Когда ложится в душу тень,

И мрак меня объять готов,

И вижу я могилы сень

На месте парков и дворцов,

Не говори: то мрачный сон,

Не повторяй с улыбкой мне,

Что мир мой радости лишен,

Но радость есть – она вовне.

Я раньше думала, как ты,

Но лжива эта мысль была,

Здесь – истина, а там – мечты:

Не сплю я – а тогда спала.

Я, помню, видела закат,

Тогда заворожил мне взор

Оттенков цвета дивный лад:

Искристый облачный убор

Зарделся алым, а под ним

Вздымалась зелени волна

И дивным чисто-голубым

Была вся даль напоена.

Мне всех оттенков не назвать

И не вложить их яркость в стих.

Но краски стали увядать,

И что осталось после них?

Лишь тусклых облаков исход,

Весь их заёмный свет угас,

Померк лазурный небосвод,

Что так недавно тешил нас.

Вот так в расцвете юных лет

Жизнь блещет радостным огнем,

Но гаснет этот ложный свет,

И истину мы познаём.

Так в чем винить мой острый взгляд,

Прозреть способный беды все ж

Сквозь лестный красочный наряд,

В который обрядилась ложь?

С улыбкой молодая мать

В родную колыбель глядит,

Ей слез восторга не унять,

Любовь горит в ее груди.

Мечтательница! Ждут тебя

Труды, страданья, мук юдоль,

И скоро ты поймешь, скорбя,

Что счастье превратилось в боль.

К тому, каков земной удел,

Глаз материнский ныне слеп,

Но всем положен тот предел:

Последний вздох, могильный склеп.

В зените неги и любви

Не знает юная чета:

Когда угаснет жар в крови,

Ждет холод их и пустота.

Пусть им удастся сохранить

Любовь и Веру (жизни суть),

Пусть свяжет их надежды нить

И облегчит им трудный путь,

Но Смерть прервет их дивный сон,

Навеки разлучит сердца,

Один услышит тяжкий стон

Неотвратимого конца,

Увидит ужас смертных мук

Единственной души родной,

Родного сердца стихнет стук

Под хладной гробовой плитой.

И как терпеть ему тогда

Бесцельной жизни тяжкий гнет,

Где дней тоскливых череда

Лишь боль и тлен с собой несет?

Да, юность обращает слух

К тому, что Опыт говорит,

Но сколь силен Сомнений дух,

Пока Надежды жар горит!

Вещает Опыт: «Счастья свет

Угаснет в сумраке потерь»,

Надежда же твердит в ответ:

«Нет, все не так – не верь, не верь!»

А Опыт снова о своем:

«Не внемли! Юным был и я

И слышал от нее о том,

Сколь близко радость бытия».

Я помню – рано по весне

Сжигала стужа мир дотла,

Надежда же внушала мне:

Уже недолго ждать тепла.

Я помню, как ярился шквал,

Терзая землю каждый миг,

Дождь никогда не утихал,

И не являлся солнца лик.

Она ж твердила: летний луч

Прогонит сонмы грозных туч,

Спасет от темноты,

И будет ветер дуть едва,

Под ним зашелестит листва

И зацветут цветы.

Тот срок настал – палящий зной

Меня окутал пеленой,

Умолкли трели птиц,

Леса засохли и поля,

И, о былой весне моля,

Природа пала ниц.

Надежда ж снова: «Пережди

Жару, ведь осень впереди,

Дождись ее наград:

Той свежести и чистоты,

О коих так мечтала ты,

Ее плодов, услад».

Ждала я долго – но зазря:

В студеной дымке октября

Истаял летний жар.

Цветенье обратилось вспять,

Природа стала увядать,

Былых лишившись чар.

И вот крепчают холода,

Лес гол – я поняла тогда:

Надежда – только сон.

Не слушай, юность, этот глас,

Пусть он и сладостен подчас,

Но ложью начинен.

Пророк суровый, смолкни! Ведь

Твоим словам не одолеть

Стремлений страстных пыл.

Пусть радость плещет и горит,

Пусть жизнь подольше не смирит

Биенья юных крыл!

Пусть юность помнит: путь земной

Конечен – ждет нас мир иной

Там, на краю небес.

Но свет надежды иногда

В нужде доходит к нам сюда,

Не дай, чтоб он исчез!

Надежда ласково твердит,

Что всем нам к счастью путь открыт,

Не верь в ее урок.

Бывает радость нам дана,

Но ненадолго, не сполна,

И краток светлый срок.

И все же средь трудов и бед

Все теплится надежды свет,

Хоть темный сонм забот

Мучений насылает шквал,

Каких Господь не насылал

И сердце не снесет.

Но коль тебя поверг во прах

Не шквал забот, а смутный страх,

За то себя кори.

Не отягчай свой груз земной

И помни, что сквозь мрак ночной

Пробьется луч зари.

Да, тяжко, трудно нам идти,

Так что же – не нужна в пути

Нам жаворонка трель?

Достойно ли топтать цветы

Лишь потому, что знаешь ты:

Их заметет метель?

Не замечать прекрасный лес,

Коль дальше – пустоши тоска,

Не видеть чистоты небес,

Коль набегают облака?

Нет! Нужно на стезе земной

Улыбку каждую ценить,

И в зимний хлад, и в летний зной

Надежду в памяти хранить.

И пусть предвечная река

Нас встретит у конца пути,

Не дрогнет путника рука:

Он должен реку перейти!

Река бездонна, холодна,

Но ждет за ней блаженный брег:

Очнувшись от земного сна,

Ты счастье обретешь навек!