«Легче управлять действующей армией,

чем одной женщиной»

Наполеон Бонапарт

Прошу у вас совета

Поздним вечером, возвращаясь со службы, Пракшин заметил у своего дома высокую фигуру молодого человека.

«Антуан Витольдович? Что он тут делает? С Полиной что-то опять?!», – Осип Данилович почувствовал беспокойство в душе. Он вышел из кареты, быстрым шагом прошёл к дому и, волевым усилием уняв беспокойство, заговорил первым:

– Антуан Витольдович, вы ли это?

– Я, – повернулся к нему барон.

– Приветствую вас. Простите за вопрос. Что вы здесь делаете в такое время? Стряслось что-то? – Сыщик обрушил на гостя шквал вопросов.

– Доброго здоровья, Осип Данилович, Приехал к вам, ибо нужда заставила. С вашей крестницей всё хорошо. Не стоит волноваться.

– Благодарю. Нужда, говорите? Тогда пойдёмте в дом, там и поговорим, – пригласил Пракшин.

– Благодарю. Следую за вами.

Пракшин с гостем прошли в холл.

– Дуся, примите вещи и пока не накрывайте к ужину. Видите, у нас дорогой гость. Мне, как хозяину, полагается уважить его. Мы с бароном удаляемся в кабинет, поговорить надобно. А вы потихоньку занимайтесь ужином. Как только у вас всё будет готово – позовите нас, – сделал распоряжение сыщик.

– Слушаюсь, барин. Не извольте беспокоиться.

Пракшин пытался сдержаться, но не выдержал и вновь выговорил служанке:

– Евдокия, сто раз говорил тебе, называй меня по имени-отчеству. Ну какой из меня барин? Родители мои были дворяне, да, не отрицаю, и согласно титулу вели такой образ жизни. А я давно служу Отчизне, звание моё и заслуги знать тебе необязательно, а называть по имени-отчеству вполне допустимо,– раздражённо ворчал сыщик, словно недовольный старикашка. Он нервничал. Беспокоился о Полине. А тут очередная тупость, упрямство и промашка служанки, которая уже не в первый раз его выводила из себя. – Тоже мне барина нашла…– никак не мог успокоиться Осип Данилович.

Служанка залилась жгучим румянцем во всю щеку и выговорила:

– Барин, вы конечно, вправе отругать меня и даже выставить вон… А вот матушка ваша, покойница, учила меня обращаться только так, уважительно. Уж простите, иначе не приучена, – Евдокия сконфузилась, поджала губы, сдерживая слёзы, при этом опустила взгляд в пол.

– Ты ещё вспомни, что было при царе Горохе, и когда случилось восстание Спартака. Ладно, ладно, ступай, не буду переубеждать тебя. Бесполезно. Приведу тебе пример, чтобы заучила, наконец. Вот, взгляни, гость наш – он самый настоящий барин, – Пракшин посмотрел на расстроенную служанку, что стояла с опущенной головой, и ему стало жаль девушку. – Не сердись, не со зла я. День выдался трудным, работы много, маковой росинки во рту не было, а тут ты никак не запомнишь обычной просьбы. Пожурил и будет. Бог с тобой. Ступай, ступай. Неси вещи в гардеробную. Это тебе гораздо лучше удаётся. И как только всё будет готово, на стол накрывай. Голодные мы.

– Слушаюсь, барин, – тихо ответила девушка, не поднимая на Пракшина взгляд, и тотчас убежала.

– Вот же упрямица. Прошу, прошу и всё зря, никак не запомнит. Идёмте в кабинет, Антуан Витольдович, там и поговорим.

– Осип Данилович, вы зря сердитесь на служанку, права она. То, что вы сыщик и служите Отчизне, ни в коем разе не отменяет вашего благородного происхождения. На службе вы – сыщик, а дома – законный барин. Скажу больше, я её прекрасно понимаю. Не в упрямстве дело и не в плохой памяти, молода ещё. Здесь причина кроется в другом. Скажите, Осип Данилович, Евдокия давно у вас служит?

– Уж и не припомню, когда её привезли из села. Матушка приютила у нас и всему научила.

