Вторая неделя пронеслась ещё быстрее, чем первая, и уже наступила пятница. В обед, как и было обещано, в спортзале прошла церемония награждения. И так как приехали представители с местного телевидения и мэрии, директором строго настрого было запрещено пользоваться способностями на время пребывания посторонних людей на территории школы.

О самом мероприятии ученикам сообщили ещё в понедельник, чем вызвали неоднозначную реакцию. Всю неделю школа гудела, как разворошённый улей. Было множество недовольных, в особенности среди будущих героев и их родителей, которые на протяжении всей недели осаждали кабинет директора и обрывали телефон секретарю, так что в приёмной творился настоящий аншлаг. Мой маленький шпион в виде ящерки, спрятавшийся на карнизе в кабинете Фальца, неоднократно транслировал мне, как мужчина стоически выдерживал натиск, попугаем повторяя практически одни и те же фразы на претензии родителей, которые звучали примерно следующим образом:

«С каких пор злодеям начали раздавать награды?! Где это видано: поощрять злодеев?! Где гарантии, что парень не причастен к поджогу? Вы лицо его видели?! Он же наверняка всё подстроил! Как вы можете ему верить? Это же сын Страйкера (на самом деле псевдоним отца Итана звучит как «Магмострайкер», но есть и те, кто называют его просто «Страйкер»)! Сынишка наверняка не далеко от отца ушёл! Я даже не сомневаюсь, что тот ему помог! Вы провели расследование, прежде чем разбрасываться наградами?!»

Директор без зазрения совести прикрывался мной как эспером, свидетелем и непосредственным участником. Бессовестно врал, что нас он допрашивал лично, в присутствии миссис Хипс, и та подтвердила непричастность парня. Фальц старался отвечать как можно более спокойно, но порой и в его голосе проскальзывали раздражительные нотки. Иной раз просили или даже требовали вызвать нас с Фларесом, чтобы самостоятельно во всём убедиться, но мужчина отвечал жёстким отказом, ссылаясь на то, что учеников не следует отрывать от учебного процесса.

После услышанного у меня стали закрадываться подозрения, что Фальц не просто так решил перевести Итана, а сделал это намеренно. Злодеям награды не полагаются, а вот если он будет из класса героев, то никаких проблем. И тест — лишь для галочки. Мне казалось, что даже если Итан вдруг не справится, Фальц найдёт способ пропихнуть его, но говорить об этом самому парню я не собиралась, не хотела расстраивать.

Как только дверь за последними посетителями закрылась, мужчина устало откинулся на спинку своего кресла, ослабляя узел галстука и прикрывая глаза, чтобы перевести дух.

— Почему вы не перевели его до того, как все узнали? — Ящерка перебралась на один из стульев для посетителей, увеличиваясь в размерах и принимая мой облик.

Услышав голос, Фальц от неожиданности подскочил на месте, удивлённо вытаращившись на моего двойника, что теперь сидел перед ним со скрещенными руками и вперив в мужчину недовольный взгляд.

— Переведи вы его раньше, не пришлось бы выслушивать весь этот бред, — дубликат кивнул в сторону двери, намекая на недавних визитёров. — К чему эти сложности?

— К-как...? Как Вы... - на пару секунд Фальц лишился дара речи, пытаясь понять каким образом я прошмыгнула мимо секретарши, но после взял себя в руки, напуская на грозный вид. — Давно вы подслушивали? И почему не на уроке?

— Ошибаетесь, — нагло усмехнулся двойник, — я сижу на истории. Мистер Уолис как раз рассказывает про гражданские права. Хотите, могу процитировать?

— Так вот о каких «шпионах» шла речь, — кажется, он вспомнил наш недавний разговор после моего обморока, так как в глазах мелькнуло что-то вроде осознания. — Как много вы слышали?

— М-м-м, — дубликат сделал вид, что задумался, а затем небрежно махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху, — всё.

— Мисс Маррин, я, безусловно, рад Вашим успехам, но Вы не имеете права проникать в мой кабинет и подслушивать важные переговоры! — Сцепляя пальцы в замок, мужчина положил руки на стол, подаваясь вперёд.

— Итан — мой друг, я за него переживаю и не хочу, чтобы он стал пешкой в Вашей очередной партии, — клон не дрогнул под суровым взглядом мужчины. Полезно, всё-таки, вести переговоры «удалённо» — можно спокойно контролировать выражение лица, не давая себя выдать. — Что на этот раз Вы задумали?

Противостояние взглядов продлилось добрую минуту, прежде чем мужчина нехотя выдал:

— Вам не понять.

— А Вы объясните, — предложила я, не желая уступать. В какой-то степени такие беседы с Фальцем мне даже начинали нравиться. Было в них что-то... волнительное.

Откинувшись на спинку кресла, мужчина смерил меня долгим нечитаемым взглядом, методично постукивая пальцем по подлокотнику, словно обдумывая, стоит ли посвящать меня в свои «грандиозные» планы.

— Геройский мир закостенел, — повернувшись боком, Фальц безучастно начал рассматривать расставленные на полках книги. — Они видят мир только в чёрно-белых тонах, забывая, что ни всё в этом мире так однозначно. Герои слишком трясутся над шатким равновесием, не замечая, как весы уже давно склонились в их сторону и теперь они больше похожи на угнетателей, пользующихся данными им привилегиями, прикрываясь «героизмом».

Замолчав мужчина, перевёл на меня усталый взгляд, ожидая реакции, но я лишь молча сидела, обдумывая его слова. В каком-то смысле он прав. Я уже давно заметила, что герои остаются безнаказанными за свои проступки, в то время как на злодеев спускают всех собак за простой чих.