Я проснулась от холода. От холода и резкой боли на лице. Лика вылила мне на лицо стакан холодной воды, и не жалея сил, давала мне пощечины.

— Эй, хватит уже спать. Просыпайся давай! А то все веселье пропустишь.

Голова продолжала гудеть, сил двигать руками или ногами не было, а язык заплетался.

— Пить, — еле слышно простонала я.

— Сушняк долбит!? — усмехнулась Лика. — Сейчас, минутку.

Она подошла со стаканом воды и снова выплеснула мне его в лицо. Странное чувство. Я могла чувствовать холод, но совсем практически не могла шевелиться. Я пыталась отдышаться, а Лика громко и зловеще засмеялась.

— Ну что, принцесса, будут еще пожелания какие — нибудь?

Я прикрыла глаза. Не хотела смотреть на нее.

— Не, не, не. Так не пойдет. Не надо снова засыпать. А ну открывай свои глаза! А иначе я вылью на тебя целую тонну ледяной воды. Я прекрасно знаю, что ты все чувствуешь. Только тело не может двигаться.

Я опустила глаза вниз. Ужас мгновенно овладел мною. Я лежала на кровати абсолютно голой.

— Где моя одежда? — с трудом спросила я.

— О, сестренка! В мероприятии, в котором ты будешь участвовать, одежда тебе не понадобится совсем. Конечно, тебя могли раздеть и другие герои, но я решила, что не нужно будет тратить на это время. У вас и так будет много дел, которые нужно будет успеть.

Конечно, я не получила никакого удовольствия от твоего раздевания. Но для общего дела, чего только не сделаешь. Не благодари. Сегодня все для тебя! В конце концов, сегодня твой праздник.

Но пока мы ждем гостей, я хочу с тобой пооткровенничать. Ты же этого всегда так хотела. Приступим. Начнем все сначала.

Ну, во — первых, я давно узнала, что мой отец никогда не любил мою мать. Знаешь, и я его прекрасно понимаю. Как вообще можно любить эту чокнутую, тем более спать с ней? Мерзость! Как угораздило, чтобы именно она стала моей матерью?

Из всех женщин, именно она. Конченная, слабая, которая, кроме отвращения и призрения, никаких других чувств не вызывает.

И вот подростком я узнала, что папочка умирает от любви к одной единственной женщине, которой он даже успел сделать ребенка. То есть тебя. Незаконнорожденного ублюдка! Когда я начала активно заниматься программами и машинами, я смогла без труда узнать все о твоей мамаше и о тебе.

Знаешь, даже очень хорошо, что на меня было всем плевать. Я могла делать, что хочу, и когда хочу. На своей машине я периодически стала ездить в ваш город. Наблюдать за вами издалека, как и чем вы живете.

Я уже тогда до скрежета зубов вас обеих ненавидела. Ненавидела, какие вы такие счастливые, такие любящие, как все тебя обожают вокруг, считают настоящим ангелом.

В тот день, в день, когда твою мать сбила машина, я опять поехала в ваш убогий городишко. Никогда никто из вас меня не замечал. Не знаю, что пошло в тот раз не так. Но твоя мамаша, как почувствовала, и повернулась в мою сторону.

Я была на другой стороне, старалась быть невидимой. Но она увидела меня. Наверное, она знала меня, кто я такая. Не знаю, может иногда все — таки она общалась с отцом. И он мог показывать ей мои фотографии.

Этого мы уже никогда не узнаем. Да и не суть. Она, конечно, сразу пала в ступор. Конечно, она точно поняла, кто я такая. А затем, даже я удивилась, она рванула в мою сторону. Может хотела просто поговорить. Даже не представляю, что в тот момент она хотела сделать.

Я стояла, не двинувшись даже с места. А твоя мать видимо от шока, даже не потрудилась посмотреть по сторонам. Вроде бы учитель. Сама учит детей, как правильно нужно переходить дорогу. А тут прям двинулась вперед.

Водитель даже не успел притормозить. Бедный мужик. Он сам охренел. Со стороны это все выглядело, как будто она специально бросилась под машину. Ты и сама все знаешь. Водитель тачки не виноват. Его регистратор и свидетели все подтвердили.

Там выжить было без вариантов. Удар был охреневший. Она сдохла еще до приезда скорой. А знаешь, что было со мной тогда? Я стояла и улыбалась. Впервые за столько времени мне стало так легко дышать. У меня сразу поднялось настроение.

Но тут же в голову пришла и другая мысль. Скоро в наш дом должна приехать гостья. То есть ты собственной персоной. А вот это уже не радовало совсем. Наш благородный папочка никогда бы не позволил тебе жить с твоей крестной или еще с кем — то.

При других обстоятельствах я бы и не трогала тебя. Ну жила бы себе дальше со своей шлюхой — мамашей. А теперь планы относительно тебя резко поменялись. Я с первого дня, как ты переступила порог нашего дома, знала, что наступит день, и я уничтожу тебя раз и навсегда.

И как видишь, в этом я преуспела очень хорошо.

— Мамочка. — одинокая слеза скатилась по моей щеке.

— О, нет. В этом я не виновата. Ни я шлепнула твою мать. Это просто несчастный случай. Нужно быть просто более внимательным. А не поддаваться эмоциям. Зато видишь, мы с тобой познакомились. Скажи, звезды идеально для нас сошлись?

— Это все ты делала! Всегда! Ты за всем стояла!

Понимание слишком поздно пришло ко мне.

— Да, это всегда была я. Только я!