Совет от автора: читаем эту главу под песню Satisfaction.
Рома
Дверь распахивается, и пакет попкорна чуть не выпадает у меня из рук. Я зависаю. Просто тупо зависаю, разглядывая во все глаза Киру в этом порочном купальнике. Он сидит на ней как влитой. Треугольники верха едва прикрывают грудь. Через тонкую ткань чашечек выпирают соски. Круглые, как горошины. Мой рот моментально наполняется слюной от желания попробовать их на вкус.
Сглотнув, смотрю ниже — на идеальное тело Киры. Такое, как я всегда представлял. Я миллион раз раздевал Власову глазами, а моя фантазия дорисовывала, что там у нее под одеждой. Именно так я и представлял себе ее тело — упругое, подтянутое, без единой лишней складочки. В пупке пирсинг — это немного неожиданно. Но мне нравится. Там какой-то цветочек с камушками.
И наконец я смотрю на низ купальника. Мое дыхание моментально учащается. Потому что ткань почти ничего не скрывает. Там у Киры ни единого волоска. Рот снова наполняется густой слюной.
— Проходи, садись, — голос Киры выдергивает меня из наваждения. Я поднимаю взгляд на ее лицо. Власова собрала темно-русые волосы в пучок. Лебединая шея ничем не прикрыта. Я разглядываю тонкую нежную кожу. Руки ломит — так хочу провести по ней ладонями.
Я глубоко втягиваю воздух, уже жалея, что попросил Киру о тренировке в купальнике. Я хотел побесить ее, позлить, в конце концов отвлечь от измены мудака Максима. А в итоге, кажется, только себе хуже сделал.
Я плетусь к дивану, словно кирпичом по башке пришибленный. Сажусь и сразу опускаю на пах пакет с попкорном. Потому что мой член стремительно наливается кровью, и это будет заметно даже через плотные джинсы. Не хочу, чтобы Власова видела. А то будет ей дополнительный повод издеваться надо мной.
— Тренировка будет под песню, — деловито объявляет.
Отлично. Так хоть не будет слышно мое тяжелое свистящее дыхание.
Она бьет пальцем по экрану мобильного телефона‚ кладет его на комод у двери и выходит в центр комнаты. Через секунду начинают играть смутно знакомые аккорды. А еще через секунду начинается текст:
Push me and then just touch me
Till I can get my satisfaction
(перевод: Трахай меня, а затем просто прикасайся ко мне, Пока я не получу удовлетворение)
Блядь...
Ну конечно я знаю эту песню!
Смотреть на Киру под этот текст становится невозможно. Потому что она вытворяет такое... Делает мостик и перекидывает назад через себя ноги. Выпрямляется, становится ко мне лицом и принимается опускаться на шпагат. Но не просто быстро садится. А делает это плавно и медленно. На десять сантиметров опустится вниз, затем на пять поднимется вверх, снова на десять вниз и на пять вверх. Таким образом получается... Ну, как бы поза «Наездница».
Push me and then just touch me
Till I can get my satisfaction, satisfaction, satisfaction
Кира неотрывно смотрит на меня. Ее лицо непроницаемо, не выражает никаких эмоций. Неужели она даже не стесняется, не нервничает? Я ведь ей, по сути, чужой, незнакомый. Она так легко передо мной разделась и фактически танцует стриптиз?
У меня плавится мозг и дымятся штаны. Пакет с попкорном поднялся вверх из-за моего вставшего члена. Он сейчас порвет ширинку джинс. Его так нещадно ломит, что он сейчас взорвется. От боли в паху выть и скулить хочется. Аж горло стягивает.
Пока я варюсь в этом адовом котле, Кира вытворяет безобразие со шпагатом. Почему она не может быстро опуститься на него по-человечески? Зачем она имитирует позу наездницы? Мне жарко, я не могу вдохнуть. Тело покрылось испариной. Член пульсирует как не в себе.
