Вадим вышел на свежий воздух, радуясь тому, что всё закончилось. Голоса в голове затихли, что значило – души умерших были полностью довольны тем, что Вадим натворил. Он перемахнул через несколько ступенек сразу и осмотрелся. Двор был пуст. Пришлось изрядно постараться, чтобы убедить всех уйти на празднество в столице, но всё получилось. Внушению поддавались все без исключения. Впрочем, всё равно стоило бы поторопиться, ведь они вернутся и явно поймут, что что-то не то произошло, когда увидят разрушения, которые оставил после себя Юзеф.

Вадим сделал всего шаг вперёд, как перед ним выросла огромная тень, из которой вынырнул Сёма. Чёрный волк вытащил за собой следом мёртвую тушу медведя и уселся, принявшись вилять хвостом. С его пасти капала кровавая слюна и он очень жаждал похвалы.

– Хороший мальчик, – Вадим потрепал его по шее. – Заберёшь с собой или тут сожрёшь?

Сёма лизнул щёку Вадима, а потом с рыком набросился на добычу и вырвал клок. Он немного потрепал кусок мяса. Веселился, что наконец-то удалось поохотится, да ещё на кого! Он явно долго ждал своего часа.

– Не буду тогда отвлекать, сердце только оставь, – Вадим рукавом стёр кровавую слюну и отправился к темнице, на ходу расстёгивая кафтан.

Он распахнул дверь и вошёл. Те, кто должен был охранять вход в темницу спокойно себе спали, напившись как следует вина, которое Вадим же им и подсунул. Он принялся спускаться по лестнице, призвав магический свет перед собой, чтобы не споткнуться. Было бы глупо после всего просто свернуть себе шею.

– У тебя получилос-с-сь, – из тьмы выскочил взъерошенный домовой.

Он засеменил рядом, облизываясь и тихо урча. Кажется, ему добыча тоже пришлась по вкусу.

– Обидно, что ты во мне сомневался, – ответил ему Вадим.

– А ты бы училс-с-с-ся лучш-ш-ше, – упрекнул дух. – Не приш-ш-шос-с-сь бы мне защ-щ-щищать твоего мальчиш-ш-шку.

Вадим на это ничего ему не ответил, а домовой спешно скрылся в кармане, желая отдохнуть. Он сегодня и правда хорошо постарался. Вадим вышел к решёткам и остановился. Он ожидал, что Велерад бросится его встречать, но княжич сидел у стены, отвернувшись от прохода. В мыслях княжича Вадим понял, что тот решил, будто это кто-то из охраны решил их проведать.

– Вадим! – а вот Есения радостно бросилась к решёткам.

Седой усмехнулся, встретив её голубые глаза. Если бы сейчас у неё был хвост, она непременно бы завиляла им, как Сёма. На радостный крик Есении и Велерад соизволил повернуться, но он, в отличии от сестры, совсем был не рад.

– Пришёл поиздеваться? – голос Велерада звучал устало.

Он едва ли мог спать из-за кошмаров, а голоса хоть и не говорили ничего чёткого, всё равно не утихали, сводя его с ума. Он до сих пор продержался лишь потому, что Есения с ним постоянно говорила.

– Пришёл вас выпустить, – Вадим демонстративно снял чёрный кафтан и бросил его в угол.

– А я знала! – обрадовалась Есения. – Я же говорила, Велерад!

– Что, понял, что некромант тебе не ровня и решил сбежать? – но княжич сейчас был зол и обижен.

– Я от него избавился, – Вадим двинулся к стене, на которой висели ключи от клеток и кандалов.

Кшиштоф специально приказал повесить их так, чтобы пленные могли видеть. Вроде бы и знаешь, где ключ к свободе, но достать не сможешь – некромант считал, что это пытка.

– Изба… – Велерад вскочил с места и слегка пошатнулся от голода. – Ты что натворил?!

– Слишком долго объяснять, – Вадим пожал плечами. – Сначала нужно отсюда уйти, не считаете так, княжич? Позволите мне вас освободить? Или предпочитаете до конца дней провести в этой затхлой камере?

– Значит, ты всё же пришёл отомстить за смерть Тихомиры? – Велерад подошёл и ухватился за прутья.

Теперь в его взгляде сквозила надежда.

– А вы правда поверили, что бабушку кто-то способен убить? – Вадим рассмеялся, перебирая ключи.

– Велерад! От него пахнет Сёмой! – выпалила Есения.

Она широко улыбалась, уже успев всё понять, а вот до княжича слабо доходило. Оно и неудивительно. Сейчас его мучает проклятие, да ещё от еды отказываться стал. Совсем ослаб, бедняга.

– Я не понимаю… – пробормотал он.

– Вы мне лучше скажите, – Вадим подошёл к клетке Есении. – Вас вытаскивать? Проклятие снимать? Или оставить как есть?

– Вытаскивать! – закивала Есения.

Вадим невольно улыбнулся, осознав, как скучал по такому.

– Я… – Велерад даже не успел придумать, что ответить.

Его разум терзало проклятие, а тело слишком ослабло из-за голода, поэтому совсем не удивительно, что после нескольких активных движений, княжич рухнул без сознания на каменный пол.

– Он потерял сознание? – поинтересовалась Еся, наблюдая, как Вадим открывает её клетку.

– Ага, – безразлично ответил Вадим и вошёл к ней.

Девушка послушно отошла и уселась на лавочку, позволяя Вадиму избавить её от кандалов.

– Он на тебя разозлился, – выпалила Есения.

– Я знаю, – Вадим кивнул и присел на корточки, подбирая ключ.

– Я тоже на тебя злюсь, – впрочем, голос её говорил об обратном. – Ты меня обманул! И бабушку подговорил же? Знаешь, как я плакала!

– Знаю, – Вадим знал и то, что она не может ему навредить даже если сильно хочет стукнуть.

– Я не буду тебя защищать, когда Велерад проснётся и захочет тебя избить! – предупредила Еся, скрестив на груди руки.

– Хорошо, – согласился Вадим, освобождая её.

Он не успел даже полностью выпрямиться, как сестра кинулась ему на шею, чтобы крепко обнять.

– Ты дурак! – выдохнула она ему в ухо, всхлипнув. – Ненавижу тебя за это! Зачем было так делать!

– Если я буду озвучивать тебе всю цепочку событий, то у тебя мозг через нос вытечет, – хмыкнул Вадим, ласково погладив её по спине.

– Вытечет? – она отстранилась и испуганно зажала нос ладонью.

Вадим не выдержал и рассмеялся. Как же он скучал по её наивности. Впрочем, подшучивать так только он над ней мог.

– Прости, я тебе позже всё объясню, честно, – пообещал он. – А сейчас… Поможешь мне?

– Конечно! – она кивнула, снова повеселев.

Вадим открыл клетку княжича и снял с него кандалы, а Есения перекинула его через плечо, радуясь вновь вернувшимся силам. Вадим же пока забрал все вещи, которые отобрали у Велерада и его сестры. Он сунул их в карман, надеясь, что не забудет позже отдать.

– Ого, он прям похудел, – посетовала Еся. – А я говорила ему, что не стоит от еды отказываться.

– Из-за проклятия он чувствует тошноту, потому и отказывается, – объяснил Вадим, выводя их из темницы.

