И Сталин верил, конечно:
«О чём же им ещё беседовать, как не обо мне?!».
Опасался ли советский лидер немедленной войны с «Рейхом №3»?
Нет, конечно!
И не только потому, что на носу осень и зима, а Люфтваффе по уши заняты словами потомков - «принуждением к миру» Британии.
До начала войны румынская нефть в Германию в основном шла морем из Констанцы в Гамбург (74,5 процентов поставок), по Дунаю (21,5 процентов) и по железной дороге (всего 4 процента). С началом осенью1939-го года войны с Францией и Великобританией, транспортировка нефти морем стала невозможна. Быстро увеличить долю речного флота, было не реально по причине недостаточности тоннажа танкеров на Дунае (всего 220,7 тысяч тонн) из которых к тому же, Германия контролировала менее половины.
Возможности же транспортировки нефти по железной дороге сократились вообще до нулевой величины после того, как поляки взорвали железнодорожные тоннели в Верхней Силезии. А венгры, имеющие весьма натянутые отношения с Румынией, закрыли для последней все пути-дороги на запад через свою территорию…
В отличии от «Текущей реальности», кстати, в «реальном» сороковом году ввод частей Вермахта в Румынию произошёл именно по причине обострения румынско-венгерских отношений – стоящих на грани разрыва отношений и войны между двумя странами…
А вовсе не из-за действий СССР в Бессарабии и Буковине.
По вышеописанным причинам, в данный момент румынская нефть шла в Рейх через территорию СССР. В первую очередь по железной дороге «Орасени – Коломыя – Станиславув – Дрогобыч – Перемышль», где ещё была европейская колея и цистерны можно было отправлять на запад без замены колёсных пар - как это происходило например на станции Малашевице близ Бреста, при транспортировке советской нефти.
Так что пока Гитлер связан по рукам и ногам и начать войну с СССР немедленно, не может.
Так может Сталину имеет смысл самому начать войну с Гитлером?
Плохая идея и не только из-за «Антикоминтерновского пакта», по условиям которого СССР немедленно окажется в состоянии войны с Японской империей, что вразрез идёт с новой восточной политикой Вождя Страны Советов…
Значение румынской нефти для III Рейха, будущие историки обычно сильно преувеличивают. Свой пик добычи румынская нефтяная промышленность прошла в 1936-м году, извлёкши из недр земных 8,7 миллионов тонн. К описываемому периоду она упала до 6,22 миллионов тонн, что довольно-таки мало. Для сравнения отнюдь не страдающий переизбытком жидкого топлива Советский Союз, в 1939-м году добыл 30 миллионов тонн «чёрного золота». Тем более, что не вся нефть Плоешти шла в Германию. Например в 1940-м году, из Румынии поступило всего 1 430 000 тонн, что вполне сравнимо с собственной добычей Германии – 1 465 000 тонн.
Ещё более смехотворной была в топливном балансе доля СССР – 657 000 тонн.
Почему так?
Ещё задолго до начала Второй мировой войны Гитлер и его компания сделали ставку на создаваемый стратегический запас, позволяющий им выиграть войну в стиле «Блицкрига». Для этого в одном только 1939-м году, Германия импортировала (в основном из США) пять миллионов тонн нефти.
На случай же если война затянется, предусмотрительными германскими военными планировщиками была разработана технология производства синтетического жидкого топлива из каменного угля. В предвоенном 1940-м году, на семи химических заводах в Рейхе было произведено 1,2 миллиона синтетического горючего.
И это было только начало!
Хотя поставки в Германию румынской нефти в 1941-м году и увеличились (увеличатся!) до трёх миллионов тонн, но уже через год - и без всяких «стратегических бомбардировок упали до 2,2 миллионов из-за истощения недр. В то же время, выпуск «синтетики» на уже тринадцати предприятиях скаканул до 3,1 миллионов тонн в 1943-м году…
«Скаканёт», в смысле.
Вместе с внутренней добычей нефти это составляло 6,5 миллионов тонн.
Кроме того, во Франции, Бельгии и Голландии немцы в 1940-м году захватили большое количество самых разнообразных материалов и сырья, в том числе 8,8 миллионов тонн бензина, дизельного топлива, минеральных масел и других нефтепродуктов.
Так что даже если прямо сейчас сжечь дотла все нефтепромыслы Плоешти – Вермахт, Люфтваффе и Кригсмарине боеспособности отнюдь мгновенно не потеряют и, вполне способны доставить советским Вооружённым Силам очень много проблем - вплоть до разгрома войск Первого стратегического эшелона. Мало того это будет уже прямым актом агрессии и кроме войны на западе против объединенной Европы, Советский Союз получит второй фронт на Дальнем Востоке против Японии.
А оно Сталину надо?
***
Меж тем события шли своим чередом.
