— И что теперь делать? — Рассеянно глядя на тело, извлеченное из-под мебели, и надежно связанное, пробормотала Маша.

— Что делать, что делать… — Буркнул я, занимаясь тем же самым — Снимать штаны, кричать ура!

— Что? Зачем?

— Выражение такое…

На самом деле, я уже сейчас видел три пути для всех нас. Причем два мне категорически не нравились, а третий…

— Давай объявим ему, что если он нас сдаст, то во всех газетах появится статья про то, чем на самом деле занимается полиция! — Предложила журналистка — А что? Они же скрывают от людей всех этих оборотней, вампиров, упырей?

— По твоему прокатит? — Скривился я.

— Нет… — Подумав, вздохнула Маша — Если бы лет сорок назад… Тогда в написанное верили. А сейчас пожмут плечами и скажут, что издание пожелтело…

— Тогда зачем предложила?

— Ну я хоть что-то предлагаю! — Возмутилась Маша, и подняв с пола кресло, села в него, закинув ногу на ногу. Выглядело это красиво, но ботинок оставшийся на полу иногда выбивал нервную дробь.

— А тут, хоть предлагай, хоть не предлагай… — Задумчиво проговорил я, разглядывая старые шрамы на спине полицейского — Либо мы теперь подаемся в бега, либо…

Шрамы, кстати, были чем-то похожи на мои. Разве что, у него их было больше. Явно не один раз махнули когтями, а драли как следует, с полной отдачей…

— Убьем его, и представим, как ограбление? — Оживилась Маша, и тут же сникла — Не убьем, да?

Не отвечая, я продолжал разглядывать полицейского, пытаясь понять, кем оставлены шрамы. И все больше склонялся к мысли, что это были когти. Зачем мне была эта информация? Да ни за чем. Я просто откладывал решение проблемы, в дурацкой надежде, что все как-то само собой рассосется. К примеру, что он сейчас сам загнется на полу, и нам не придется ничего решать. Несчастный случай. И останется нам только прибраться за собой. Мечты, мечты…

— Ладно! — Наконец, решившись, я шагнул к полицейскому, и дернув его с пола, посадил к стене. И чуть не отскочил, заметив, что тот на меня смотрит — Ох, ё-мое! Напугал… Доброй ночи…

— Здорово, коль не шутишь. — Макаров перестал изображать бессознательное тело, и повел связанными за спиной руками, пробуя на прочность ремень — Что решили?

— Так он что, все слышал? — Округлила глаза Маша, и потянулась за оружием. Потом передумала и убрала руки. И все это под насмешливым взглядом капитана.

Даже связанный, без оружия, он явно чувствовал себя хозяином положения. Ну, или пытался это показать. И поняв это, я машинально нахмурился, глядя прямо в глаза тому, из-за которого я не мог закончить охоту. Тому, кто нас подставил своим враньем.

— Весело тебе, да? — Криво улыбнувшись, спросил я — А Маша права, между прочим. Нам проще тебя добить, и сказать, что так и было. Заодно никто мешаться не будет.

— Мешать узнавать государственные секреты? — Прищурился Макаров — Вы же за этим ко мне влезли? Знаешь, сколько вам в общей сумме светит? Или вы думаете, вы самые умные, и вас не найдут? Всегда находят!

— Да нахрен нам твои секреты? — Возмутился я — ты покрываешь урода, который нас всех подставил и едва не убил! А ведь я у тебя несколько раз по хорошему спрашивал… Как там ты говорил? Куратор обеспечивает охотников прикрытием и информацией? Тогда ты говно, а не куратор!

Накручивал я себя почти осознано. Прекрасно зная, что не смогу хладнокровно убить человека. А вот если буду в бешенстве, то… Может быть…

Не знаю, осознанно, или так само получилось, но Макаров принялся перебивать мой обличительный диалог, причем говорил тихо, так, что мне приходилось каждый раз замирать, что бы, не пропустить чего важного. И в итоге, разжечь как следует злость не получилось.

Только я начинал обличительный монолог, как следовали тихие, уточняющие вопросы. Раз, другой, третий… И вот уже мы разговариваем, почти спокойно.

— Так при чем здесь Скворцов? — Наконец прозвучал главный вопрос, после того, как я вывалил на куратора историю о том, как наших поймали в ловушку — Он же умер давно?