– А ты его снимешь? – голос девушки звучал слишком уж жалобно.

Вадим успел забыть, как его раздражало то, что Есения так хорошо относится к Велераду.

– Не сейчас, – Вадим отмахнулся.

Они вышли из темницы, и снаружи их встретил довольный Сёма. Он вымазался в крови, но успел сожрать тушу Юзефа целиком, проглотив даже кости.

– Сё-ё-ёма! – Есения положила Велерада на землю, чтобы кинуться обнимать волка.

Тот тоже был очень рад встрече так, что даже вскочил и принялся лизать лицо подруги.

– Сеня, – Вадим улыбнулся, но всё же вмешался. – Возьми коня Велерада. Он позади, в конюшнях. Сёма отведёт тебя куда надо, только не набрасывайся там ни на кого, пожалуйста.

– А ты? – Есения опешила, так и застыв с волком в обнимку.

– Я кое-что сделаю и приду, – пообещал он.

Девушка прищурилась, пытаясь понять врёт её брат или нет, но способностью проникать в чужой разум не обладала.

– Ладно, – и всё же решила поверить. – Пошли, Сёма!

Она снова без всякого труда подняла княжича с земли и отправилась выполнять поручение Вадима. Он немного проводил её взглядом, чтобы убедиться, что конь не сбежит, испугавшись двух оборотней рядом. Но животное повело себя на удивление послушно, особенно, когда на его седло закинули бесчувственное тело хозяина.

Вадим же направился назад в терем князя. Слуги всё ещё спали, потому что он усыпил всех, как только Кшиштоф завёл кадавра в обеденную. Было бы неприятно, если бы они путались под ногами. Возможно, стоило сходить в библиотеку и развязать Яна, но Вадиму парень не очень понравился. То и дело про себя завидовал Бурьяну и проклинал его, а потому пускай побудет связанным. Вадим же шагнул в обеденную.

Тело матери Бурьяна лежало около стола, а рядом с ним кружила нечёткая тень. Вадим успел и защитный купол разрушить, который Кшиштоф от духов выставил, и теперь неприкаянные пытались последний раз взглянуть на свои тела. Вот и матушка Бурьяна тоже решила убедиться, что всё закончилось. Седой смело шагнул к ней.

– И всё же ты оказалс-с-ся прав, – прошипела женщина, даже не в силах принять какую-то чёткую форму.

Её дух хоть и принадлежал ведьме, но благодаря манипуляциям Кшиштофа слишком уж ослаб.

– Я всегда прав, – Вадим пожал плечами. – Думал, что вам это должно быть известно, раз вы мертвы.

– Прос-с-сти, – кажется, она улыбнулась. – Я впервые вс-с-стретила кого-то, как ты… И за то, что обругала прос-с-сти. Я ис-с-спугалас-с-сь.

– Ну, я своё обещание сдержал, – Вадим внимательно смотрел на сгусток тьмы рядом с мёртвым телом. – Бурьяну больше ничего не грозит. Но вы должны вспомнить, чем это может грозить мне.

– Не волнуйс-с-ся, – женщина кивнула, наверное. – Я тоже с-с-сдержу обещание. Я не выпущу эту гмызь оттуда… А ты… Рас-с-скажешь ему?

– Вы и сами знаете, что это нужно сделать, – Вадим слегка поклонился.

Тень слегка увеличилась, а потом будто бы лопнула, разлетевшись на серебристые пылинки. Вадим качнулся с пятки на мысок и бросил взгляд на дорогую драпировку, которой украсили стены ко дню рождения. Он без застенчивости подошёл и рванул ткань на себя. Флаг с треском оборвался и упал к ногам седого. Он схватил это всё и поднёс к мёртвому телу, решив, что лучше бы его замотать. Бурьяну и так тяжело пришлось. Хватит с него смотреть на мёртвую матушку. Много времени на это не ушло. Вадим поднял тело и быстрым шагом направился на выход, понимая, что времени у него совсем не осталось. Скоро кто-то из подчинённых сюда точно заглянет, а слуги проснутся, а значит стоило ускориться.

Всё же пришлось сокрыть себя заклинанием, чтобы городские, которые сегодня шумно гуляли, не смогли обратить внимание на седого юнца со странным тканевым свёртком в руках. Они ещё не подозревали, что остались без правителя и теперь их ждёт не самое приятное время. Поняв, что Кшиштоф исчез, Игнатий проклят и больше не может колдовать, а Соломея и Вероника мертвы, более слабые некроманты, которые подчинялись Кшиштофу из страха, выползут из своих нор и начнут действовать. Вадиму на это было плевать. Он избавился от Кшиштофа, а заодно и от раздражающих голосов духов, которые об этом просили, ну и приобрёл новые знания, которые точно будут полезными.

Приближаясь к обозначенному месту, Вадим сбросил с себя магическую завесу, чтобы друзья его увидели. Ворса уже успела прийти в себя и явно намеревалась завалить бедную Есению вопросами, но оборотень была не против. Она и сама норовила что-нибудь спросить у новой знакомой, отчего их диалог напоминал какую-то странноватую игру. Велерада облокотили на Сёму, который свернулся клубком и послушно грел несчастного княжича. Проклятый конь оказался привязан к самому тонкому дереву, которое только нашлось в округе. Бурьян же сидел немного согнувшись на гниловатом пороге покошенной лесной хижины, запустив пальцы в волосы и явно не собирался участвовать в оживлённой беседе.

– И что прям не больно? – интересовалась Ворса.

– Нет, больше нет, – Есения хвасталась. – А тебе?

– Нет, конечно, – Ворса фыркнула. – Только вот я умею в любое животное или птицу! А одёжку где берёшь? Закапываешь перед превращением?

– А вот и нет! Мне бабушка особенную сшила! – Есения гордо выпятила грудь и подёргала себя за рукава. – Она не пачкается и не рвётся! И если я превращаюсь, она шерстью становится! Бабушка сказала, что магией её пропитала! А ты как с одеждой?

Ворса бы и ответила, но Вадим решил, что пора бы вмешаться, пока Бурьян их обеих не подпалил.

– Смотрю, вы уже подружились? – усмехнулся он.

– Ты же сам просил никого не кусать, – Еся пожала плечами и слегка обнажила заострённые клыки.

Ворса лишь фыркнула и закатила глаза, не желая принимать эту угрозу всеръёз. Вадим осторожно опустил тело на землю и выпрямился, слегка потянувшись. За сегодняшний день он использовал столько магии, что тело начинало ломить от усталости.

– Бурьян, ты хочешь похоронить её или сжечь? – Вадим спросил это как можно мягче, но брюнет всё равно вздрогнул.

Он только заметил присутствие седого, потому что слишком уж глубоко погрузился в мысли. Сначала он растеряно посмотрел на Вадима, а потом опустил взгляд на замотанное тело матери. Если бы седой притащил его так, то Бурьяна бы точно стошнило, а то и сознание бы потерял бедняга. Слишком уж много всего в его жизни перевернулось. Было жестоко требовать от него решения прямо сейчас, но с другой стороны его мать мертва уже три года. Давно пора что-то сделать.

– Сжечь, – сдавленно ответил Бурьян, спустя пару минут молчаливого раздумья. – Её нужно сжечь. Чтобы больше никто не осквернял её тело.

– Тогда нужно немного отойти, чтобы не спалить лес, – Вадим кивнул.

Решение было верным, учитывая, что в княжестве ещё остались некроманты, которые рано или поздно придут раскапывать кладбища в поисках новых кадавров. Бурьян вздохнул, прикрыв глаза. Он пытался найти в себе смелость встать, понимая, что сваливать подобное на Вадима было бы неправильно.

– Сеня, – Вадим же запустил руку в карман и по очереди вытащил пару яблок, бросив их сестре. – Накорми Велерада, как проснётся и сама поешь.

– Хорошо, – кивнула она, ловко поймав яблоки и прижимая к себе так, словно это было что-то драгоценное.

Бурьян поднялся с места, сделал несколько шагов и остановился у тела в нерешительности.

– Если хочешь, я могу… – начал Вадим, но Бурьян отрицательно мотнул головой.

– Я сам, – сказал он.

Вадим понимал каких усилий Бурьяну стоит поднять тело матери. Не потому что оно тяжёлое, совсем наоборот. Бурьян всё никак не хотел верить в то, что её больше нет. Три года Кшиштоф уверял, что она просто пропала, что её можно найти, но все эти три года он глумливо использовал её тело в своих целях. Невозможно представить насколько ужасна подобная ситуация.

Вадим вышел вперёд, чтобы вывести Бурьяна на какую-нибудь полянку. Они шли молча. Вадим решил, что в такой момент подслушивать чужие мысли будет крайне невежливо. Молча же они остановились. Вадим повёл рукой, взрыхляя почву и убирая её в сторону, чтобы сжечь тело в ямке, а не просто посреди поляны. Бурьян опустил её, а после застыл, не уверенный в том, что нужно сделать дальше. Его руки слегка дрожали, а взгляд был стеклянным. В таком состоянии он едва ли сможет наколдовать огонь. Поэтому Вадим повёл рукой, за которой по телу женщины поползли яркие языки пламени. Всего спустя пару секунд кострище взвился, почти что облизывая стоящих рядом колдунов.

– Спасибо, – тихо сказал Бурьян.

Вадим лишь кивнул, давая ему время прийти в себя.

***

Бурьян наблюдал за тем, как огонь пожирает тело матери. Ему всё казалось, что вместе с этим сгорает и что-то у него внутри. Он чувствовал себя неимоверно уставшим. Хотелось вернуться домой, завернуться с головой в пуховое одеяло и лечь спать, чтобы на следующее утро матушка разбудила ласковым голосом и предложила на завтрак блины с черничным вареньем. Не с вишнёвым. Но этого больше никогда не случится. Бурьян всё думал и думал, что ему теперь делать, а в голове была лишь мысль о том, что придётся вернуться туда, откуда Кшиштоф их забрал. Но сейчас, наблюдая за тем, как сгорает материнское тело, Бурьян понимал, что не сможет войти в тот дом. Слишком уж больно.

Кшиштоф отобрал у него всё. Теперь Бурьян просто не представлял, что ему делать дальше и как жить. Он ощутил, как слёзы подступают к глазам, поэтому поспешил отвести взгляд к небу, лишь бы не разреветься.

– Вадим… – нужно было ещё кое-что узнать. – Что ты сделал с той гмызью?

– А, теперь он гмызь, а не господин? – седой усмехнулся.

Бурьян одарил его сердитым взглядом.

– Прости… – Вадим тут же убрал с лица всё веселье. – Я его запер в мире мёртвых.

– В царстве Нави? – Бурьян вскинул брови.

– Если тебе так удобнее, – Вадим кивнул.

– Но… Разве живые могут туда попасть? – Бурьян невольно попытался себе представить каково там, но он просто не знал.

– Разлом можно открыть в полнолуние, – объяснил Вадим. – Но у каждого человека на этой земле есть особенный день, когда грань между мирами истончается только для него. В полнолуние я не попал, а вот день рождения как раз кстати пришёлся.

– А если он там умрёт? – поинтересовался Бурьян, уставившись в огонь. – Тогда я…

– Время там идёт иначе, чем у нас, – спокойно ответил седой. – А потому до момента, когда он умрёт у нас тут могут пройти годы. Кроме того, твоя матушка пообещала присматривать за ним на той стороне.

– Ты… Говоришь с ней сейчас? – Бурьян покосился на седого.

Огонь отражался от его изумрудных глаз так, что казалось, будто они светятся изнутри.

– Больше нет, – Вадим отрицательно мотнул головой. – Всё же у меня был уговор с мёртвыми, которые пострадали от некромантии Кшиштофа. Я от него избавился, а они больше не пытаются разорвать мою голову на части.

Неужели всё это время души умерших мучили Вадима лишь затем, чтобы он расправился с Кшиштофом? Значит, это и правда была не месть. Он был вынужден. Получается, что помогать Бурьяну его заставила матушка? Стало немного стыдно, хотя брюнет был всё равно ему благодарен.

– Твоя матушка мне ещё кое-что рассказала, – неуверенно начал Вадим. – По поводу твоего отца… Хочешь узнать?

Бурьян нахмурился. Матушка не любила рассказывать про отца, но раз она доверила эту тайну Вадиму, возможно, стоит узнать? Если отец жив, то, наверное, стоит его найти.

– Хочу, – голос брюнета прозвучал на удивление уверенно.

– Честно, не ожидал, что ты захочешь, – Вадим нервно хохотнул. – Но раз обещал… Ты байстрюк Болеслава.

Бурьян и сам был готов рассмеяться. Он невольно сделал шаг назад, чтобы осмотреть Вадима с ног до головы, словно это могло помочь уличить его во лжи.

– Это… Как вообще?.. – всё, что Бурьян смог из себя выдавить.

– Болеслав любил развлекаться не только с женой, но старался не допустить появление незаконнорождённых детей, – Вадим пожал плечами. – Те, кто приходил к нему с заявлением, что беременны, встречали не самую лучшую участь. Кого-то он избивал до тех пор, пока она не теряла ребёнка, кого-то убивал, кого-то сажал под замок, а потом убивал дитя… Твоей матушке помогли сбежать, поэтому сейчас ты последний, кто остался из рода князя Болеслава, а значит вполне можешь заявить права на его место. Именно поэтому Кшиштоф выбрал телом тебя. Он хотел как следует тебя обучить, сделать сильнее, показать царю. Царские колдуны бы легко подтвердили твоё родство с Болеславом. Кшиштоф планировал убедить их, что готовит тебя наследовать земли отца, а потом разыграл бы представление, что ты убил некроманта-узурпатора и решил освободить земли, принадлежащие тебе по праву крови. Конечно, Кшиштоф бы просто занял твоё тело и получит ту самую власть, к которой стремился.

Бурьян слушал всё это и просто не знал, что ответить. Он-то думал, что хуже уже некуда, а оказалось, что вполне себе есть. Мало того, что мать служила кадавром Кшиштофа три года, некромант держал его рядом, как запасное тело, так теперь ещё и отцом оказался самый жестокий князь, которого знала Уровинская земля.

– Хочешь сказать… Что я смогу стать князем? – выпалил Бурьян, чувствуя, как внутри всё сдавило.

Он даже представить себя не мог на этом месте!

– Это тебе решать, – Вадим лишь пожал плечами. – Для начала было бы неплохо решить проблему с тем, что ты до сих пор запасное тело для Кшиштофа.

Бурьяну хотелось рассмеяться от того насколько спокойно Вадим сейчас звучал. Как вообще можно в такой ситуации оставаться спокойным?! Так вот, что значила та странная фраза, что теперь ему нужно второго княжича спасти. Выходит, что первый – он? А Вадим с самого начала всё это знал? Бурьян надеялся, что если услышит про отца, то ему станет легче, но ошибся. Стало намного хуже.

– Кстати, если всё же захочешь стать князем, то будешь первым, кто управляет княжеством и владеет магией! – улыбнулся Вадим.

– Ты серьёзно решил пошутить СЕЙЧАС?! – прикрикнул Бурьян.

– Уж простите, ваша светлость, мою глупую крестьянскую выходку, – Вадим почтительно склонил голову. – Мне не ведомо, как следует с вами общаться. Никто не учил. Называть вас светлоликим князем? Господином? Или по имени можно?

– Да иди ты к лешему! – Бурьян невольно хохотнул.

Вадим тоже улыбнулся. Хоть немного, но он всё же смог снять напряжение. По крайней мере теперь Бурьяна не так сильно беспокоило его положение. Он хотя бы начал понимать, что произошло. Пускай Вадим и вывалил на него всё так бессердечно, но зато он рассказал правду.

– Почему ты раньше мне не сказал? – спросил Бурьян с небольшой обидой.

– Ты бы мне поверил? – Вадим вскинул брови.

Бурьян поджал губы, понимая, что не поверил бы. Он и сейчас не хотел верить, но сомнений в Вадиме больше не осталось. Он появился из ниоткуда и помог сделать нечто невероятное.

– Спасибо, – смущённо выпалил Бурьян, уставившись в сторону.

– Обращайся, – хмыкнул Вадим.

Это было даже приятно слышать. Теперь матушка не мучила разум седого, а значит, он не обязан больше помогать Бурьяну, но будто бы только что дал ему разрешение. Будто они и правда стали друзьями. Невозможно в это поверить, если вспомнить с чего всё началось.

– Слушай… – Бурьян вдруг снова задумался. – Я понимаю, что тебе про меня матушка рассказала, но… Как Кшиштоф узнал?

– Твоя матушка несколько лет служила при дворе князя, – ответил спокойно Вадим. – Слуги не могли не заметить, что между ней и князем что-то происходит. Болеслав умел своего добиваться запугиваниями, а потому те, кто видел, предпочитали молчать. Легче отвести глаза в сторону, чем потом остаться без них. Исчезновение твоей матушки всем странным показалось, вот молва и пошла. А как Болеслав был убит, слуги немного осмелели. Слово за слово, кто-то ещё и с подчинёнными Кшиштофа пообщался, тот подслушал и решил проверить ни на что в общем-то не надеясь. А потом по жизненной нити и сравнил. Есть способы понять родство по ней.

– По жизненной нити, – заворажённо повторил Бурьян. – Но… Раз Кшиштоф так просто нашёл нас, чего князю это стоило? Разве ему не странно было, что матушка сбежала?

– Тот, кто помог ей бежать, помог и княжичу забыть её навсегда магией, потому и не искал, – Вадим развёл руками. – Только вот всем, кто её знал, память же стереть невозможно. Слишком уж их много. А Кшиштофа и не было тогда подле.

Взгляд Бурьяна невольно зацепился за руку, на которой теперь бинта больше не было. Зато был довольно жуткий шрам. Будто Вадим ухватился за какую-то нить, которая обвилась вокруг и нагрелась так, что ожог оставила. Так и подмывало спросить как же появилось это увечье и зачем он его прятал.

– Это? – Вадим усмехнулся, видимо, прочитав эти мысли. – Ожог от жизненной нити. Бывает, когда не особо аккуратно с магией обращаешься… Зная, что Кшиштоф знаком с этим, я решил спрятать шрам, чтобы он не узнал. Потому как я бы тогда для него тут же опасным показался. Такая магия запросто помогает мертвеца от живого человека отличить. Тогда бы он точно из Сновска уехал, испугавшись, и я бы не успел до него добраться в нужный день.

– Вот как, – выдохнул Бурьян, понимая, что ещё очень многого не знает.

– Не прибедняйся, – посоветовал Вадим. – Ты отлично сведущ в настойках целебных и ядах. Не говоря уже о твоём таланте целителя, без которого я бы Ворсу никогда не спас.

– Мы поменялись телами… – напомнил Бурьян.

– Именно затем и поменялись, – кивнул Вадим.

Бурьян усмехнулся. Казалось крайне забавным, что такой мощный колдун пытался сейчас доказать, что брюнет вообще-то тоже довольно силён. Тело матери тем временем уже догорело. Магический огонь уничтожил всё, оставив лишь горстку пепла. Теперь точно ни один некромант больше не посмеет поднять её из мёртвых.

– Нам бы пора вернуться, – отметил Вадим.

Бурьян кивнул, и тогда седой колдун повёл рукой, отчего остатки огня погасли, а земля, будто рой жуков, перебежала в яму, укрыв собой прах. Почему-то теперь стало немного легче.

***

Когда они вернулись, день уже клонился к вечеру, а Велерад успел очнуться. Есения, как и велел Вадим, сумела заставить княжича съесть яблоко. Теперь он принялся заваливать Ворсу вопросами и требовать объяснений, хотя девушка не могла ответить на все его вопросы. Вадим осознал, что пора бы её спасать, пока она не превратилась в мышь и не сбежала.

– Не давите так на девушку, княжич, – громко сказал Вадим, обращая внимание на себя. – Она ни в чём не виновата.

Велерад бросил на него рассержанный взгляд. Для того, кто недавно был без сознания, он довольно резво сорвался с места, подлетел к Вадиму и ударил его кулаком по лицу. Седой уворачиваться не стал, но удар пришёлся аккурат на нос. Он отшатнулся и прикрылся ладонью, чувствуя, как на пальцы и в горло хлынула кровь.

– Ты хоть понимаешь, что натворил?! – рявкнул Велерад.

Он бы наверняка ударил Вадима ещё раз, если бы Бурьян не бросился удерживать княжича Хорнянского. Вадим хмыкнул, не зная, что сейчас удивительнее – то, что Бурьян бросился его защищать или то, что Есения даже не дёрнулась. Конечно, она предупредила, что не будет вмешиваться, но всё равно было как-то обидно.

– Успокойся, – попросил Бурьян.

– Ты ещё кто такой, чтобы мне тут указывать! – огрызнулся Велерад, пытаясь оттолкнуть брюнета.

– Вам бы лучше подружиться с будущим князем Уровинским, – сказал Вадим, растирая кровь рукой. – Бурьян, спасибо, конечно, но я правда заслужил.

– Чего? – Велерад опешил и нахмурился, перестав вырываться.

Впрочем, в этот же момент Бурьян поднял руки и сделал шаг в сторону от Велерада.

– Будущий князь? – Велерад окинул Бурьяна оценивающим взглядом.

Тот отвернулся и посмотрел на Вадима, который даже не пытался особенно остановить кровь. Нос неприятно саднило, а дышать приходилось через рот. Как-то очень нехорошо нос сломал в этот раз.