– Вот видите. Барыня её так приучила. Ваша матушка, которую она любила, умерла, обстоятельства изменились. Завтра вы женитесь. Неизвестно, кого приведёте в дом. Зачем ей рисковать? Уж лучше она будет уважительно обращаться к вам и выполнять свои обязанности на совесть, нежели получит наказание за вольность и ослушание в виде розог по спине. Не забывайте, крепостное право не так давно отменили. Откуда дворовым знать, что завтра будет.

– Дело говорите, дорогой барон. Во многом согласен. Но в корне своё мнение не изменю. Вас-то я переубеждать не стану. Давайте займёмся более важным делом. Вот мы и пришли.

Они добрались до любимого в доме места хозяина.

– Присаживайтесь, – пригласил Пракшин, входя в кабинет.

Барон, будто не слыша приглашения, так и стоял, задумавшись. Не трудно было догадаться, что-то беспокоило его, он то и дело поправлял камзол, теребил рюши на рукавах, поправлял запонки.

А Пракшин с нескрываемым удовольствием опустился в мягкое кресло, расслабился и почувствовал себя совершенно счастливым.

– Рассказывайте, что вас привело ко мне? Внимательно слушаю.

– Беда у меня случилась.

Пракшин вскинул на барона вопрошающий взор, напрягся и выпрямился.

– Что ещё за беда? Не пугайте меня. Воры забрались в ваш дом? Или чего похуже стряслось? Только не говорите, что с Полиной поссорились опять или … – сыщик, дожидаясь ответа, буквально вцепился в гостя взглядом.

– Напугал я вас, а зря. С вашей крестницей ничего не приключилось и на удивление мы хорошо ладим с ней.

– Головой отвечаете мне за Полину.

– Да, не волнуйтесь вы так, я помню об этом.

– От сердца отлегло. Хоть одна хорошая новость. Так что же тогда? Воры?

– Нет, и воры не навещали меня. Что им у меня делать?

– Слава Богу, что так, – выдохнул Осип Данилович. – Не понимаю, какая нужда вас привела ко мне поздним вечером? Ей-Богу, напугали вы меня. Рассказывайте, что не так. В тот период, когда мы с крестницей отсутствовали в Москве, у меня накопилось очень много работы, в Управлении некогда заниматься старыми бумагами. Вот и приходится дома разгребать завалы. После ужина опять предстоит бессонная ночь.

– Сочувствую я вам. Вы истинный труженик.

– Прошу, Антуан Витольдович, переходите к делу.

– Я готов, хотя, признаюсь, сердце не на месте.

– Что так?

– Влюбился как юнец, журить будете, знаю. Но сил больше нет терпеть эту муку и молчать. Вы единственный человек, кому могу довериться и открыть душу. – Осип Данилович увидел во взгляде гостя болезненные переживания. Барон стойко держал их в себе, но его глаза выдавали весь ужас создавшегося положения, в котором он оказался так неожиданно для самого себя.

– Не спрашиваю, кто предмет ваших сердечных мук. Дело молодое. Всё образуется. Дайте срок. А от меня-то, что требуется? Я, Антуан Витольдович, в этом деле опыта не нажил, плохой советчик вам, по правде сказать. Никогда толком не ухаживал за барышнями, ибо был занят делом: учился много и долго, да и влюблён никогда не был. Не случилось встретить женщину своей мечты, и представьте, женат тоже не был ни разу. Так что я в этом вопросе ничего толкового не предложу вашему вниманию. Хоть скажите, что от меня-то требуется? – сыщик снова задал тот же вопрос. – Почему вы так встревожены? Что не так? Поведайте мне, коль пришли. Не узнаю вас, друг сердечный. Вы всегда такой уверенный в себе господин, а тут растерянность и потухший взгляд. Откуда это? Влюбились, замечательно. Любовь – это чудо, подарок. Радоваться надо. А вы сникли. Поясните, наконец, в чём дело? А самое простое и лёгкое, на мой взгляд, ведите избранницу под венец и будьте счастливы.

– Осип Данилович, сам себе удивляюсь. Случай непростой. Особенный. Ох, чует моя душа, изведёт меня эта барышня.

– Сразу скажу. В сердечных делах, батенька, лёгких путей не бывает. Вы должны быть к этому готовы.

– Прошу вас, посоветуйте, что я могу подарить Полине Капитоновне, чтобы добиться её расположения? – наконец барон открылся Пракшину.