— Ты из нас дураков не делай! — Фыркнула Маша, кивнув на простреленный монитор — Кое что мы у тебя накопать успели. Скворцов помер, появился Прохоров. Тот помер, появился, например, Иванов, и потом…

— Скворцов…

— Да, мы именно про него!

— Ты не понял. — Спокойно повторил куратор — После Прохорова появился Скворцов. Обратно. Только дату рождения поменяли, и все.

— Так просто? — Удивился я — Без палева совсем!

— Так сколько лет прошло? — Пожал плечами полицейский — Никто бы все равно не поверил, что это один и тот же человек. Да и выглядел он всегда моложе своего возраста.

— И сейчас выглядит моложе. — Скривился я — Старик, конечно, но лет семидесяти, а никак не на девяносто.

— Да никак он сейчас не выглядит! — Впервые за весь разговор, повысил голос Макаров — Мертв он! Да и не стал бы он таким заниматься! Это вы, непонятно кто, а Сергеич был…

— Вот! — Аккурат посреди тирады, Маша сунула под нос полицейскому телефон, отчего тот закашлялся, да так, что пришлось развернуть его и от души приложиться кулаком по спине.

— Покажи еще раз! — Откашлявшись, потребовал полицейский.

Показали, конечно. То самое фото, где старик только что всучил бедной женщине домик с домовым.

И я с легким злорадством наблюдал, как на лице полицейского меняется калейдоскоп эмоций. От недоверия, до обиды. Именно в таком порядке.

— А ведь ты с ним лично знаком, да? — Предположил я, и судя по вильнувшему взгляду, попал в точку — Понять бы еще, сейчас ты в деле, или тебя кинули?

— В каком деле?

— В деле воспитания настоящего… охотника. — Не стал я в точности повторять речь старика. Но даже этого хватило, чтобы и Маша и Макаров, удивленно на меня уставились — Что? Старик так и сказал! Избавлю, говорит, тебя от привязанностей, чтобы ничего не мешало охотиться!

— Не мог он так… — Проворчал куратор, но как-то не уверенно.

— Еще как мог! — Чувствуя, что надо дожимать, продолжил я — А до того девочку убил! Молодую, студентку. Мы ее силы лишили, решили вопрос, а он духов на нее натравил. И знаешь почему? Расплата, мол!

Тут я, конечно, додумал мотив за старика, но скорее всего, не ошибся. Во всяком случае, я был почти уверен, что так оно и было.

— А воришку? Это же тоже он! А ведь мы его не успели проверить! — подыграла мне Маша, умолчав о том, что тот не был кроткой овечкой, и едва нас не пристрелил.

И, надо сказать, каждое наше слово сеяло сомнение в Макарове. Нет, если бы тот и вправду был уверен в своей правоте, фиг бы у нас что получилось. Но, видимо, сомнения у того имелись. Или новость о том, что знакомый жив, а его обманули, из колеи выбила?

— Вот все последнее, совсем не аргумент… — Наконец, упрямо поджав губы, выдавил из себя полицейский — А по поводу привязанностей… У него жена умерла. Она же напарница. За месяц до того как его самого похоронили. И…

Полицейский замолк, погрузившись в свои мысли.

— Может, это… — решив, что лучшего времени решить вопрос, может и не появиться, решился я — Попробуем как-то начать по новой? Мы были уверенны, что ты с ним в сговоре, и вот… Но ты тоже хорош! Не мог проверить? Из-за тебя моя жена тоже чуть не погибла! И друг!

— По новой? — Поднял глаза Макаров, непонимающе посмотрев сначала на меня, потом на замершую в стороне Машу — А, понял! Типа, что было то было, кто старое помянет, и все такое… А в следующий раз вы меня на всякий случай пристрелите, как только вам что-то покажется?

— Не, ну, не хочешь, как хочешь. — Пожал плечами я — Давай так. Ты даешь нам все что знаешь на этого хмыря, и мы тебя отпускаем. Остаемся при своих, так сказать…

— Вы и так меня отпустите. — Пожал плечами Макаров — Или сядете. Всей компашкой, дружно.

— Или, я тебя пристрелю. — С неохотой предложил я — Сам подумай, кто мне важнее, ты или семья? Не хочу, но сделаю.