– Представь себе, – Вадим кивнул. – Так что вам бы, княжич, гнев немного поуменьшить. От некроманта избавился, нового князя вам нашёл, с которым дружить можно, ну разве я не молодец?

Бурьян нахмурился. Ему такие речи не понравились. Звучало так, словно Вадим выбора ему не оставил. И всё же он подошёл к седому, чтобы вылечить нос.

– По-твоему всё так просто?! – Велерад тоже возмутился. – Ты хоть понимаешь, что Уровинское княжество и так было опасным местом, а теперь что? Думаешь, что можно любого колдуна привести к царю и князем сделать?! Мол, смотрите! Этот колдун добрый, а тот злой был! Давайте заменим!

Вадим сейчас мог лишь глаза к небу закатить. Княжичу Хорнянскому неизвестно, что он будущее может предсказывать, потому злость его понятна, и всё же…

– Кто сказал, что я добрый, – буркнул Бурьян, сосредоточившись на лечении.

– И вообще! – но Велерад его не услышал, решив вывалить на седого все свои переживания. – Друзья так не поступают! Почему ты не сказал мне, куда едешь? Честно? Струсил? Думал, что я тебя не отпущу? Не помогу тебе?

– А всё вокруг вас и не должно вертеться, – ядовито ответил Вадим. – Я тебе сестру зачем доверил? А ты её за собой потащил! Хотя вам, княжич, здесь находиться нельзя! Как-никак чужая земля, а вы сын княжеский! Важная персона! Сам о последствиях не подумал? Кинулся за мной следом! И кто из нас в беду в итоге влип? Проклятие подцепил, Сеню опасности подверг, сам в тюрьме чуть от голода не умер! Как видите, я тут и без вашей светлости прекрасно справился!

Рука Велерада по привычке дёрнулась к поясу, но меча там не было. Он принялся искать его глазами, почему-то уверенный в том, что его оружие где-то неподалёку. Как хорошо, что Вадим предусмотрительно спрятал его в карман. Сражаться с тем, кто с одного удара снёс голову ведьме как-то не очень хотелось.

– А ну хватит! – но тут решила вмешаться Есения.

Она упёрла руки в бока, очень сильно напоминая сейчас то ли Любицу, то ли Тихомиру.

– Сделанного не воротишь! – сказала Есения, а Вадим для себя решил, что всё же больше на Тихомиру похожа. – Лучше бы подумали о том, как нам назад возвращаться!

Бурьян закончил со сломанным носом, поэтому отошёл. Вадим кивнул ему в знак признательности и магией убрал с себя кровь. Дышать теперь стало легче. Всё же не стоило позволять Велераду выпускать пар.

– Об этом не беспокойся, – Вадим похлопал по карману.

Домовой послушно вылез, расплывшись тенью, а потом превратившись в кота. Он потянулся и сладко зевнул, будто только что спал.

– Вс-с-сё готово, – сообщил дух. – Можешь возвращатьс-с-ся.

– Чего ж ты раньше не вылез? – возмутился седой.

– У вас-с-с тут такая бес-с-седа интерес-с-сная была. Не хотел меш-ш-шать, – мурлыкнул кот.

Вадим выругался, поняв, что дух просто хотел насладиться ссорой. Он был бы совсем не прочь, если бы Велерад ещё парочку костей Вадиму сломал. Обиделся за то, что седой подсказал Соломее ему имя дать. Наверняка долго ещё припоминать теперь будет.

– Он сказал, что всё готово, – перевёл Вадим для тех, кто домового не понимал, и шагнул к двери хижины. – Так что можем хоть сейчас вернуться.

– Вернуться куда? – осторожно уточнил Бурьян.

– Туда, откуда всё началось, – хмыкнул Вадим.

Бурьяну его загадочность не понравилась. Ворса тоже нахмурилась. Велерад отвернулся и выдохнул, всё ещё сжимая и разжимая кулаки от злости. Есения же хохотнула и хлопнула в ладоши, догадавшись, что брат имеет в виду. Вадим вытащил из бездонного кармана кинжал, освободил его от ножен и принялся чертить руны. Четыре по углам двери, одну в центре и ещё несколько в строго определённых местах.

– Сёма, ты мне кое-что задолжал, – Вадим обернулся на волка, который всё это время отдыхал под деревом, свернувшись клубком.

Нехотя волк встал, потянулся и подошёл к Вадиму. Тот вытянул руку, заставив всех окружающих с недоумением наблюдать за действием. Сначала Сёма принялся кашлять, словно что-то застряло у него в горле, а потом стало ясно, что его тошнит. Горячим потоком крови обдало ладонь Вадима, а вместе с этим на неё шлёпнулось и свежее сердце, которое Сёма так бережно сохранил внутри. Бурьян тут же поспешил отвернуться, Ворса охнула, лицо Велерада вытянулось.

– Хороший мальчик, – Вадим осторожно почесал волка за ухом, стараясь не повредить того кинжалом. – А теперь давай-ка домой.

Сёма послушно превратился в тень и скользнул в карман, как и домовой. Вадим же пригвоздил сердце кинжалом в центр, немного подождал, пока от рун не появится слабое свечение, а после распахнул дверь и услужливо отошёл в сторону.

– Думаю, первым делом лучше завести коня и Велерада, – предложил Вадим.

– Это с чего бы? – Велерад недоверчиво уставился на темнеющее помещение, внутри которого невозможно было рассмотреть хоть что-то.

Снаружи хижина казалось настолько мелкой, что конь бы туда явно не влез.

– С того, что конь ваш проклят, и вам бы лучше не разлучаться, – язвительно отметил Вадим. – Но, если вы не хотите, кто я такой, чтобы вам указывать? Вы же лучше меня знаете, что будет, если вы с конём окажетесь настолько далеко друг от друга?

Велерад раздражённо выпустил воздух из лёгких. Он всё ещё очень хотел избить Вадима, но он был единственным, кто мог помочь с проклятием, а потому пришлось подчиниться. Он сам отвязал коня и повёл его в открытую дверь. Клятва немного заартачился на пороге, так что Есении пришлось немного помочь – она подтолкнула коня сзади, а потом и сама уверенно шагнула во тьму.

– Ворса, – предложил Вадим.

– С чего я должна? – она скрестила на груди руки.

– Ты обещала мне год службы, – напомнил седой.

Она выругалась, но всё же зашла в хижину. Бурьян же входить не торопился, хотя осознавал, что пришла его очередь.

– Это… Портал что ли? – удивлённо спросил он, подойдя ближе.

– Можно и так сказать, – Вадим кивнул. – Но он не ведёт в царство Нави, это я тебе обещаю.

– Как такое возможно? – Бурьян просто не верил своим глазам.

Никто из его знакомых колдунов не владел подобной магией, не говоря о том, что ни в одной книге об этом не пишут!

– А ты вспомни, как леший нас из Лютобора выгнал, – хмыкнул Вадим.

– Но лешии не делятся своей магией ни с кем! – Бурьян всё равно не мог осознать.

– Ты даже не представляешь, как ради этого пришлось постараться, – вздохнул Вадим. – Входи давай. Я обещал, что приведу тебя к тому, кто поможет с тем ритуалом.

– И это… Твоя бабушка? – решил угадать Бурьян.

Теперь он был уверен, что Тихомира не умерла.

