Карлсефни вместе со Снорри, Бьярни и другими поплыл на юг вдоль берега. Их путь был долгим и сложным, но наконец они приплыли к реке, которая впадала в озеро, а затем в море. Проход преграждали песчаные отмели – пройти можно было только во время прилива, когда вода поднималась.

Они дождались прилива и зашли в устье, назвав это место Озерко. Карлсефни и его люди увидели поля самосеянной пшеницы в низинах и виноградную лозу, вившуюся на возвышенностях. В лесу они встретили множество разнообразных зверей. А в ручьях было много рыбы. Для ее поимки они рыли ямы на берегу, там, где море встречалось с сушей. И когда вода отступала, в ямах оставался огромный палтус.

В этой идиллии они оставались полмесяца, их скот хорошо питался, люди поедали рыбу и виноград, совершенно не замечая ничего плохого. Но однажды рано утром они увидели на берегу девять кожаных лодок. Сидевшие в них люди вращали длинными палками по движению солнца, которые трещали, подобно цепам.

– Что бы это могло значить? – задумчиво произнес Карлсефни.

– Возможно, это приветствие и знак мира. Возьмем белый щит и пойдем им навстречу, – ответил Снорри.

Так они и сделали, когда Карлсефни со своими людьми приблизился к незнакомцам. Те рассматривали их с большим удивлением. Хотя и сами выглядели весьма необычно: низкорослые, некрасивые люди, с грубыми волосами, большими глазами и широкими скулами. Некоторое время они рассматривали друг друга, но затем незнакомцы сели в свои лодки и уплыли на юг, за мыс.

Карлсефни и его люди построили себе жилье на склоне у озера, одни ближе к воде, другие дальше. Они прожили там зиму, в которую совсем не выпало снега. Скот питался тем, что находил на земле, а люди радовались теплоте и обильному улову.