— А если я расскажу, кто тебе помешает меня убить?

— Совесть? — предположил я, криво усмехнувшись — Попробуем договориться. Ты остаешься жив, и забываешь про нас, а мы забываем про тебя.

— А завтра за нами наряд приедет! — Мотнула головой Маша — Был бы человек, а статья найдется!

— Нет. — мотнул я головой — Он умный, понимает. Сегодня напился снотворного, один, в запертой квартире. А завтра яду выпьет.

В этот момент, вполне удачно, на кухне что-то громыхнуло, и Макаров с тревогой покосился в ту сторону.

— Да, да. — Кивнул я, отчаянно блефуя, но при этом используя недовольство домового в своих целях — Ты правильно все понял!

— Закроем дело Скворцова, и на этом все. — Наконец кивнул куратор — И в следующий раз, когда вы попадетесь на убийстве какого-нибудь оборотня, или просто гуляя по городу с оружием, я сделаю вид, что вас не знаю.

— Договорились. — Кивнул я, и разрядив пистолет полицейского, швырнул его в мусорную корзину. А потом, решившись, развязал руки полицейскому, и стремительно отшагнул назад, чтобы не перекрывать обзор Маше, которая в отличии от меня, оружие держала под рукой. — Рассказывай!

Конечно, от проблем такой расклад нас не освобождал, но… Лучше чем ничего. Опять же, у нас домик в деревне есть. Провести интернет, засесть за чертежи на удаленке, и не отсвечивать пока все не уляжется. Чем не выход?

Конечно, рассказали нам сильно не все. Но все же, по мере того, как растирающий руки Макаров говорил, все постепенно становилось на свои места. Особенно для меня, потому что я знал, кто такой старик на самом деле. Узнать бы еще, как он стал ведуном, но это и не сильно важно.

Когда-то Скворцов был обычным милиционером. Ходил на работу, ловил воров и бандитов, встречался с девушками… И самое забавное, что его история, как охотника, начиналась так же как у нас. С оборотней.

Однажды молодой человек столкнулся на улицах ночного города с волком. И не растерялся, открыв стрельбу на поражение. Вот только зверю было начхать на обычный свинец. И та бы вся эта история и закончилась, если бы не пришел к Скворцову на помощь кто-то из тогдашних охотников.

А может быть парень выступил наживкой, сам того не зная. Такое тоже могло быть. Но, как бы то ни было, а в итоге труп волка превратился в тело человека, и прибывший патруль взял милиционера прямо на месте преступления. Застав того над трупом с пустым пистолетом.

И снова, так бы все это и закончилось, и вышел бы Скворцов на свободу уже не сильно молодым, и уж точно в милицию бы не вернулся… Но парень был упрям, и стоял на своем, доказывая, что стрелял он в волка.

Как именно, Макаров не знал, но дошла эта история до кого-то из главка, и парня забрали в столицу, в особый отдел, занимающийся подобными вещами. Заодно создав ему новые документы.

Вот только в отделе молодой, упрямый работник не прижился. Или наоборот, в нем увидели перспективы, те, кому надо… И когда встал вопрос реорганизации региональных отделов, его отправили старшим в в родной город.

— Тогда и появились кураторы, как сейчас?

— Примерно. — Кивнул Макаров — Нет, служба такая была и раньше, но… Вообще-то, это секретно!

— Ой, да ладно! — Скривился я — Мы же и так во всем этом по уши!

Таким образом, Скворцов, сменив фамилию, оказался во главе регионального отдела, и рьяно взялся наводить порядок, уничтожая нечисть. И был, по словам Макарова, лучшим охотником, кого он знал. И помогала ему в этом девушка, приехавшая с ним из столицы. Не то ведьма, не то… Непростая, тетка, в общем.

При этих словах, Маша как то странно на меня покосилась, но я предпочел не заметить этот взгляд.

— А ты откуда все это знаешь? Или у вас закрытые базы данных…

— Из первых рук. — Дернул уголком рта полицейский — Сергеич был моим учителем.

— В полиции?

— В охотниках!

Как Макаров попал в охотники, он, конечно, рассказывать не стал. Но я, помня о шрамах, сейчас скрытых под рубашкой, и так догадался. Как и все. Столкнувшись с нечистью лично.