27 сентября 1940-го года в Берлине был подписан «Пакт трёх держав» (или «Берлинский пакт 1940 года»).
Первые две статьи в нём по сути об разделе мира:
«Статья 1. Япония признаёт и уважает руководящее положение Германии и Италии в установлении нового порядка в Европе.
Статья 2. Германия и Италия признают и уважают руководящее положение Японии в установлении нового порядка в Великой Восточной Азии…».
Правда, для нашей страны делалось (пока!) исключение:
«…Статья 5. Япония, Германия и Италия подтверждают, что указанные выше статьи никоим образом не затрагивают политического курса, существующего в настоящее время между каждым из трёх участников пакта и Советским Союзом».
28-го сентября первые купленные за советское золото американские эсминцы прибыли в Великобританию. Участие СССР в сделке по продаже акций «Англо-иранской нефтяной компании» не удалось сохранить в тайне и, разразился скандал в американской прессе, вскоре перекинувшийся и на Старый свет. Черчилль в Палате общин отделался двусмысленностями – понимай его как хочешь, явно желая в ближайшее же время столкнуть Гитлера и Сталина лбами.
Германский МИД сделал соответствующий запрос, советский НКИД ответил что ничего на этот счёт не знает. На встрече же с графом Фридрихом-Вернером Эрдманном Маттиасом Иоганном Бернгардом Эрихом фон дер Шуленбургом, Сталин посоветовал:
- Не читайте британских газет! Особенно до обеда.
И оставив того в совершенном недоумении, умело перевёл разговор на совершенно другую тему: про родителей германского посла и, особенно - про его уважаемую матушку.
Пока в Германии думали-соображали, на «Второй сталинский ультиматум» ответили румыны. Устами своего «Кондукэтора» они напомнили про золотой запас Национального банка Румынии - около 91,5 тонны чистого золота в монетах и слитках (а также драгоценности королевы Марии, фонды музеев и церквей, документы академии и государственных архивов, а также ценности частных лиц), которые под гарантию правительства Российской империи были отправлены в 1916-м году в Москву на хранение.
На эти поползновения, Сталин дал ответ предельно кратко:
- Вот кто вам давал «гарантию» – с того и спрашивайте!
Набравшись лютой наглости (но больше работая на свой внутриполитический имидж) Ион Антонеску потребовал от СССР вернуть оружие и боеприпасы, брошенные румынскими солдатами при эвакуации. А этого добра хватало и не только в панике брошенного вдоль пыльных бессарабских дорог, но и тихо-мирно лежащего в казармах, на полигонах и складах.
На это Верховный Главнокомандующий ВС СССР ответил тоже вполне по-спартански:
- Приди и возьми131.
Возможно лидеры обеих стран ещё долго бы упражнялись в красноречии. Но тут 29-го сентября, в самый разгар совещания ГКО СССР по проблемам развития алюминиевой промышленности…
Впрочем, обо всём по порядку.
***
В тот вечер Начальник «Главалюминия» Наркомата цветной металлургии Пётр Фадеевич Ломако в кремлёвском кабинете Вождя делал доклад по планам на следующий – 1941-й год:
- Волховский алюминиевый завод выпустит 13 тысяч металла. Днепропетровский завод – 55 тысяч тонн. Уральский завод – 37 тысяч тонн. Кандалакшский алюминиевый завод – три тысячи. Всего таким образом, общее производство алюминия должно составить 109 тысяч тонн132. На 1942-й год запланированы пуски первой очереди Новокузнецкого и Богословского алюминиевых заводов. На 1943-й - Красноярского…
Если строительство Новокузнецкого и Богословского алюминиевых заводов началось в этом году в полном соответствии с «Реальной историей», то Красноярского – по «подсказке» обладающего «Послезнанием» Сталина.
На счёт же месторождений сырья для последнего, он ничего не знал, поэтому попросту приказал геологам:
- Ищите где-то поблизости или несколько поодаль. Пока не найдёте – в Москву не пущу!
Не мог же этот «реальный» гигант будущего (на начало уже XXI века - третий по мощности алюминиевый завод в мире) работать на глинозёме привозящимся чёрт знает откуда?
Такого не бывает даже у потомков!
Вместе с КрАЗом будет строиться и Красноярская ГЭС, на чьей энергии он будет работать.
Задача сложная, трудная…
Но вполне посильная, если не заниматься всякой ерундой вроде Куйбышевского гидроузла, ныне уже замороженного.
Сталин спросил у товарища Ломако:
- Рабочей силой мы Вас в должной мере обеспечили, в частности перенаправив строителей с железнодорожной ветки «Кандалакша-Алакуртти-Куолаярви». Что ещё мешает Кандалакшскому алюминиевому заводу увеличить производство, хотя бы до десяти-пятнадцати тысяч тонн металла в год?