Push me and then just touch me
Till I can get my satisfaction, satisfaction, satisfaction
Кира почти опустилась до пола. Ей остаются какие-то считанные сантиметры, и она просто принимается прыгать быстро-быстро ровно под слова в песне:
Push, push, push, push
Push, push, push, push
Наконец-то она полностью садится на шпагат! Я сглатываю. Надеюсь, теперь будет полегче. Когда эта гребанная песня закончится? Из шпагата Кира подается корпусом вперед и делает кувырок через голову. Поднимается на ноги, затем демонстрирует мне колесо, а сразу после него сальто в воздухе.
Push me and then just touch me
Till I can get my satisfaction, satisfaction, satisfaction
Я перевожу дыхание. Но тут же понимаю, что рано. Кира снова начинает делать мостик, но не быстро на него становится, как в первый раз, а по-издевательски, как со шпагатом. Стоя ко мне в профиль, Кира постепенно отклоняется назад, дергая грудью. Круглые полушария подпрыгивают вверх-вниз.
Satisfaction, satisfaction
Satisfaction, satisfaction
Satisfaction, satisfaction
Satisfaction, satisfaction
Яйца гудят, в паху невыносимо ломит. Черт, она делает мостик еще медленнее, чем шпагат.
Push me and then just touch me
Till I can get my satisfaction
Push me and then just touch me
Till I can get my satisfaction
Я теряю бдительность, и пакет с попкорном валится на пол. Воздушная кукуруза рассыпается по паркету. Мне больше нечем прикрывать мой стоящий колом член. Он реально торчит через джинсы. Торчит и нестерпимо болит. Еще никогда в жизни мой член так не болел от желания.
Я хочу Киру. Я хочу трахать ее до искр из глаз. Хочу обкончать ее всю. Все ее идеальное подтянутое упругое гимнастическое тело. Я делаю большую ошибку: я начинаю это представлять. Представляю, как Кира абсолютно голая стонет подо мной.
Push me and then just touch me
Till I can get my satisfaction
Кира полностью становится на мостик, но еще продолжает дергать грудью вверх-вниз. Я гляжу, как завороженный, представляя, что это она подо мной так извивается и трясется.
Push me and then just touch me
Till I can get my satisfaction
Песня затихает. Кира замирает в позе мостика. А я?
А я, блядь, кончаю. Член извергает сперму как бешеный. Впервые в жизни я кончил, не сняв штаны и не притронувшись к члену.
Глава 32. Сексуальная
Рома
В гробовой тишине чердака слышно только наше надрывное дыхание. Кирино — после так называемой тренировки (а на самом деле откровенного стриптиза). И мое — как после умопомрачительного секса. В трусах мокро и липко. Я с ужасом думаю, что сейчас сперма намочит джинсы в районе паха, и Кира все поймет.
— Кхм, неплохо, — говорю, чтобы сказать хоть что-то.
Кира садится на полу и смотрит на меня. Грудь вздымается быстро-быстро. Я зачем-то залипаю на эту картину и... Чувствую, как мой член снова встает. Блядь. Я хочу Киру. Реально хочу. Она супер-мега-сексуальная. И самая красивая. Вот прямо сейчас бы трахнул.
— Я исполнила твое желание, — заявляет уверенно. — Ты не ставил условий по продолжительности тренировки, так что будем считать, что она завершилась вместе с песней.
— Ага.
Я больше не вынесу смотреть, как Кира исполняет все эти трюки. Меня инфаркт хватит. Так что совершенно точно тренировка закончилась вместе с песней.
— Ты рассыпал попкорн! Убери за собой!
— Сама убери. Это мое желание.
Я хватаю с пола пустой пакет от воздушной кукурузы и, держа его в районе паха, встаю с дивана.
— Ну ладно. Я пошел. Пока.
Надо поскорее отсюда убираться. Если я продолжу смотреть на Киру в купальнике, то кончу в штаны еще раз.
