнатах беспорядок? — задумалась целительница.

— Знаешь, я даже со своей богатой фантазией это не могу представить, — произнесла я, честно пытаясь понять, как картины могли что-то разрушить.

— Но Лика же кот как-то оцарапал? — не унималась девушка.

— Это ещё не доказано! — видимо, дракон все еще верил в лучшее.

— Лик, ты еще вчера говорил, что чувствуешь что-то странное! Можешь это проверить? — посмотрела я на некроманта. — Может обряд какой-то есть или еще что.

— Ритуал есть, — задумался Лик. — Простейший. Показывает, есть что-то потустороннее или нет…

— Так чего же ты молчал?! — накинулась на некроманта Арея. — С этого обряда надо было начинать! Просто проверить им весь замок, а потом уже пускать сюда нас!

Ого, а девушка умела кричать, оказывается. Молодец!

— О, вот вы где! — показался в проходе последний член нашей команды. — Точно, я же обещал картину повесить! — хлопнул себя по лбу артефактор и скрылся так же быстро, как и пришел.

А где он, собственно, был все это время?

— Ты где был? — сразу же спросила я, когда Дин вернулся в коридор с набором инструментов.

— Осматривал здание еще раз на предмет реализации моего плана.

— Тут и рассматривать нечего, он нереализуем. Во всяком случае нашими силами, с нашим бюджетом и в наши сроки.

— Шансы есть! — улыбнулся артефактор и принялся вешать картину, а мы затаили дыхание в надежде, что старички на ней сейчас себя проявят. Но… Чуда не произошло.

— Что вы так смотрите? — нахмурился Дин.

— Да вот, у нас появилась легенда, что картины могут оживать… — честно сказала я.

— Да? — Дин это спросил таким равнодушным тоном, что сразу стало понятно, что его это не интересует. Его в целом не интересовало ничего, где не было механизмов.

— Да. Лик, что тебе надо для ритуала? — перевела я фокус внимания на некроманта.

— Не так уж и много… У меня все есть!

В этот раз скрылся некромант, но вернулся так же быстро, как и артефактор до этого. В руках он при этом держал пакет с какими-то травами и какой-то круглый металлический шар на цепочках.

Если бы сам Лик не выглядел как добрейший блондин в разноцветных носках, на меня, возможно, это бы произвело впечатление. Но сейчас…

Лик устроился в центре прохода, щёлкнул защёлкой на шаре и откинул половинки. Внутри оказалась металлическая чаша с прорезями. Некромант бережно, почти ласково, перебрал травы: щепотка полыни, две веточки розмарина, крошка чабреца, ещё какие-то серые крошки, пахнущие болотом. Каждую приговаривал шёпотом и ссыпал внутрь. Пахло аптекой, сыростью и чем-то, что обычно живёт в подвалах и дружит с пауками.

— Не чихайте, — предупредил Лик глухо, защёлкивая шар обратно. — Он обидится.

— Кто? — на автомате спросила я.

— Ритуал, — серьёзно ответил Лик.

Он обхватил шар ладонями и опустил голову. Шёпот некроманта пополз по полу, как дым — вязкий, невнятный, с хрипотцой. Не язык, а скрип дверей и шорох сухих страниц. По доскам расплылись тонкие фиолетовые линии, сложились в руны — вытянутые, угловатые, будто их писали пером с тупым кончиком. Они кругами пошли от Лика, упираясь в стены и мебель.

Шар чуть дрогнул и зазвякал цепочками. Лик приподнял его — и из узких щелей повалил вязкий пар. Он разлился по коридору низкой волной, медленно поднимаясь вдоль стен. Я невольно приподняла подол, хотя выглядела при этом, подозреваю, глупо.

Рунами полыхнуло, пар разошёлся тонкой вуалью — и тишина.

— Ну… — протянула я.

— Никакой некромантии нет! — пожал плечами Лик. — Вы же видите, никаких зеленых следов. Если бы что-то потустороннее было, то дым образовал бы поверх зеленую плесень.

Плесени и правда не наблюдалось, и это удивляло.

Мы еще немного посмотрели на картины, которые все сильнее заволакивало дымом, но никакой зеленой плесени так и не нашли, даже налета не было.

— Ладно, давайте заканчивать, а то я сейчас задохнусь, — вздохнула я.

— Нет! — резко выкрикнула Арея. — Давайте по всему замку с этим шаром пройдемся. Вдруг где-то что-то проявится. Так безопаснее будет!

— На весь замок его не хватит, — покачал головой некромант.

— Новый сделаешь. Что тебе, жалко?

— Я не брал с собой столько трав!

— А вот и зря!

— А ты хочешь сказать, что собрала с собой весь чемодан ингредиентов на все случаи жизни?

— Да при чем тут все случаи жизни?! Мы ехали в старый заброшенный замок. Тут как бы очевидно…

Я не знаю, куда бы зашла перепалка некроманта и целительны, если бы с одной из стен не раздалось громкое:

— Апчхи!

И мы резко развернулись, правда, не все. Некромант был слишком увлечен спором.

— Я же просил не чихать! — нахмурился он.