– Не она, – Вадим отрицательно мотнул головой и сам толкнул брюнета внутрь.

Удерживать такую магию стоило много сил, а потому поболтать можно и на другой стороне. Вадим и сам шагнул за ними, закрывая за собой дверь. Он не беспокоился за кинжал, потому что в любой момент мог бы переместить его в свою руку. За руны тоже переживать не приходилось – никто не сможет ими воспользоваться, потому что они сразу же пропадут. Как только дверь закрылась, помещение будто бы разрослось, сначала стало трудно дышать, а потом в нос ударил запах сушёной крапивы.

– Вадим, мы где? – голос Велерада звучал немного испуганно.

– Ай! Кто мне на ногу наступил? – возмутилась Ворса.

– Прости, – отозвался Бурьян.

Пришлось их немного растолкать, чтобы добраться до второй двери и впустить немного света. Они оказались в предбаннике, где сушились связки крапивы и грибы на ниточках. Вадим вышел и распахнул дверь шире, потому что конь всё же запаниковал и теперь рвался наружу. К счастью, обошлось без травм, потому что Велераду и Есении удалось его успокоить. Следом вышли и Бурьян с Ворсой, с интересом рассматривая место, куда их забросило. Вадим же увидел перед собой лишь привычный неказистый домик, будто он и не горел вовсе.

– Как… Это возможно… – выдохнул Велерад.

– Бабушка! – Есения же кинулась к женщине, которая вышла на порог, чтобы встретить гостей.

Женщина звонко рассмеялась, когда Сеня кинулась ей на шею и уткнулась в копну рыжих волос.

– Ну, не плачь, – Тихомира погладила её по спине. – Всё же хорошо.

Есения лишь крепче прижалась к ней, боясь, что это всё какое-то видение, что бабушка сейчас исчезнет, что она просто дух.

– Я ведь своими глазами видел, как всё это горело, – шепнул Бурьян, встав рядом с Вадимом.

– Рад, что мой огонь был достаточно убедительным, – Вадим чувствовал за себя гордость.

И тут его глаза зацепились за маленького мальчика, который выглянул из дома. Ребёнку на вид было не больше трёх лет, он был одет в белую рубашку и серые штаны, а ноги оставались босыми. Бледное лицо щедро усыпали веснушки, а кудрявые рыжие волосы торчали во все стороны. Как только их взгляды встретились, мальчишка спрыгнул с порога, подбежал к Вадиму, вцепился в его штанину и уткнулся носом в ногу. Вадим застыл, не зная, что делать.

– Что, не признал? – захохотала Тихомира, давая понять, что всё в порядке.

– Не признал? – Велерад вскинул брови. – Это что? Его…

– Леший это! – поспешил перебить Вадим, недовольный мыслями княжича. – Ба, так вам удалось его… Перевоспитать?

– А как бы ты иначе сюда попал? – улыбнулась она, кивнув на дверь бани. – Да и голос он твой до сих пор не украл.

По доскам стекала кровь, а в центре кинжалом прибито сердце. Необходимая жертва, чтобы всё сработало. Вадим опустил ладонь на голову мальчишки, а тот поднял свои жёлтые глаза, слегка хмурясь.

– Воловать плохо, – буркнул он, а потом снова уткнулся в ногу, не собираясь её отпускать.

Есения же решила, что Тихомира вполне себе осязаемая, так что отцепилась и теперь рассматривала нового жителя дома.

– За это надо спасибо моему гостю сказать, – продолжила ведьма. – Без него я бы не справилась.

– Всегда рад помочь, – раздался с порога мужской голос, и из дома вышел Тадеуш.

Он тепло улыбнулся и помахал рукой Велераду и Есении. Княжич не смел сдвинуться с места от удивления.

– Княжич, вы что-то совсем исхудали? – Тихомира подошла к нему и потрепала за впавшие щёки, чтобы хоть немного привести в чувства. – Впрочем, оно и ясно, когда конь-то проклятый… Но ничего, мы всё поправим.

Ведьма покосилась на Клятву, отчего тот взрыл копытом землю и попытался вырваться из хватки Велерада, но Тихомира щёлкнула пальцами, успокаивая его магией.

– Вы уж проходите, здесь вам ничто не грозит, – обратилась ведьма к остальным гостям, которые были не менее шокированы происходящим. – Вам всем нужно отдохнуть.

– Велерад, пойдём, – Есения подскочила к княжичу и потянула его за собой.

Вот уж кому было радостнее всего от происходящего. Велерад молча поплёлся за ней, не представляя, что вообще тут можно сделать. Тадеуш же подошёл к Вадиму, отцепил от него лешего и поднял на руки. Мальчонка уткнулся мужчине в шею, будто бы стесняясь смотреть вокруг.

– Бурьян, это тот самый человек, который может тебе помочь, – представил Вадим. – Тадеуш. Он один из колдунов царя.

– Очень приятно увидеть вас спустя столько лет, – Тадеуш слегка поклонился, придерживая ребёнка за спину.

– Мы… Разве виделись раньше? – опешил Бурьян.

– Я помог вашей матушке бежать, – кивнул Тадеуш. – Помог ей устроиться на новом месте и даже остался, чтобы убедиться, что роды пройдут хорошо. Соболезную вашей утрате.

Он снова почтительно склонил голову.

– Тогда оставлю вас, – Вадим слегка попятился. – Вам явно есть что обсудить.

Он подошёл к Ворсе, которая необычно притихла и мялась у двери.

– Смотрю вся спесь поутихла, – усмехнулся Вадим.

– Я же не думала, что ты… – она осеклась, не договорив: “такой сильный”. – Зачем я вообще тебе тогда нужна?

– Затем, милочка, что умение ваше редкое, – к ним подошла Тихомира, которая отлучалась ненадолго, чтобы привязать проклятого коня. – То, что мой внук силён, не значит, что он всё на свете знает.

– Но если я твоей магии научусь раньше, чем за год, то можешь быть свободна, – предупредил Вадим.

– Да ты и за пять лет с ней не справишься! – Ворса показала язык, тут же вернув себе прежний задор.

– Поспорить хочешь? – Вадим лукаво улыбнулся.

– На что? – глазки девушки засверкали от предвкушения.

– А ну-ка! Нечего мне тут спорить! – рассердилась Тихомира, уперев руки в бока. – Идите лучше в обеденную! Накормлю вас.

– Спасибо вам, – Ворса поклонилась ведьме, решив, что стоит проявить уважение хозяйке.

– Иди, – Вадим кивком указал на дом. – Я догоню. Как войдёшь, первая дверь налево.

Ворса понимала, что седой просто хочет побеседовать с бабушкой. а потому спешно удалилась.

– Ну и наломал ты дров, – первое, что сказала Тихомира, звучало как упрёк.

– Лучше скажи, мы с тобой теперь свободны? – Вадиму же важно было другое. – Метка же никуда не пропала…

– Она и не пропадёт, – Тихомира пожала плечами. – Только теперь она другое значит. Леший над нами больше не властен, но теперь защищать нас будет и магией своей делиться. Тадеуш объяснил мне, как правильно его воспитать. Как видишь, голоса он больше не ворует.

– Главное, чтобы больше не надо было ему сердца таскать, – буркнул Вадим.

