Глава 7

Все столики внизу были заняты исключительно мужчинами, что пили алкоголь и с интересом наблюдали за представлением, происходившим в левом углу от лестницы. Поскольку зал для посетителей был достаточно широкий, то выделенного для сцены пространства вполне хватало, чтобы на нём свободно танцевали пять изящных девушек.

Играл оркестр: громко звучали фортепиано и духовые инструменты, однако самих музыкантов я почему-то не замечала. Собравшихся гостей такое обстоятельство, похоже, ничуть не смущало: настолько они были поглощены созерцанием утончённого танца. Конечно, невидимые музыканты придавали вечеру особую атмосферу таинственности и очарования, но всё же мне было жутко любопытно, откуда доносилась музыка?

Влад подвёл меня к ближайшему и единственному свободному столику, находившемуся буквально в паре шагов от импровизированной сцены. Присев за него, я принялась смотреть шоу.

Сперва я обратила внимание на образы девушек. Они бросали дерзкий вызов морали нашего времени, крича своей смелостью и яркостью! Выразительные глаза притягивали глубиной и загадочностью, алые губы обещали страсть и тайну. Платья с обнажёнными плечами и соблазнительно глубокими вырезами, лишь слегка прикрывающими упругие груди, приковывали к себе мужские взгляды. Вдобавок девушки грациозно обводили кончиками пальцев контуры своих декольте…

Наряды и движения намекали на атмосферу эротизма и легкомысленности, однако сам перформанс сохранял удивительную изысканность, избегая пошлости. Я думала, что танцы будут примитивными: прыжки да махания юбками. Но здесь прослеживался чёткий сюжет и изящная хореография – настоящая театральная постановка! Танец гармонично сливался с музыкой, и каждая линия тела становилась частью общей мелодии. А она то усиливала свой накал, то уменьшала, и тогда лица девушек принимали то драматичное выражение, то умиротворённое.

Мужчины замерли, очарованные зрелищем, забыв обо всём остальном: напитках, беседах, заботах. Внимание гостей было сосредоточено лишь на том, что происходило на сцене. Я тоже заворожённо наблюдала за восхитительным танцем.

Внезапно перед моим взглядом появилась элегантная женская рука, держащая хрустальный бокал с игристым шампанским. Только тогда я оторвалась от выступления и обратила взор на девушку-официантку. Очаровательно улыбнувшись, она подала мне бокал и удалилась.

Я с удивлением посмотрела на Влада, что уютно устроился на соседнем стуле.

– Расслабит тебя ещё немного, – шепнул Влад мне на ухо.

Я сделала небольшой глоток и принялась дальше наблюдать за представлением. Прежде я почти не употребляла алкоголь, поэтому несколько глотков вина и шампанского быстро вскружили мне голову. Я почувствовала себя так сладко и спокойно, создалось ощущение, будто я хорошо знаю всех этих людей…

Когда одна из танцовщиц незаметно приблизилась и мягко взяла меня за ладонь, непрозрачно намекая, что приглашает на сцену, я слегка растерялась. Обернувшись на Влада, я уловила его одобрение в молчаливом кивке. Этого оказалось достаточно, чтобы моё тело само поднялось со стула и послушно последовало за девушкой.

Начался наш совместный танец. Мои руки и голова плавно направлялись вслед за музыкой. Я была расслаблена и позволяла девушкам полностью управлять моими движениями. Меня вертели и наклоняли, словно я тоже репетировала с ними этот танец, хотя для меня он являлся чистой импровизацией. Не знаю, как смотрелось со стороны, но ощущалось всё естественно и элегантно. А в конце меня торжественно подняли высоко над полом и бережно усадили на плечи…

Я испугалась. Но не за собственную безопасность, а потому что подумала, что им, наверное, сложно меня удерживать. Да, конечно, фигура моя была изящна и тонка, но ведь я уже давно выросла из детского возраста и больше не просилась на ручки. К тому же девушки весили примерно столько же, сколько и я. Я полагала, что они вот-вот отпустят меня, однако они продолжали удерживать меня, никак не показывая, что им тяжело.

Раздались громкие аплодисменты. Десятки мужских глаз сейчас были обращены исключительно на меня. Подавляющая часть оваций предназначалась также именно мне. От этого сердце билось чаще, а душа наполнялась нежным волнением.

Среди множества лиц я заметила и Тома. Он в одиночестве расположился за столиком, находящимся недалеко от сцены, и не отрывал от меня взгляда, полного восхищения. Я улыбнулась. Отчего-то мне показалось, что в сегодняшнем аукционе победит именно Том. Он так смотрел на меня, словно я была его самой дорогой драгоценностью! В его глазах читались забота и желание покровительствовать – именно этих качеств я искала в своём будущем муже. И неужели нашла?

Девушки наконец опустили меня на пол и отошли назад, к стене. Рядом со мной осталась только Агнесса. Она и обратилась к залу:

– Джентльмены! Рада всех приветствовать в «Соблазнах Пикадилли». Ну как, вам понравилось шоу?!