— А это не мы. Это она! — прошептала я, указывая на девушку с веером, которая уже активно им обмахивалась, разгоняя дым.

— Апчхи! — снова чихнула она и зло на нас уставилась.

Девушка с веером на золочёной раме сжала носик тонкими пальчиками, зажмурилась и по-настоящему с человеческим возмущением, фыркнула.

— Вы вообще нормальные? Полынь в закрытом помещении! — проскрипела она, веер дрогнул, мазки краски едва заметно сдвинулись. — У меня аллергия на кладбищенские запахи!

— О, — сказала я очень тихо. — Оно обиделось. И говорит.

— Будьте здоровы, — проговорил Лик удивленно.

— Спасибо, — автоматически отозвалась картина и тут же осеклась. — То есть… что вы тут делаете?

— Пытаемся потусторонних духов найти. Кстати, Лик, а ты уверен, что тебе вообще нужно было с нами сюда ехать? — обернулся к некроманту Стайхон.

— В смысле? Ну да… А что? — округлил глаза Лик.

— Ну просто мы сюда приехали, потому что нас король дипломов лишил, а тебя, видимо, и лишать было нечего.

— В смысле?!

— Ну ты же сам сказал, что ритуал простейший, а ты с ним не справился...

— Все я справился, просто они не потусторонние! — обиделся Лик.

— Ну да, самые настоящие, — фыркнул дракон и вновь повернулся к девушке на портрете. — А вы, сударыня, не дух, а, так сказать, экспонат с характером. Чем обязаны этой… живописной истерике?

— Этому некроманту до прошлых хозяев далеко, — отрезала девушка, хищно щёлкнув веером. — Те хотя бы умели дверь тихо закрыть и полынь не жечь, как трактирщики на ярмарке. Убирайтесь!

— Во-во! — оживились три веселых старичка на полотне, которое Дин только недавно повесил. — Правильно говорит! — поддакнул первый. — Раньше некроманты были! — поддакнул второй. — В галстуках! — торжественно подвёл итог третий, сдвинув брови как фрагменты пейзажа.

— Галстуки… — пробормотал Лик, пытаясь расправить невидимый воротник собственного самолюбия. — Между прочим, у меня есть… э…

— Даже диплома нет, — тихо напомнил боевик, за что получил злющий взгляд от Лика.

— Да что вы понимаете! — вспыхнул некромант. — Я, между прочим, провёл корректный ритуал!

— Корректный? — девушка с веером передёрнула плечами так, что в углу рамы хлопнула позолота. — У меня от вашего «корректного» мазки съехали, как прическа у нервного портного. Ещё раз чихну — и лицо окажется в завитках рококо!

— А что? Чихни, деточка, — прокаркала вредная старушка на тёмной картине при входе. — Пусть молодёжь почувствует искусство. Мурка, фррр!

Злая кошка на её коленях распушила хвост и зашипела так, что пыль легла по углам картины ровным узором.

— Мадам! — встрял рыцарь с букетом, красиво вывернув латную кисть. — Позвольте защитить вашу честь… от… э-э… ароматерапии. — Он наклонился, и несколько мазковых роз осыпались на рамный карниз. — Возьмите, леди, этот скромный гербарий протеста.

— Шёл бы ты своим гербарием, — совсем неэлегантно фыркнула леди с веером, мгновенно вызвав подобной речью кучу вопросов. — Ты же знаешь, что сколько бы ты этот веник ни отдавал, он все равно к тебе возвращается! Ты даже ощипывать его пробовал! Восстанавливается!

— Господа, — тихо и немного нервно произнес молодой парень с конем. — А вы не могли бы все же потушить свои травы. А то у меня конь от этой полыни нервничает.

— Убирайтесь, — отчеканила девушка с веером. — И заберите этого… специалиста. — Указала она на Лика. — До прошлых хозяев вам, молодой человек, как до приличного реставратора пешком — столетиями.

— Я, между прочим, могу провести ритуал вашего изгнания, — обиделся Лик. — Культурно. Без… э-э… следов.

— Да ты нас даже обнаружить не смог! Не то что изгнать! Последний раз, — сказала девушка, расправив плечи. — Убирайтесь. И откройте окно!

— Сквозняк мне противопоказан, — старушка подняла палец, а кошка продемонстрировала нецензурную фигуру когтями. — У меня ревматизм мазков.

— Лик, — я вздохнула, — может, не будем спорить с коллекцией? Давай туши свои травы, все равно они не помогли.

— Попробуем, — буркнул Лик и произнес странные слова, которые мгновенно развеяли дым. Прикольно! А я думала, водой тушить придется.

— Всё, — девушка щёлкнула веером так, что по залу прокатилась звенящая тишина. — Убирайтесь! И когда увидите вашего короля, скажите: он лишил дипломов не тех. Начинать надо было с ваших преподавателей.

— Эй, а вот это уже обидно! — буркнула я, понимая, что паника перед картинами куда-то отступила. Во всяком случае сейчас страх они не внушали. — И никуда мы не уйдем. У нас задание, иначе не видать нам дипломов.

— Вы их и не заслужили! — снова парировала девушка. И откуда в леди столько нахальства?

— Готова поспорить, вот только не хочется время тратить на болтовню с представителями декора.

— Да как ты смеешь! Мало вам того, что мы все ваши старания в комнатах свели к нулю! — не унималась истеричка с картины.

— Так это вы там беспорядок устроили?! — не выдержала я. — Так, Лик, развеивай их, отправляй куда угодно.

— А если не получится? Вдруг они не духи... Ритуал же их не определил…

— Не уверена, что проблема в них, возможно, в тебе и в ритуале. Но давай попробуем. Если не получится, всегда можно заказать у короля ацетон… Или чем там картины стирают?

— Да как ты смеешь, девчонка! — выкрикнула злая старушка. — Хотя что ждать от той, что так одета! Юбка-то ноги совсем оголила! Не было в этом доме еще девушек легкого поведения! Какой позор!

— Эй! — зло посмотрела я на старушку, пока дракон даже не пытался сдержать смех.

— А ты чего смеешься, узурпатор! — старушка мгновенно переключилась на него! — Как посмел ты, дитя завоевателей и убийц, ступить в этот дом?

— Так он мой, — равнодушно пожал плечами дракон.

— Какой позор! — завопила старушка, но Лик ее перебил, неожиданно ровно сказав:

— Хватит. Счёт пошёл.

Он опустился на колено и, к моему удивлению, вытащил не какой-нибудь клык, не свечу, а тонкий белый мелок. Чиркнул по паркету — и белая линия вспухла тонкой нитью. К линии Лик добавил щепотку соли, плоскую медную монету с отверстием, волосок конского хвоста (парень в раме обиженно фыркнул в унисон с конем), и тихо произнес непонятные слова.

На этот раз это смотрелась впечатляюще, может быть потому, что когда Лик сидел на корточках, не было видно разноцветные носки. А еще меня все это время не покидал вопрос, откуда у него с собой соль, монета и конский волос? Неужели он их всегда с собой носит? А что еще у него в карманах?

Слова некроманта тем временем складывались в знаки, а знаки — в обруч вокруг коридора. Позолота на рамах тихо звякнула, как стекло в буфете при грозе. Девушка подняла веер — и застыла. В буквальном смысле: кисточка веера зависла между рёбер, как птичка на стекле. Рыцарь замер в полупоклоне, цветы повисли в воздухе дрожащим мазком. Парень с конём схватил повод, и буквально половина его пальцев стала уже не пальцами, а двумя уверенными полосами тени. Старички дружно раскрыли рты на «Во—». Кошка превратилась в запятую из пуха и когтей и зависла у старушки на коленях, где-то между «фррр» и «мя». И лишь мужчина в лохмотьях, все это время с интересом за нами наблюдающий, снова застыл с сияющей улыбкой.

Воздух стал плотным, как варенье. Даже запах полыни отступил, будто его закрыли крышкой.

— Работает или они притворяются? — выдохнула я.

— Работает, — прохрипел некромант, вытирая пот. — Значит, это все же что-то потустороннее. Но мне не удалось их изгнать! Я их лишь запечатал на время. Кто тут жил раньше, ты говорил? — и Лик повернулся к Стайхону.

— До того, как моей семье замок отдали? Некроманты какие-то, которые решили против власти пойти.

— Это не какие-то некроманты, а очень сильные! Надо бы узнать про них подробнее…

— Попробую запросить данные из семейного архива.

— Или можно порыться в библиотеке, — задумалась я. — Мы видели, она здесь огромная. Но это потом, что сейчас будем делать?

— Сколько у нас времени? — серьезно посмотрел Стайхон на некроманта.

— Несколько часов, — задумчиво произнес Лик.

— Предлагаю назло им привести в порядок весь замок, поочередно карауля у портретов. А потом дождаться их пробуждения и еще раз пригрозить ацетоном. Интересно, как они вообще смогли все в комнатах разрушить? Как они передвигаются?

Задавая последний вопрос, Стайхон даже наклонился. Только что он ожидал увидеть под картинами? Ноги?

— Ингрит, а ты справишься со всем замком? — с надеждой посмотрела на меня Арея.

— Нет, вам придется помогать.

— Поможем! — демонстративно закатал рукава Лик. — Лишь эти этих духов несчастных проучить!

Как ни странно, но план почти удался, и несмотря на то, что через пару часов я была почти истощена магически, большую часть замка мы в порядок все же привели. Арея при этом умело орудовала тряпкой и обычным веником, впрочем, как и Лик. Дин притащил какой-то агрегат, который назвал «пылевдох» и пустил его по полу. А Крис и Стайхон занимались тяжелой работой, таская все ненужное на улицу.

Не могу сказать, что уборка прошла гладко. Дракон несколько раз чуть не полыхнул на нас огнем, я еле сдерживала себя, чтобы никого не проклясть, даже Арея, кажется, готова была варить отраву вместо целебных настоек. Но все же общий враг нас немного объединил, и сейчас мы сидели напротив этих врагов в золоченых рамах и ждали, когда они проснутся. У нас к ним был важный разговор!