– Ах, вот оно что. Стало быть, моя крестница и есть предмет ваших желаний. Удивили вы меня и немало, дорогой мой барон. Вот это пассаж, вот так новость, скажу я вам, уж точно не для слабонервных.

Молодой мужчина молча стоял, понурив голову, словно провинившийся мальчишка.

– Вы присаживайтесь, присаживайтесь, в ногах правды нет, чего стоять? – напомнил Пракшин. – Антуан Витольдович, простите, бога ради, но я и вправду не узнаю вас. Ваш вопрос меня удивил. Дорогой барон, давайте посмотрим на дело с другой стороны. Голубчик, вы владеете таким состоянием и не знаете, что принести в подарок понравившейся барышне? Вы что же до сих пор не ухаживали за дамами?

– То было давно. И сравнивать даже не буду. Всего лишь лёгкий флирт. Женщины в возрасте, причём самые разные, я тогда и не думал о любви и тем более о женитьбе. Теперь же перед нами нежнейшее создание. Как можно сравнивать? Хотя должен сказать, у Полины Капитоновны характер сложный, и при желании она может, кого угодно поставить на место. Я вам больше скажу, и церемониться не станет. Любому зрелому мужчине примером послужит её ум и воля. И к ногтю прижать может. И объяснить, что да как, знает толк в таких делах, хоть ещё совсем юная барышня.

– Да-да, моя крестница такая, она всё может. А как вы хотели? Верно подметили, Полина умеет защищать себя. Эта редкая девушка, которая обладает утончённой внешностью дивного цветка и острым умом зрелой женщины. Она знает себе цену, никому не даст сесть себе на голову и диктовать требования, даже любимым родным. Никому!

– Клянусь вам, я растерян. Полина Капитоновна единственная из всех для меня явилась загадкой. Она не раскрывает души, не подпускает к себе ни на шаг. Познать, о чём она думает, не представляется для меня возможным. Я в панике…

– И правильно делает моя крестница. С мужчинами только так и надо. – Осип Данилович внимательно посмотрел на барона.

– Дорогой мой, и как вас угораздило влюбиться в Поленьку? – лукавая ухмылка появилась на лице Пракшина. – Сказать по правде, я вам не завидую. Добраться до глубин её прекрасной

чистой души, ох как трудно. Но если удастся достучаться – вас ожидает рай на земле.

– Я чувствую это на расстоянии. Меня невиданной силой влечёт и тянет к ней, причём неудержимо. Но в её присутствии теряюсь, как юнец. Что мне делать?!

– Давайте подумаем, с чего вы можете начать ухаживать за Полей, чтобы расположить девушку? Прежде всего, дорогой барон, вам требуется заинтересовать её, надеюсь, это вы понимаете?

В ответ барон кивнул сыщику.

– Кстати, перед вами огромный выбор: книги, картины

выдающихся живописцев, красивые статуэтки с персонажами из сказок либо художественных произведений, музыка, природа, любые мелочи, которые могут привлечь её внимание. И, конечно, украшения. Полина пошла в мать – она эстет. Любит всё красивое и изящное. Послушайте, а давайте начнём с малого. Пригласите девушку в оперу. Чуть не забыл, есть прекрасная оказия. Скоро в наш город из Европы должны приехать знаменитые музыканты. Руководство Управления Правопорядка на совещании в департаменте полиции уже предупредили всех служащих и полицейских о мерах особой безопасности, которые планируются осуществить в нашем городе. Вот вам и повод, пригласите барышню на концерт.

– Благодарю, Осип Данилович. Обязательно воспользуюсь вашим советом. Решено, повезу в театр. Я сам не прочь послушать хорошую музыку. Родители всегда брали меня с собой, когда ездили в оперу или филармонию.

– Очень хорошо. Значит, проще будет найти общий язык с Полиной.

– Скажите, а какие книги любит ваша крестница?