Выйдя за дверь чердака, перевожу дыхание. Но нормально прийти в себя получается только в душе под прохладной водой. О Кире стараюсь не думать, потому что при малейшей мысли о ней член встает колом. Такого у меня еще не было — чтобы только подумал о девушке, и сразу член вставал. Да что со мной такое?
Да, Кира красивая, давно мне нравится, у нее охуеннное тело, но, блядь, не до такой же степени, чтобы член взбесился, как у девственника, который впервые увидел порнуху. У меня такого стояка не было даже с теми блондинками в новогоднюю ночь, с которыми я собирался замутить тройничок.
Переодеваясь в свежую одежду в своей комнате, слышу, как дом наполняется голосами друзей. Вернулись со склона. Слава Богу. Хоть отвлекусь от Власовой. Надеюсь, она просидит весь вечер на чердаке и не выйдет. Не хочу больше сегодня ее видеть. А до завтра, надеюсь, мой член успокоится.
Я выхожу из комнаты и тут же натыкаюсь на поднимающуюся по лестнице Виолетту.
— Привет, Ром! — улыбается мне. — А почему ты сегодня с нами не поехал?
Виолетта. Точно. Я же собирался замутить с ней в этом отпуске. Смотрю на ее черные волосы, голубые глаза и пухлые розовые губы. Виолетта невысокая, мне по плечо. Но стройная и фигуристая. У нее красивая улыбка и от нее очень приятно пахнет. Чем-то цветочным. А еще я ей интересен, она не раз давала это понять. В самолете по дороге сюда я твердо решил замутить с ней курортный роман. Возможно, с продолжением в Москве. А может, и без него. Так почему же сейчас, глядя на румяную после мороза Виолетту, мой член вообще не реагирует? Как будто впал в спячку.
Эй, дружок, очнись! Тут перед тобой классная девчонка. Все при ней — и сиськи, и задница, и фигура. Я усилием воли заставляю свой член встать, но он висит как сдутый шарик.
— Ром, с тобой все хорошо?
— Д-да... Как покатались?
— Классно. Погода сегодня отличная: легкий мороз и солнце. Тебя не хватало. Почему не поехал с нами?
— Да у меня дела в Сочи были... Завтра поеду на склон.
— Мы с ребятами по дороге домой подумали, а не завалиться ли нам всем сегодня в ночной клуб? Ты как на это смотришь?
Ночной клуб? Отличная идея. Кира останется спать на чердаке, а я от нее отвлекусь.
— Я бы с удовольствием поехал.
Виолетта расплывается в такой счастливой улыбке‚ как будто выиграла в лотерею миллион.
— Отлично!
— Я пойду вниз к ребятам. Ты тоже приходи.
— Да, я только переоденусь.
Я спускаюсь на первый этаж. Захожу на кухню. Здесь Артур, Демид, Влада и Ульяна. Кухонный остров заставлен пакетами с готовой кулинарией из супермаркета. Девушки достают контейнеры с едой и перекладывают все на тарелки. Артур и Демид стоят у кофемашины в ожидании, когда она приготовит напитки.
Подхожу к парням, жму им руки. Пытаюсь влиться в их разговор о хоккее. Я не хоккеист, в отличие от них, поэтому сказать мне особо нечего. Но слушаю с умным видом и поддакиваю. Упорно стараюсь не думать о Кире и не вспоминать, как она исполняла мое желание. У меня даже почти получается, как вдруг слышу за спиной ее голос:
— Всем привет!
Я совершаю ошибку. Оборачиваюсь. Кира в черных леггинсах и свободной белой футболке. Одного взгляда на нее достаточно, чтобы член дернулся. Сука! Почему мой член меня не слушается?
— Привет! — тут же здоровается с ней Влада. — А мы сегодня в ночной клуб собираемся. Поедешь с нами?
Нет, нет, нет, пожалуйста! Пусть Кира откажется! Пусть она останется на чердаке страдать по Максиму!
— Поеду, — заявляет.
Ну еб твою мать...