– Ну, иногда всё же подкормить придётся, коли хотим его в узде держать, – Тихомира улыбнулась и растрепала внуку волосы. – Ты тоже исхудал. Совсем тебя некромант тот не кормил что ли?

– Кусок в горло не лез из-за духов этих, – Вадим мотнул головой.

– А я говорила тебе учиться их в свой разум не пускать, – припомнила Тихомира.

– Ну, ты была права, что теперь, – недовольно отозвался Вадим. – Теперь буду учиться…

– А тому мальчишке судьбу зачем изменил? – перебила Тихомира, кивнув на Бурьяна. – Знаешь же, что опасно…

– Нравится мне княжичей вокруг себя собирать, – отшутился Вадим, не желая объяснять свои мотивы.

Тихомира прищурилась, попытавшись в разум Вадима пролезть за ответом, но он давно уже был способен её туда не пустить.

– Дело твоё, – вздохнула ведьма. – Последствия сам разгребать будешь.

Вадим кивнул, прекрасно зная, что бабушка непременно вмешается, когда совсем туго будет. После тех снов, про Кшиштофа Вадим спать не мог, потому пришлось с Тихомирой советоваться. Она и поняла, что это духи мёртвых разум Вадима мучают, о помощи просят. Долго пришлось думать, как быть, в итоге и выдумали, как бы Вадим смог Хорнянское княжество покинуть. Леший пока что боялся его далеко отпускать, вот и пришлось его сжечь чужими руками, а заодно и перевоспитать. Вадим на самом деле даже рад был, что метка не пропала, иначе леший Лютобора отказался бы помогать.

– Пойдём, накормлю вас всех, – Тихомира похлопала Вадима за плечо. – Угощу земляничными пирогами.

– Как я по ним скучал, – застонал Вадим и отправился следом за смеющейся бабушкой.

Он бросил взгляд на Бурьяна, который то и дело хмурился, пока разговаривал с Тадеушем. Очень уж интересно, какое же решение брюнет примет, ведь от этого зависело насколько много бед Вадим своим поступком принёс. Повлиять на него Вадим не мог, но очень надеялся, что не зря оставил брюнета в живых.

***

– Это будет неприятно, – предупредил Тадеуш, выслушав проблему Бурьяна. – Вам придётся три месяца пить очищающие настои.

Брюнет не думал, что это будет просто, но не предполагал, что будет долго.

– Выбора у меня нет, – пожал плечами он. – Я не хочу быть чьим-то телом…

– Понимаю вас, – Тадеуш кивнул. – Но здесь у меня нет нужных трав. Я, конечно, спрошу у Тихомиры, однако, скорее всего, нам с вами придётся уехать. Я не могу так долго злоупотреблять гостеприимством старой подруги.

– Как скажете, – Бурьяну было всё равно, лишь бы избавиться от этого ритуала.

Не то чтобы он безоговорочно доверял этому Тадеушу, но раз Вадим посоветовал обратиться к нему…

– Позволите ли задать вам вопрос в таком случае? – колдун говорил вкрадчиво и осторожно.

– Кончено, – Бурьян дёрнул плечами.

– Вы хотите стать князем Уровинским? – рубанул Тадэуш.

– Причём здесь это? И как это вас касается? – Бурьян нахмурился.

Ему не очень нравилось, что какой-то незнакомый колдун вёл такие речи.

– Пожалуйста, не нужно настолько враждебно, – мужчина улыбнулся. – Как и сказал ваш друг – я колдун царя, а это значит, чтобы вы беспрепятственно могли находиться со мной рядом там, мне нужно вас как-то представить. Я могу сказать, что вы мой новый подмастерье, но если вы хотите стать князем, мне придётся вас как следует представить.

– А какая разница? – Бурьян не понимал. – Я ведь могу представиться вашим учеником или подмастерьем, как вы и сказали, а потом раскрыть правду…

– Может, вам будет не удобно? – Тадеуш пожал плечами. – Отношение к подмастерью и к будущему князю разное. Возможно, вам будет сложно потом перестроиться. Если же вы сразу объявите себя сыном Болеслава, то вас будет проще обучать не только магии, но и многому другому, что несомненно понадобится вам, когда вы станете управлять своими землями. Иначе же я не смогу достать для вас подобающих учителей.

От таких речей у Бурьяна кружилась голова. Он всего то пару часов назад узнал, что он байстрюк Уровинского князя, а от него уже требуют серьёзных решений.

– А что… Что будет, если я не захочу стать князем? – поинтересовался юноша.

– Полагаю, что Уровинское княжество погрязнет в междоусобицах, – задумался Тадэуш. – Оставшиеся там некроманты могут поделить земли между собой и затеять войну. Пострадает много людей, земли придут в запустение, а соседние княжества перестанут получать товары… Ничего хорошего, иными словами.

– Но… Ведь если я сейчас заявлю, что я сын… – в горле встал ком, но Бурьян заставил себя проглотить его. – Болеслава… Я ведь не смогу сразу же приехать и навести порядок?

– Не скажите, – возразил Тадеуш. – Вы вполне можете попросить поддержки у царя и у соседних княжеств. С официальным указом никто не посмеет спорить, а подавить восстания с помощью таких колдунов, как я, не составит труда.

– Но Кшиштоф захватил власть силой! – возразил Бурьян. – И никто из соседей, а уж тем более царских колдунов не приехал к князю на помощь!

– То, что сделал Кшиштоф, было неожиданно, – Тадеуш пожал плечами. – Болеслав не успел запросить помощи, но он и не стал бы. Впрочем, если уж говорить начистоту, то вряд ли кто-то захотел бы ему помогать. Видите ли, отношения с соседями у него всегда были натянутыми…

– И вы предлагаете мне, сыну того самого Болеслава, просить помощи? – Бурьян хохотнул.

– Во-первых, вы байстрюк, уж простите за дерзость, – Тадеуш только сейчас отпустил рыжего мальчика, который умчался куда-то в сторону дома. – А это значит, что Болеслав вас не воспитывал. Во-вторых, вы очень молоды, что другие сочтут за слабость и захотят вас использовать в своих целях.

– О, это обнадёживает! – рассердился Бурьян. – Всегда мечтал быть использованным…

– То, что они захотят, не значит, что смогут, – Тадеуш понимающе улыбнулся. – Вы вполне и сами сможете воспользоваться чужой помощью, чтобы укрепить своё положение, а дальше уже избавиться от тех, кто будет представлять угрозу. В конце концов, это отличный шанс хоть немного помочь жителям Уровинского княжества и показать на что вы способны.

– Уж простите, но всё это звучит жутко непонятно и… Неправильно? – Бурьян уже успел запутаться.

– Я понимаю, – Тадеуш кивнул. – Поэтому предлагаю вам сегодня отдохнуть, набраться сил и вернуться к этому разговору позже. Хочу чтобы вы знали, что я буду помогать вам, какое бы решение вы в итоге ни приняли.

Бурьян кивнул, чувствуя, как внутри всё сжимается. Он не знал, как поступить. Имеет ли он вообще право считать себя княжичем? Не говоря о том, что придётся так быстро стать князем… Это пугало. Но и воодушевляло. Неужели он правда сможет сделать хоть что-то полезное? Тадеуш же вежливо вызвался проводить брюнета в дом. Он будто бы уже относился к нему, как к особо важной персоне, что напрягало лишь сильнее.