– Книги – это прекрасный выбор. Вы попали в цель. Но и в этом вопросе есть секреты. В подарок девушкам нужно дарить книги со значением и обязательно с инскриптом, то есть, с дарственной надписью. Но ещё очень важно, дорогой барон, чтобы они выглядели эстетично. Я вам перечислю, какие есть возможности, а вы поезжайте в торговые ряды к Масленникову Карлу Ивановичу, у него богатейший выбор старинных книг в прекрасной упаковке. Напишу ему записку, передадите, он поможет выбрать то, что нужно именно вам. Подчёркиваю, книги должны быть в переплётах из атласа яркого бордового или алого бархата. Ещё вариант цвета корицы или красивого синего шёлка. Причём, с выбитыми лилиями разных расцветок. Кстати, дорогой барон, Liliaceae – род растений семейства Лилейные. Оно издавна считается цветком французских королей. А вы и есть потомок одного из них, если мне память не изменяет. Вот и будет памятный подарок. Также на упаковке могут быть птицы или другие яркие рисунки. Модными считаются вуали для книг из венгерского кружева, сицилийской парчи, и нередко мы можем увидеть жёсткий испанский бархат. Ах, какой он приятный на ощупь. Впечатление, которое произвела на меня сама книга – неописуемое. Вот, где подлинное искусство, истинная ценность. Представьте, вековой исторический клад я держал в своих руках и имел счастье читать его. Выбирайте. Карл Иванович поможет вам. Мне доводилось держать в руках такую книгу, когда занимался делом о краже в доме антиквара. Да, ещё встречаются грузинские изделия с золотыми цехинами и японские «фукусас» золотисто-зелёных тонов с вышитыми по ним птицами чудесной окраски. Как видите, выбор велик. Говорю вам, не теряйте времени, поезжайте к Масленникову-антиквару, он вам всё и подберёт. Но ещё очень важно, чтобы книга была наполнена содержанием, глубоким смыслом: красивой поэзией, увлекательным французским романом, которые так любят наши девушки. Полине я бы подобрал в подарок философский трактат. Она с увлечением изучает их.

– Даже такие книги любит ваша крестница?

– Ещё как любит, за уши не оторвать.

Пракшин от переизбытка чувств, подскочил с кресла и продолжал рассказывать во всех подробностях.

– Ещё можно подарить барышне нарядную расписную шкатулку с гравировкой на крышке, на которой девушка увидит памятные слова. Я такую вещицу матушке дарил ко дню рождения. Вложил в неё памятные драгоценные украшения. Ей было так приятно. Но вам на первом этапе ухаживания не советую начинать с этого. Драгоценные украшения будут уместны позднее, когда вы почувствуете расположение девушки и пригласите её на бал, перед которым и вручите подарок. Это будет вполне уместно. Или же на помолвке очень кстати.

– А говорите, что не знаток и опыта в деликатном деле не имеете. Вон, как разбираетесь в тонкостях. Я заслушался. Благодарю, все советы беру на заметку и вооружение. Осип Данилович, как и обещали, напишите, пожалуйста, записочку для Масленникова. Завтра же с утра к нему и поеду.

– Да-да, конечно. Подождите минутку, – сыщик посмотрел на барона и добавил. – А опыта с женщинами у меня действительно нет. Знания эти понадобились, когда расследовал дело антиквара.

Сыщик, присев к рабочему столу, ровным почерком написал послание для антиквара.

– Вот, возьмите, как и обещал.

– Осип Данилович, от всей души благодарю вас, что в шею не выгнали, выслушали и столько дельных, ценных и, что немаловажно, практичных советов дали. Вы – находка и добрейшей души человек. Как хорошо, что я решился приехать к вам. На этом попрощаюсь. Пора и честь знать. Простите, не получится разделить с вами трапезу, в другой раз. Как будут хорошие новости – извещу вас. До встречи, уважаемый Осип Данилович.

– И вам желаю не хворать и фантастических успехов в достижении Эвереста, – сыщик улыбнулся своим словам.

– Прощайте.

А Осип Данилович подумал:

«Не зря я уговорил Полюшку помочь барону. Глядишь, из этого выйдет толк. В мою крестницу нельзя не влюбиться. Чудная, нежная, добрая, ласковая девочка. Умница! Редкая умелица. А красавица какая. Всё правильно. Так и должно было случиться», – кивнул в ответ своим мыслям Пракшин, и остался вполне доволен собой.

Он так задумался, что не услышал, как вошла служанка.

– Барин, докладываю. Гостя проводила. Стол накрыт. Обед ждёт вас.

– Иду, Дуся. Скорее ужин, нежели обед, – на ходу бросил реплику сыщик.

***