— Сынок, ты же прекрасно знаешь, что у твоей сестры свое питание, своя диета. Ей ни в коем случае нельзя за общий стол и...

— Мам, хватит, — не сдерживался уже Кир. Сначала его Лика достала, а теперь и мать не отставала, — Чего ты прицепилась к Миле? Я прекрасно знаю, что у меня абсолютно здоровая сестра, как мы с тобой, и ей можно все есть, что едим и мы.

Ты же затаскала ее по больницам, сдала все возможные анализы, даже генетику. И никакой диабет, инфаркт, и что там еще за хрень ей не грозит. И не надо сотый раз приплетать сюда бабушку.

У нашей бабушки произошел сбой именно на нервной почве. Если ты помнишь, тогда были тяжелые времена для нашей семьи. А не из — за генетики или еще чего — нибудь.

Я тоже виноват, не следил за сестрой. Считал, раз мама это делает, значит так надо. Но ты все никак не перестаешь ограничивать Милю. И не просто ограничивать, а запрещать ей еще больше.

Хватит! Сейчас не время и не место, и завтра к сожалению мне предстоит уезжать. Но, как только вернусь, я тебе обещаю, мы вернемся к этому разговору. И да, отец тоже в стороне не окажется.

Ему тоже будет интересно послушать, сколько диагнозов ты поставила моей сестре.

Марта стояла в очках. Она держалась, но видно было, не привыкла, чтобы с ней так разговаривали. Но что — то ответить сыну, она не решилась.

Тут в беседку вошла еще одна женщина лет шестидесяти с добрыми чертами лица.

— А вот и вы, Тамара, как хорошо, что я увидел вас перед отъездом, — продолжил Кир, — С этого дня все, что касается моей сестры, вы докладываете в первую очередь мне. Я оставлю вам свои контакты. Отчет я требую ежедневно.

Сюда входит все, абсолютно все: расписание занятий, что и когда ела, во сколько легли. Вам все понятно?

Женщина замешкалась и стала поглядывать на Марту. Но при сыне она не могла ничего возразить.

— Вижу, что все понятно! А, если нет, не забывайте никогда, кто платит вам исправно зарплату и очень даже неплохую. Вы мне симпатичны, и самое главное нравитесь Миле, и давно в нашем доме. Поэтому я искренне признаюсь, не хочу, чтобы наши отношения с вами были расторгнуты.

Тамара была явно удивлена. Наверное, Кирилл никогда прежде не общался с ней, еще и в таком тоне. Он вроде бы и говорил с ней без злости, но был строг и дал понять, что, если и дальше будет все идти по плану их матери, женщина лишится выгодного места.

Я и сама этого не хотела. Так как помню, как Миля с любовью отзывалась о своей няни. Если ей ее заменят, у девочки точно случится сильный стресс.

Перед тем, как покинуть беседку, Кир подошел к своей сестре, опустился на корточки и крепко обнял малышку.

— Прости, сестренка, своего брата. Он у тебя настоящий болван. Извини, что редко уделял тебе внимание. Теперь обещаю, все изменится, изменится в лучшую сторону. И я с тобой теперь постоянно на связи.

Кирилл еще раз поцеловал сестру, и только тогда она с Тамарой покинули беседку.

— Сегодня отличная погода, а я еще не успела сыграть в теннис. Кир, ты кажется хотел отыграться? Я, если что, готова. Не хочешь мне составить компанию? — и опять она одарила парня своим змеиным оскалом.

Мне очень хотелось, чтобы Кир согласился, и выиграл у нее. Хотя бы здесь показал, что она не всесильна.

— Я думаю, это прекрасная идея, — невозмутимо начала Марта, — Сынок, думаю тебе будет сейчас полезно выплеснуть свой заряд. Лика у нас достойный соперник, и ты совсем не любишь тоже проигрывать.

А мы как раз поближе познакомимся с Линочкой. Лин, ты же не против поболтать со мной?

— Вовсе нет, даже очень хочу, — мне действительно было, что ей сказать. Думаю, она представляет наш разговор совсем по — другому, только вот мне абсолютно все равно.

— Ты не против, если я немного сыграю? — спросил Кир у меня.

— Нет, конечно, иди.

— Мы не долго, — он мне хитро подмигнул. Может действительно спорт поможет ему немного успокоиться. Ему явно не нравилось, что Лика была свидетелем его разговора с матерью.

Когда мы остались одни, Марта присела напротив меня, выпела немного воды и достала сигарету из своей сумочки.

— Ты не против, если я буду курить? — спросила она.

— Нет, почему я должна быть против. Во — первых, это ваши владения, вы у себя дома, а во — вторых, это ваше здоровье.

— Знаю, надо бы бросить, но ничего не могу поделать. Это моя слабость уже долгие годы, — Марта сделала первую затяжку.

— Ты тоже считаешь, что я плохая мать для Миланьи?

— Не могу вам ничего ответить по этому поводу. Так как матери здесь я не вижу. Есть просто женщина, которая выносила и родила ребенка, но никак не мать, ее и близко здесь нет. Может, конечно, для Кирилла вы ею и являетесь, но для своей дочери точно нет.

— Лин, ты меня не знаешь, чтобы делать такие выводы. Твои предположения ошибочны. Все совсем не так, как кажется. Все, что я делала и делаю только ради своей семьи. Потому, что очень за них переживаю.

— Да, именно поэтому вы не занимаетесь Милей совсем. Эти ваши заботы вам мешают посещать ее выступления, ходить на собрания. Действительно, зачем? Есть же люди нанятые, которые все сделают за вас.

Выучат уроки, заплетут волосы и многое другое, сводят в парк. Это же, наверное, для вас пустые траты вашего драгоценного времени?

— Лин, — Марта все курила, ее стало немного потряхивать, я даже была этому рада, — У Мили нет никаких способностей, ни в учебе, ни в поведении, на нее постоянные жалобы. Зачем мне ходить на собрания? Слушать, как хвалят других детей, какие они молодцы! И какая у меня дочь, отстающая по всем предметам?!

Как хорошо себя ведут другие дети, и какие мы неусидчивые. Чтобы потом на меня пускали насмешливые взгляды. Нет, уволь меня от этого. А на счет выступлений, так ей особо и ролей никаких не дают, так эпизод в лучшем случае. И ты мне тоже предлагаешь участвовать в этом позоре, смотреть этот цирк и еще хлопать? Делать вид, что я довольна, и какой у меня талантливый ребенок? Этого ты хочешь?