***

После сытного ужина, за которым было рассказано очень много всего, Вадим отправился в свою комнату, чтобы поспать. Он ужасно устал и вымотался, но всё равно принялся ворочаться из стороны в сторону, не в силах уснуть. В итоге Вадим спустился вниз и вышел на улицу, чтобы подышать ночным прохладным воздухом. На улице он встретился с Тадеушем, который вышел, чтобы закурить.

– Доброй ночи, – улыбнулся колдун. – Вам не спится?

– Не то слово, – Вадим плюхнулся на ступеньки.

Какое-то время они молчали. Вадим был знаком с Тадеушем лишь с рассказов Тихомиры. Она иногда писала ему, и именно бабушка предложила обратиться к колдуну за помощью, чтобы всё прошло, как надо.

– Знаете, если бы я был в курсе зачем вы попросили меня оставить на карте княжича Велерада метку, то я не стал бы этого делать, – признался Тадеуш недовольно.

Он ещё за ужином заметил, что Велерад с Вадимом теперь старается не общаться. Обиделся.

– Даже если бы знали, что я умею предсказывать будущее? – Вадим хмыкнул.

– Вот оно что, – Тадэуш не сильно удивился. – Но что же вы пытались изменить?

– Кое-что очень важное, – Вадим ответил расплывчато, потому что не хотел об этом говорить.

– В таком случае, могу лишь надеяться, что вам это помогло, – но Тадеуш вполне себе принял такой ответ.

И вновь они замолчали. Вадим рассматривал звёзды, наслаждаясь такой долгожданной тишиной в своей голове, а Тадеуш изредка выдыхал клубы дыма.

– Бурьян уже принял решение? – выпалил Вадим.

– Вот у него и спросите, – улыбнулся колдун, зажал окурок в руке, полностью сжигая, отряхнул ладони и отправился в дом.

Вадим вздохнул. Он непременно спросит, но хотелось узнать прямо сейчас, потому что от ответа слишком уж многое зависит. И если ответ будет не тем, которого седой ожидает, то Велераду и правда стоило позволить сломать седому пару костей. Жаль, что решение Бурьяна Вадим предсказать не может.

***

Утром все собрались за завтраком, и первое, что забеспокоило Велерада – отец.

– Он ведь наверняка продолжает меня искать, – сокрушался княжич.

– Не волнуйтесь вы так, – успокоила его Тихомира. – Вадим ваше письмо тогда перехватил, так что Белослав ничего не знает. Он думает, что вы просто у нас гостите, как и обычно.

– А мне сказать не мог?! – Велерад тут же накинулся на Вадима с обвинениями.

– Сказал бы, если бы ты мне нос не сломал, – буркнул Вадим.

Ещё какое-то время они переругивались, пока Есения не вмешалась.

– Пойдёмте-ка княжич проклятие пытаться снять, – в итоге Тихомира вывела его из-за стола.

Есения шмыгнула за ними следом. Ворса, поев, тоже попросила разрешение немного прогуляться.

– Раз мне тут год жить, хоть место осмотрю, – объяснилась девушка.

Тадеуш покинул стол, извинившись и сказав, что ему стоит набрать трав в огороде Тихомиры. Ещё вчера за ужином он узнавал об этом для очищающей настойки Бурьяну, и рыжая ведьма услужливо разрешила набрать трав на несколько бутыльков. Как-то уж так вышло, что за столом остались только Бурьян и Вадим. Первый ещё не успел закончить завтрак, потому что кусок в горло не лез, а второй не мог уйти, потому что домовой развалился на коленях. Вадим сидел, поглаживал кота и изредка смотрел на Бурьяна, которого словно и не было здесь. В голове брюнета происходил ураган из мыслей.

– Ваша светлость, вы решение приняли? – усмехнулся Вадим.

– А? – и правда, Бурьян только сейчас обратил внимание, что рядом кроме Вадима никого. – Решение…

Вадим сжал губы, не думая поторопить Бурьяна.

– И всё же, сколько бы я ни думал, не уверен, что вообще имею право называть себя княжичем, – в итоге выпалил Бурьян.

– Ясно, – Вадим кивнул, понимая, что это ещё не всё.

– А ты бы на моём месте что делал? – выпалил Бурьян.

Удивительно, что теперь он правда считал седого своим другом, а потому и совета спросить не боялся.

– Радовался бы, – Вадим хохотнул. – Всегда хотел узнать, что мой отец кто-то другой…

Бурьян как-то поник, ожидая услышать совсем другое. Но другое Вадим не мог сказать. Ему нельзя влиять на решение. Он и так достаточно намёков дал.

– Просто будь смелее, – это единственное, что Вадим сейчас мог сказать. – Твоя жизнь, а значит только тебе решать, что с ней делать.

– Пожалуй, пойду тоже прогуляюсь, – Бурьян отодвинул тарелку и встал из-за стола.

Вадим тяжело вздохнул.

– Он боитс-с-ся, – шепнул домовой.

– Я знаю, – кивнул седой и погладил его.

Следующие три дня прошли в мучительных ожиданиях. Проклятие Велерада Тихомира ещё не смогла полностью расшифровать, чтобы понять, как его снимать. Ворса начала обучать Вадима своей магии перевёртыша, но делала это так непонятно, что приходилось вечно переспрашивать. Лишь Бурьян и Есения могли позволить себе отдохнуть. Тадеуш же занимался настоем. Его готовка занимала пять дней, поэтому они с Бурьяном всё ещё оставались здесь. Еся пару раз пыталась утащить брюнета на речку, но Вадим не позволил идти, зная что мавка будет не самой приятной компанией для того, кто боится трупов. Сам он решил больше не спрашивать у Бурьяна о решении, чтобы дать ему хоть немного расслабиться. И всё же день их с Тадеушем отъезда наступил.

– Я приготовил достаточно настоя, чтобы доехать до царского терема, – заверил колдун. – Так что сможем начать в дороге и продолжить уже когда прибудем туда.

Тадеуш очень уж не хотел терять время, боясь, что Кшиштоф всё же сможет вырваться и завладеть телом Бурьяна. Брюнет казался очень уж бледным и напуганным, но всё же обратился к Вадиму достаточно уверенно:

– Я принял решение.

– И какое же? – а вот Вадим осторожничал.

Он мог бы просто прочесть в его мыслях, но не стал. Стыдно признавать, но впервые за долгое время он испугался.

– Я стану князем, – выпалил Бурьян так, словно после таких слов его должно стошнить. – Как бы невероятно это ни звучало…

Вадим даже застыл, не веря услышанному.

– Что ж… – он поджал губы, но затем тепло улыбнулся. – Если понадобится помощь, то обращайся.

И он крепко пожал ему руку. Распрощавшись со всеми, они погрузили повозку и медленно покатили прочь.

– Вадим, тебе плохо? – обеспокоенно спросила Есения.

– Да, я опять плохо спал, – Вадим хохотнул. – Но, думаю, что сегодня я точно высплюсь.

Он приобнял сестру, чтобы доказать, что с ним всё в порядке. Не стоило ему забывать, что магия трусов не любит. Нужно всегда быть верным себе. До самого конца, каким бы он в итоге ни был. И всё же хорошо, что Бурьян так и не осмелился попросить научить его читать чужие мысли.