Руфус всё ещё был на сцене и занимался приготовлениями, когда Тассило заметил подъехавшую машину.

— Ты действительно хорош, Юлиус, моё уважение, — сказал он, наблюдая, как Керн и Фукс выходят из машины и осматривают здание снаружи.

— Ну и развалина, — заметила Фукс, пока Керн рассматривал пожелтевшие фотографии прошлых шоу в витрине, которую Мадам много лет назад установил у входа в варьете.

— Такие туристические ловушки были в восьмидесятые, — сказал он.

Потянул дверь, нажал — заперта.

Тогда он позвонил.

— Это он? — спросил Руфус, уже установивший гильотину в центре сцены и направивший на неё свет.

— Слишком рано, — ответил Тассило. — Джонатан только сейчас приглашает ассистентку. Нам нужно ещё полчаса. По меньшей мере.

— И что теперь?

Тассило наблюдал за сотрудниками LKA через окно с зеркальным покрытием.

— Думаю, мне нужно ещё раз подняться наверх, — сказал он, заметив, как Керн ищет имя на табличках.

— Здесь нет Зерковица, — сказал Керн, дважды просмотрев список имён.

— А Мадам? — спросила Фукс, стоя у окна и безуспешно пытаясь заглянуть внутрь варьете.

— Тоже нет. Подожди.

Керн нажал сразу на несколько звонков. Вскоре из домофона ответил голос пожилой женщины.

— Я ищу господина Зерковица, — сказал Керн.

— Не знаю такого.

— Он владелец Mes Amis. Должен жить здесь.

— А-а, тот трансвестит, — ответила женщина с пренебрежением. — Звонок без имени. Первый этаж. Там вообще нет имени.

Не успел Керн поблагодарить, как она уже нажала кнопку, открыв замок.

— Тогда пойдём, — сказал Керн Фукс и открыл дверь.

— Приедешь ко мне в Мюнхен? — спросила Фукс, проходя мимо забитых рекламой почтовых ящиков к лестнице.

— Не знаю. Может быть, когда всё уляжется.

— А уляжется ли когда-нибудь?

Керн взял её за руку, поцеловал и провёл ладонью по её волосам.

— Надеюсь, что нет.

Они поднялись по скрипучей лестнице старого дома и остановились перед дверью квартиры. Она была приоткрыта.

Керн и Фукс переглянулись. Они не звонили — значит, их не могли ждать.

— Господин Зерковиц? — крикнул Керн в щель.

— Мадам? — сказала Фукс, когда ответа не последовало.

Тогда Керн осторожно открыл дверь ещё немного.

— Полиция. Можно с вами поговорить? — крикнул он в пустоту.

Вдруг из квартиры зазвучала громкая музыка. Кто-то включил радио. Эдит Пиаф пела своим неповторимым голосомLa vie en rose.

— Проходите, — раздался голос, явно мужской, но пытающийся звучать по-женски.

Керн на мгновение замер. Ему показалось, что он узнаёт этот голос, но тут же отбросил эту мысль.

Он и Фукс вошли внутрь.

— Мы не вовремя? — спросила Фукс в сторону комнаты, откуда доносилась музыка.

Ответа не последовало. Вместо этого ручка двери опустилась, и дверь открылась. Пиаф пела так громко, что говорить стало невозможно.

Что-то здесь не так.

— Оставайся здесь, — прошептал Керн.

Он на мгновение задумался, не достать ли пистолет, но решил этого не делать. Осторожно приблизился к двери.

— Можно войти?

— Прошу, — ответил тот же голос.

Я же знаю этот голос.

Керн осторожно приоткрыл дверь спальни.

Первым он увидел кровать с балдахином.

А затем — тело, лежащее на ней.

— Вон отсюда! — крикнул он Фукс, но в ту же секунду его ударили тупым предметом, и он рухнул на пол.

Последнее, что он увидел, прежде чем потерять сознание, — тёмную фигуру в цилиндре, стремительно приближавшуюся к Фукс со спины.

Обернись, Ева! Обернись!

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»