Но важно было другое. Скворцов набирал людей, и терял их, набирал снова… И только он и его супруга оставались бессменными членами команды. Ну и Макаров, до поры до времени. Пока не оказался в коме, весь переломанный.

Тогда еще молодой парень выкарабкался. Но учитель настоял, чтобы он уходил из охотников на официальную службу. Благо и образование имелось, и связи.

А однажды, во время очередной охоты, погибла жена Скворцова. И все покатилось под откос. Заметно постаревший охотник сорвался, и принялся за охоту с упорством маньяка, без сна и отдыха. С закономерным итогом…

— Похоронили его в Нижнем, я сам был на его похоронах! — Подвел итог полицейский, и неприязненно покосившись на меня, закончил речь — И после этого ты мне рассказываешь, что он жив? Суешь мне под нос его фотографию?

— Угу. — Кивнул я, переваривая услышанную историю — И даже догадываюсь, как он провернул все это…

— Ну ка, просвети меня тупого? — С сарказмом поднял бровь полицейский.

Однако я не повелся на иронию, вместо этого серьезно и обстоятельно пересказал все странное, связанное со стариком. И про отвод глаз, и про руны вскользь упомянул.

— Быть такого не может! Он колдунов люто ненавидел!

— Да хоть светлым волшебником назови! — В тон Макарову, повысил голос я — Если человек колдует, то он колдун!

— Есть колдовство, а есть инструменты… — Неохотно произнес полицейский, покосившись, почему-то на коврик у прихожей.

И повинуясь наитию, я шагнул туда, приподнимая старую, потрепанную ткань.

— Вот ни хрена себе! Руны? Откуда они у тебя?

— Сталкивался с таким? — Не меньше меня удивился Макаров.

— Да. — Кивнул я, пополняя свою коллекцию фотографий рун, разбираться с которой собирался позже. Когда-нибудь… — Скворцов из таких штук ловушку соорудил. На меня.

— Сергеич всегда интересовался всем этим… Но это не колдовство!

— Да как сказать… — Не согласился я — Так что это? И для чего?

— Конкретно эта звук глушит. Запирает в помещении… Подарок.

— И я даже догадываюсь, кто подарил. — Хмыкнул я, но фото подписал. Хот одну закорючку знать буду…

— Вот почему полиция не приехала! — Дошло вдруг до Маши — А я то сижу жду… Думаю, бежать уже, или пока нет…

Макаров кивнул с кислой рожей, но довольно быстро сменил тему:

— Значит так. Раз уж мы договорились, то начинаем искать Скворцова. Но! Не для того, чтобы убить. Я уверен, что мы просто чего-то не знаем, и…

— И он убьет нас, если мы будем сопли жевать! — перебил я полицейского.

— Не убьет! — Рявкнул тот — Я с ним поговорю. Сначала… А потом уже будем решать, что делать.

— Тогда я буду присутствовать. — Упрямо добавил я — При разговоре… Чтобы он тебе мозги не запудрил. И если что, подстрахую.

— И я! — Влезла в разговор Маша. И в этот раз только упрямо вскинула голову под нашими взглядами — А что? Я имею право знать, что происходит! Меня дважды чуть не сожрали!

— Согласен… — Кивнул я.

— Журналистка? — Сказал, как выплюнул, Макаров — С секретными сведениями? Серьезно?

Впрочем, долго спор не затянулся. И вскоре, мы покинули квартиру куратора. Забрав по пути домик домового.

И, честно говоря, я не был уверен, что мы все сделали правильно. Вот только, ничего умнее мне в голову не пришло. Не убивать же его, в самом деле? Чем я тогда буду отличаться от Скворцова? Тот и то пакостит, и пытается работать чужими руками, но сам не напал ни разу. Пока…

— Алене не рассказывай. — Уже в машине попросил я Машу — Ей волноваться нельзя.

— А сейчас она не волнуется?

— Волнуется… — Вздохнул я, и махнув рукой, тронул машину с места. Бросив напоследок взгляд наверх, туда где темнело окно куратора. И на секунду мне даже показалось, что тень, замершая там, раздвоилась… Но моргнув, я не увидел уже никого.

— Ты чего? — Перегнувшись через меня, выглянула Маша наверх.

— Ничего. Показалось…