Стою перед зеркалом в пеньюаре жемчужного оттенка и тщательно изучаю свое отражение. Все еще упругая грудь, талия на месте, соблазнительные бедра. Тонкая кружевная ткань струится по телу, облегая каждый изгиб. Кожа едва заметно блестит — я только что после душа, специально использовала такой гель.

Я стою босиком на пушистом кремовом ковре. От торшера с мягким абажуром исходит теплый оранжевый свет. Из-за него даже заснеженная улица кажется уютной.

Я хорошо выгляжу в этом свете. Да, он приглушен, но и мне не семнадцать. В феврале уже тридцать пять.

Мы с Сергеем так давно не ходили на свидания… Я и не помню, когда в последний раз мы просто были вдвоем, расслабленные, никуда не спешили… занимались любовью, а потом просто лежали в постели и слушали музыку, как в начале знакомства. Я даже немного волнуюсь. Поэтому у меня в руке бокал с красным вином.

Честно говоря, я и с собой на свидания давно не ходила.

Включаю “I Close My Eyes” Shivaree и, отставив бокал на туалетный столик, медленно танцую перед зеркалом. Провожу подушечками пальцев по контуру лица, гипнотизируя свое отражение, плавно и чувственно покачиваю бедрами — намного медленнее, чем звучит музыка — я будто дразню ее. А на самом деле дразню себя — во мне пробуждается сладкое предвкушение.

Ласкаю прохладными пальцами предплечья, шею, скулы. Кружевная ткань скользит по коже в ответ на каждое движение, оставляя приятное ощущение. Очень приятное…

А что, если немного зажечь себя к приходу Сергея? Он наверняка вернется уставший, на долгую прелюдию у него просто не будет сил.

Прикусывая губу, легким движением пальцев сбрасываю с плеча тонкую бретель. Почти невесомо касаюсь ключиц, ласкаю грудь через нежную ткань, чувствуя, как зарождается возбуждение. Вино помогло мне расслабиться. Может, еще глоток?..

Терпкий пряный вкус с нотками гвоздики играет на языке. Медленно облизываю губы. Валик прав, это очень притягивает внимание…

В двери поворачивается ключ. На цыпочках лечу в коридор и замираю в соблазнительной позе: изящно прогибаюсь в пояснице, колено выставляю вперед.

Сергей распахивает дверь, останавливается на мне взглядом — и у него от изумления приподнимаются брови.

— Обалдеть! — с восторгом произносит он и мельком оглядывается. — А если бы соседи шли мимо?

— Был бы и им сюрприз, — тихо говорю я, прижимаясь губами к его губам.

Снег на воротнике окропляет мою разгоряченную кожу — сейчас это даже приятно.

Сердце бьется чуть сильнее, пока мы целуемся, — тепло и нежно. Не настолько страстно, чтобы тотчас же оказаться в постели, как я фантазировала, но это мелочи. Он после тяжелой смены, а я последний час развлекалась перед зеркалом с бокалом вина.

Помогаю ему снять куртку и приглашаю на кухню. На столе легкие закуски — тарелка с тонкими ломтиками прошутто, сыром и оливками, рядом — пиала с миндалем.

— Ужин в духовке, но он будет после основного блюда, — игривым тоном произношу я и протягиваю Сергею бокал с вином.

— Сегодня же не те дни, — говорит он, и от этих слов что-то болезненно, тонко, будто иголкой, колет в солнечном сплетении.

— Ну и что? — мягко спрашиваю я. — Мы же занимаемся любовью не только для продолжения рода?

— Конечно, нет, — устало, но ласково говорит он и целует тыльную сторону моей ладони. — За что пьем?

— За тебя, — отвечаю я.

— Нет. Давай за нас.

Пригубив вино, мы садимся за стол.

Сергей, наконец, расслабляется. Расстегивает верхние пуговицы рубашки, откидывается на спинку стула. И… зевает.

Я выбрала не тот вечер для романтического свидания. Совершенно не тот…

— Прости, я дико устал. — Сергей трет пальцами веки. — Срочное удаление аппендикса. Как только я до него добрался, он буквально лопнул у меня в руках. И все затянулось на два часа. Хорошо еще, что все хорошо закончилось.

— Мне очень жаль, что так получилось… Пожалуй, я отменю основное блюдо, — говорю как можно спокойнее, но и сама слышу, что в голосе проскальзывает горечь. После тяжелой операции смены ему нужны забота и поддержка, а я только создаю дополнительные сложности.

— Нет, ты что! — спохватывается Сергей. — Какой мужчина откажется от секса с такой женщиной?! Мне просто нужно немного времени, чтобы прийти в себя. — Он тянется за прошутто. — Расскажи, как у тебя дела? Как твой сложный клиент?

Я делаю большой глоток вина.

— Проще не становится, — признаюсь я. Надо было сказать: “Все хорошо”, но у нас с Сергеем давняя привычка не лгать друг другу.

Он ставит локти на стол и внимательно заглядывает мне в глаза.

— Что это значит?

Я обнимаю себя за плечи. Не думала, что сегодня вечером в пеньюаре, с бокалом вина, буду обсуждать с мужем Валика.

— Он открывается, только когда я его провоцирую.

— И что в этом такого? — спрашивает Сергей, допивая вино в бокале.

“Его опасно провоцировать — у него никаких ограничений”, — отвечаю я про себя, а вслух произношу: