Глава 25 Пришла беда, откуда не ждали…

«…Утром 15 апреля 2021 года девятиклассник из Орехово-Зуева Вадим Кузнецов собрал портфель, сказал маме, что идет в школу, и вышел из дома. Домой с тех пор он так и не вернулся. Путь мальчика впоследствии удалось восстановить по показаниям свидетелей и записям с видеокамер наблюдения. Из дома он отправился в городскую библиотеку Ликино-Дулева, заказал роман Лермонтова „Герой нашего времени“.

«Сотрудники библиотеки сообщили сыну, что, как новенькому, ему нужно заполнить читательский формуляр, — рассказывала мать мальчика Юлия Кузнецова. — Но Вадим, по их словам, не мог назвать свой адрес и сказать, сколько ему лет. Он ушел, так и не получив книгу, которую просил».

Далее, по словам свидетелей, мальчик зашел в супермаркет и попросил зарядку от телефона. Нужного провода не нашлось, зато сотрудники, по словам матери, предложили Вадиму таблетку обезболивающего — по их словам, мальчик во время визита в магазин держался за голову, его лицо было искажено гримасой боли.

В дальнейшем видеокамеры зафиксировали, как Вадим ранним утром садится в маршрутку до Орехово-Зуева, потом — как он идет по пешеходному мосту. Последняя фиксация камерой — днем 16 апреля на улице Пригородной. С того момента подросток пропал навсегда…»

(По материалам СМИ планеты Земля)

Извините, конечно, но из песни слова не выкинешь.

Имелся в моем боевом дежурстве в шаре один… физиологический нюанс.

Шары-то эти не под человека делались, а неизвестно под кого. Вот поэтому в них ничего похожего на туалет и не было.

Приходилось мне до ветра выходить. Причем, в прямом смысле этого слова. В местной природе начался какой-то ветреный сезон. Дуло и дуло, просто с ног сносило, особенно когда на корточках сидишь.

Песок этот ветер с места на место сметал, в глаза лез, из ушей его приходилось вытряхивать. Не говоря уж о том, что рот тоже за пределами шара нужно на замке держать.

Ещё и пищевые брикеты… Не очень качественные и людской пищеварительной системе пользы не приносящие. Мыло — что на вид, что на вкус.

Что? Опять?

Я скинул лесенку из входа в шар и не хуже африканской обезьяны заперебирал руками.

Вниз.

Вниз.

Вниз.

Скорее…

Скорее!!!

Срать да родить — нельзя погодить…

Это — народная мудрость, веками проверенная.

Уф… Успел!

А это что такое?

Что-то как бы овоидное, немного сголуба. Бледно-голубое, если современным языком сказать. Сголуба — так моя бабушка говорит. Она часто устаревшие слова использует — сголуба, сжелта, сузелена, сукрасна. Уральский у неё говорок. Это уже мама так про бабушку говорит. Мама — не с Урала. Она — вятская. Там тоже своих словечек хватает.

Это что-то ветер из песка выдул, обнажил. Ещё утром на этом месте ничего такого не было.

Это что-то было явно металлическим. Для места, где я сейчас находился, совсем не характерным.

Так! А вот ещё одна такая штука из песка торчит!

Ещё одна!

Ещё!

Да их тут много!

Это, наверное, механоиды и есть!

Меня даже пот пробил.

Почему же на экране ничего не появлялось?! Они — здесь, а мне никакого сигнала не было!

— Дундук! — выругал я сам себя.

Они же все уже уничтоженные. Судя по всему, это когда-то было здесь их нападение, при котором их и не пропустили. Кто-то до меня в шаре сидел и их расстрелял.

— Нет, так и заикой сделаться недолго! — продолжил я говорить, хотя и рядом никого не было. В последние дни я частенько сам с собой разговаривал при отсутствии иных собеседников.

Я подошел к ближайшему из механоидов. Поверхность его была не гладкой, а как бы состоящей из отдельных сегментов. Причем, подогнаны они были друг к другу не очень хорошо. Кто их собирал, большим умение не отличался, всё тяп на обляп делал.

Какие-то штырики и трубочки ещё наружу из яйцевидных железяк торчали.

Колесиков и гусениц у механоидов не наблюдались. Скорее всего, они, как и гравиплатформа в воздухе летали.

— Да, дела… — непроизвольно вырвалось у меня.

Поглядывая время от времени на экран пульта управления я продолжил осмотр своих находок. Все они были одинаковы. Отличались только степенью распотрошенности. Какие-то были на вид целенькими, а у одного даже внутренности видны и наблюдаемы. Что удивило меня, там, внутри у механизма находились тусклые желтенькие шестеренки, пружинки, валики… Как-то не вязались они со всем меня окружающим. Местная техника, пусть и неухоженная, обшарпанная, но была совсем другого уровня. Тут же — какой-то наш девятнадцатый век. Но! Как-то этот яйцевидный агрегат летал!

Тут я чуть и не попался.

Из-за ветра было что-то другое плохо слышно, но краем уха я всё же за спиной уловил лязганье.

Мать моя!

Одна из железяк, к ней я уже подходил, не лежала, а висела над песком! Она ещё и трансформировалась!

Теперь из её торчали две суставчатые клешни. Ещё и направлены они были в моём направлении.

— Э! Не надо!

Я начал пятиться.

Механоид качнулся в воздухе. Опять лязгнул.

Одна из его клешней втянулась в его яйцевидное тело.

— Во, во. Так и продолжай! — одобрил я его действие. — Втягивай вторую и на песочек ложись.

Не понял он меня…

Вместо клешни из висящего в воздухе яйца появилось опять что-то суставчатое, но уже увенчанное вращающейся дисковой пилой.