Зал взорвался одобрительным гулом и аплодисментами. Она резко провела рукой по воздуху, призывая всех затихнуть, и продолжила:

– А как вам наша сегодняшняя королева?

Раздался ещё более громкий гул. Кто-то даже затопал на месте, выражая свой восторг. На моих губах появилась тёплая улыбка: я почувствовала себя особенной! Скорее всего, таково было действие алкоголя, потому что мне было безразлично, что все эти мужчины рассматривали меня лишь как сексуальный объект. Сейчас мне хотелось одного – нравиться и получать знаки внимания. И я этого добилась.

– А если я скажу, что девушка девственница? – произнесла Агнесса, и на несколько секунд в зале повисла тишина. Многие мужчины были просто шокированы таким заявлением, но вскоре зал снова наполнился гулом, топотом, аплодисментами и послышались выкрики:

– Плачу больше всех!

– Отдаю всё состояние!

– Продам душу за ночь с ней!

Однако Том молчал. Он не хлопал и даже не улыбался. В его взгляде читалось лишь сожаление.

«Том, пожалуйста, стань моим первым! – мысленно обратилась я к нему. – Если мне не суждено выйти замуж по любви, пусть хотя бы девственность я потеряю с тем, кто мне мил».

– Приглянулась девочка? – продолжала заводить публику Агнесса. – Поглядите, какие волосы! – еле касаясь, она погладила меня по голове. – Какая белоснежная кожа с ярким румянцем! – она нежно провела тыльной стороной ладони по моей щеке. – Глаза голубые, словно два бездонных озера! И алые губы, словно бутон розы. Хотите ли вы испить их нектара?

– Да! Да! – послышались выкрики с разных сторон.

– А какая наливная грудь! – она провела кончиками пальцев по моему декольте.

От возмущения, что меня выставляли как товар на рынке, моя грудь начала чаще вздыматься, привлекая к себе ещё большее внимание. Я обратила взор на Влада: уголки его губ едва заметно приподнимались, изображая улыбку, но взгляд при этом был уверенный и строгий. Влад неотрывно смотрел мне в глаза, и у меня внутри всё сжалось. Как будто он бросил мне невидимую петлю угрозы, крепко затягивая её вокруг шеи с намерением уничтожить мой мир до основания, ежели я посмею преступить условия нашей сделки. Я поняла: стоит единожды оступиться, и тени возмездия тотчас настигнут меня и моих близких…

Не знаю, откуда пришло это ощущение. На самом деле Влад выглядел расслабленно и мило. Но я не сомневалась, что эта обманчивая мягкость таила в себе смертельную угрозу: по какой-то неведомой причине Влад виделся мне опаснейшим хищником!

– Ну что, господа? Ваши ставки! – объявила Агнесса.

– Двадцать фунтов! – выкрикнул с нетерпением молодой джентльмен со столика у правой стены.

– За двадцать фунтов купишь себе шлюху из Уайтчепела! – ответил ему солидный мужчина со столика напротив и добавил: – Пятьдесят!

– Шестьдесят!

– Семьдесят!

– Сто! – продолжили мужчины перебивать друг друга.

Я слушала и не верила, что они называют такие суммы, да ещё в фунтах стерлингов! Неужто действительно я обладала такой притягательной красотой, что даже самые богатые мужчины – гордые властители финансов и судеб – готовы были легко расстаться с огромными суммами за одну-единственную ночь со мной? Мать и близко не зарабатывала столько за год, а тут всего одна ночь! В тот миг душа моя словно застыла от изумления, окутанная лёгкой дымкой гордости и тревоги одновременно. Я начала прикидывать, сколько из этой суммы мне заплатит Влад. Следовало бы раньше уточнить насчёт процента, но отсутствие опыта работы по найму помешало мне вовремя задуматься о столь важном аспекте. Тем не менее я твёрдо рассчитывала на порядочность Влада, предполагая, что он поделит прибыль справедливо и не оставит меня практически ни с чем.

– Двести!

– Триста! – продолжались повышаться ставки, и от них у меня закружилась голова.

Ситуация больше не выглядела столь мрачной. Я уже вообразила, как восторженно будут улыбаться мои сёстры при виде подарков, купленных мною. Но ничто не приносит большего счастья, чем улыбающийся и здоровый вид матери! Поэтому я собиралась приобрести ей дорогостоящие лечебные мази для облегчения боли в суставах. Да и вообще, теперь мама могла освободиться от заказов и позволить себе творить исключительно ради удовольствия. А самое главное, мы могли бы наконец покинуть тесноту и суету Ист-Энда и отправиться жить в престижный Вест-Энд, куда давно мечтали переехать!

– Пятьсот!

– Шестьсот! – доносились выкрики.