- Недостаток автомобильно-самосвального транспорта, товарищ Сталин. Ведь сырьё для завода – нефелиновые отходы с апатитовых рудников, приходится возить очень издалёка, вкруговую, с двукратной перевалкой в железнодорожные вагоны и из них. Автотранспорт же, сократит расстояние транспортировки до 130 километров.
Чуть прищурившись посмотрев на словами потомков - «Отца алюминиевой индустрии России», он предложил:
- А если построить узкоколейную железную дорогу?
- Рельеф местности не позволяют – слишком велики перепады высот, которые паровозы преодолеть не в состоянии.
Походив по кабинету, хорошенько подумав, Сталин принимает решение:
- Хорошо. Вот-вот из Америки должна прийти первая партия грузовых автомашин, в том числе и триста оснащённых лебёдкой танковозов грузоподъёмностью 20 тонн - которые не затруднит переделать в самосвалы. Все они – ваши.
История такова.
Весной 1940-го года Франция заказала в США три сотни тяжёлых грузовых машин «способных к перевозке груза в 20 тонн». К началу июня того же года, заказ был выполнен и триста единиц 20-ти тонных грузовиков «White-Ruxtall 922» были готовы к отправке, но из-за капитуляции страны-заказчика сделка не состоялась. В «Реальной истории» все эти танковозы достались воюющей в Северной Африке Британской армии…
Рисунок 37. Американский грузовик-танковоз «White-Ruxtall 922» везущий британский крейсерский танк «Mk.VI Crusader» (Северная Африка. 1941-1942 г.),
Но в «Текущей реальности» получивший неведомо как «Послезнание» Сталин дал задание Наркомату внешней торговли СССР скупать в Штатах всё, что не входит в секционный список «Морального эмбарго» и в первую очередь - грузовые автомобили грузоподъёмностью пять тонн и выше. И их смог «перехватить» и отправить в Советский Союз «Амторг» - организация, ведущая заокеанскую торговлю.
Мало того, сделан заказ на в общей сложности полторы тысячи таких «танковозов» в течении этого и следующего года и, ряда спецмашин на их платформе. В частности – полевых ремонтных мастерских. Через одну «адвокатскую контору» за которой отчётливо видны «уши» молотовского шуряка Сэма Карпа, начаты и переговоры об лицензионном производстве таких автомашин в СССР…
Следующий вопрос Председателя ГКО СССР:
- Производительность Уральского завода должна быть поднята до сорока пяти – пятидесяти тысяч тонн алюминия в год. Что для этого требуется, товарищ Ломако…?
И в этот момент раздался звонок из Берлина. Подняв трубку, Хозяин кабинета и заодно – одной шестой части земной суши, услышал знакомый голос экс-начальника Генштаба:
- Здравствуйте, Иосиф Виссарионович!
Хотя он и ждал этого звонка, но всё-таки невольно вздрогнул:
«Началось! Ну теперь бы не оплошать – история мне этого не простит».
Вслух же недовольно буркнул:
- …Борис Михайлович?! И Вам не хворать. Что ж Вам по ночам не спится, голубчик?
- У нас в Берлине ещё вечер.
Дав рукой знак присутствующим покинуть кабинет, оставшись один, он с капризными нотками в голосе:
- А у нас(!) в Москве – важное совещание по вопросам эвакуации правительственных учреждений в Читу. И должна быть очень(!) весомая причина, чтоб его прервать. И так… Я Вас внимательно слушаю.
После недолгого молчания, в трубке раздалось долгожданное:
- Канцлер Германии Адольф Гитлер хочет лично(!) встретиться с Вами и обсудить возникшие между нашими странами… Эээ… Недоразумения.
«В зобу дыхание спёрло», конечно… Но через мгновенье переведя дыхание, Сталин словами потомков – «забил стрелку» Гитлеру:
- Седьмого октября в Таллинне.
***
В ночь с 6-го на 7-е октября, британские ВВС совершили самый массированный с начала Второй мировой войны налёт на Берлин.
Днём того же дня (во вторник дело было), в столице маленькой – но демократической Эстонии, прошли личные переговоры Фюрера всей германской нации Адольфа Гитлера и Председателя Верховного Совета Союза ССР Иосифа Виссарионовича Сталина. Они происходили в Таллиннской ратуше - здании городского управления, расположенного на Ратушной площади в центре Старого города. Это кроме всего прочего - наиболее сохранившееся здание средневековой ратуши в Северной Европе.
При первом же взгляде на Гитлера, Сталин был поражён контрастом между своим представлением об его образе и реальным видом его словами потомков – «тушки тела». Тот появился в зале для переговоров в хорошо сидящем синем костюме, без всякой портупеи и повязки с «паучьей» свастикой на рукаве и, демонстрировал манеры скромного, добропорядочного немца с запросами среднего обывателя.