Окрылённая вниманием, я посмотрела на Тома: он был угрюм и молчал. Мой энтузиазм тут же сник, и восторженность исчезла с лица. Мне так хотелось подарить свою невинность именно Тому! С другими мужчинами я могла бы спать и позже, но первый раз всегда воображался мне особенным и непременно с любимым человеком. Утешит ли меня цена в шестьсот фунтов? Ведь далеко не каждая красавица могла похвастаться тем, что продала ночь с собой за такую огромную сумму! Можно было назвать это особенностью, но без близкого сердцу мужчины вся прелесть мгновенно тускнела.

«А вдруг у Тома нет столько денег? – тревожилась я. – А вдруг есть, но я ему не нравлюсь? Пожалуйста, Том, не молчи! Я даже готова вернуть тебе ту часть денег, что выплатит мне Влад», – мысль была спасительной, но, к сожалению, Том её не слышал. Надо было раньше договариваться. А что теперь?

– Тысяча! – с одного из дальних столиков поднялся пузатый мужчина лет пятидесяти в сером костюме-тройке. В руках этот джентльмен держал бокал с виски и плотоядно смотрел на меня.

Все замолчали. На несколько секунд в зале повисла тишина. А потом Агнесса заговорила:

– Тысяча раз! Кто даст больше?

Но все продолжали молчать.

– Тысяча два! Подумайте, дважды девственницей эта девушка не будет.

Однако никто не осмеливался предложить больше.

«Том, умоляю!» – смотрела я него, а он смотрел на меня, но ничего не предпринимал.

– Тысяча три! – победно воскликнула Агнесса. – Продано лорду Джону Сомерсету!

Мой мир рухнул под звуки аплодисментов. Я закрыла глаза от безысходности, и по щеке покатилась слеза.

«Что ж, я сама на это согласилась, – звучал голос совести в голове. – Как сказал Влад, придётся перетерпеть».

– Уже лет тридцать у меня не было целочек! – смеялся Джон Сомерсет, довольный своей победой в аукционе. – Почувствую себя вновь молодым. Красотка стоит этих денег!

Меня возмутили его слова. Я резко распахнула ресницы, и взгляд мой тут же зацепился за спину Тома: он покидал заведение. Сердце сжалось от боли осознания, что он даже не попытался побороться за меня. Я мечтала подарить ему девственность, но оказалось, что она была ему не нужна. Как и я.

Отчаяние заполнило меня, и я решила вычеркнуть Тома из своих мыслей! Я снова принялась представлять безбедную жизнь, ради которой всего-то и стоило, что провести одну ночь с этим пухлым джентльменом. И я была согласна! Раз именно он оценил меня так дорого, значит, он заслужил честь стать моим первым мужчиной, несмотря на то что был стар и отвратителен на внешность.

Залпом допив алкоголь, он взял трость и шляпу и решительно направился в мою сторону. Однако навстречу вышла Агнесса и преградила ему путь. Звонко засмеявшись, она накрыла своей ладошкой локоть этого щедрого джентльмена и, придерживая его за руку, повела обратно к столику.

Нежная мелодия, похожая на проникновенную игру пианиста, исполненного чувств, вновь зазвучала из ниоткуда. Танцовщицы, терпеливо простоявшие весь аукцион у стены позади меня, теперь вышли в зал. Не прошло и минуты, как они распределились между столиками, уютно расположившись на коленях довольных мужчин. Официантки также перешли на флирт и позволили свободно касаться своих тел. Сейчас происходящее больше напоминало настоящий бордель – яркое, шумное, хаотичное зрелище, где чувства кружились в безумной карусели страстей, теряя грани между желаниями и возможностями, а воздух звенел от сладких ароматов любви и порока, щедро рассыпанных вокруг.

В воцарившемся полумраке Влад возник передо мной словно тень.

– Молодец, Лорен! – похвалил он. – Не убежала.

Я посмотрела на него с испугом. Неужто мне не почудилось и Влад действительно разгадал мои внутренние колебания и сомнения?

– Идём, – он положил ладонь на мою поясницу и повёл меня к шторе. – Расскажу тебе, что будет дальше, а потом отправлю домой.

– И когда мне?.. – с нетерпением поинтересовалась я. – Ну, спать с ним…

– Агнесса обо всём договорится, – ответил Влад, ведя меня по лестнице наверх. – Если переживаешь об оплате, то не волнуйся: он заплатит нам сразу. Главное, дай ему то, за что он заплатил, хорошо?

Я нахмурилась. Он намекнул на то, что я могу передумать? В сознании мелькнул образ Тома, покидающего заведение. Это пробудило во мне горькую обиду. Я готова была подарить Тому самое сокровенное, что у меня было, а он равнодушно ушёл, даже не попытавшись предложить свою цену! Я так злилась на него, что уверенно заявила:

– Я собираюсь отработать каждый фунт!

Влад рассмеялся.

– Хвалю за смелость! Но посмотрим, будешь ли так же уверена, когда дойдёшь до постели. Не подведи меня, Лорен! На кону моя репутация.

– Обещаю, что не подведу! – не теряла решительности я.

– Вот и славно! – произнёс он, заводя меня в кабинет.