Я иду в семь часов к соседям. Полдня сомневалась, делать ли это, но в итоге решилась. Говорю себе, что для встречи с Владой, но в глубине души понимаю правду: потому что меня пригласил Рома. По какой-то причине мне сложно не воспользоваться его приглашением. Позови меня Артур или даже сама Влада, я бы, может, не пошла, найдя другие более важные дела. Но меня настоятельно пригласил Рома, и я словно слепой котенок иду на его зов.

Я не говорю друзьям, что отправляюсь к соседям. Ложь, на которую я иду осознанно. Потому что Максим будет против, а Вика наоборот будет проситься со мной. В Сочи живет двоюродная сестра моей мамы, и я вру друзьям, что поеду к ней в гости. И Вика, и Максим знают про мою тетю из Сочи, поэтому ложь не вызывает у них подозрений.

Я одеваюсь в пуховик и угги, вешаю на плечо сумку и говорю друзьям, что тетя подберет меня на перекрестке в конце улицы. А выйдя за калитку, я быстро пересекаю узкую улочку и скрываюсь во дворе соседей. Надеюсь, высокие кирпичные заборы скрыли мой маленький побег.

В предбаннике перед входом в дом стоит большой шкаф-купе для верхней одежды. Там же на нижней полке одноразовые тапочки в упаковке. Я снимаю пуховик, оставляю сумку, достав из нее только телефон, и переобуваюсь. Вешаю свою одежду рядом с темно-синей паркой Самохина. Не специально, просто она последняя с краю.

Открываю дверь и с опаской захожу в большую светлую гостиную. В комнате никого нет. На стене работает огромная плазма, под ней электрический камин. Три массивных серых дивана, расставленных буквой П, выдают, что недавно кто-то с комфортом на них сидел или даже лежал: декоративные подушки разбросаны, а пустая кружка с долькой лимона приставлена к подлокотнику. Гостиная соседей больше нашей. Здесь метров двадцать пять, не меньше. Обеденный стол человек на десять покрыт идеально чистой белой скатертью и стоит между диванами и плазмой.

Я слышу голоса из глубины коридора. Иду туда.

— Всем привет! — произношу с нервной улыбкой, заходя на кухню.

Здесь Влада, Юля, Артур и Рома.

— Привет! — восклицает Влада. Она выключает кран в мойке, наспех вытирает руки полотенцем и бежит меня обнять. — Как хорошо, что ты пришла! А мы собираемся смотреть ужастик с попкорном и чипсами. Будешь с нами?

Я не успеваю согласиться, потому что за меня отвечает Рома:

— Нет, я Кире другое кино покажу. Более интересное.

Вопросительно гляжу на Самохина. Он в серых спортивных штанах и белой футболке небрежно привалился к небольшому кухонному острову. В руках у него прозрачный стакан с пивом. Он отпивает из него, глядя на меня.

— Что за кино? — озвучивает мой вопрос Юля.

Она сидит за тем же кухонным островом на высоком барном стуле рядом со своим Артуром. Перед ними несколько пачек чипсов и две большие миски с попкорном.

— У нас с Кирой приватный сеанс только для двоих.

Артур начинает громко смеяться.

— Самохин, что за бред ты выдумал? — не выдерживаю. — Зачем ты меня позвал?

— Ладно, если серьезно, я хочу кое-что тебе показать. Это очень важно.

Хмурю брови. Я думала, Рома пригласил меня в гости просто так, посидеть с ними, выпить, посмотреть тот же ужастик.

— Ну хорошо, покажи, — нехотя соглашаюсь.

Меня начало точить неприятное предчувствие. Мы с Ромой, считай, познакомились всего несколько дней назад, а он уже хочет показать мне что-то наедине. Может, это как-то связано с нашими родителями? Тогда ладно.

— Будешь чай или кофе? — участливо спрашивает меня Влада.

Киваю.

— Да, можно чай. Спасибо.

Я прохожу к кухонному острову и залезаю на барный стул напротив Юли и Артура. Юля держит своего парня под руку. Вежливо улыбается мне. Кажется, она стала чуть добрее. Может, наконец-то перестала подозревать меня в том, что я имею виды на ее парня? А то, мне кажется, Юля всех новых девушек в этом подозревает.

— А где остальные ребята? — спрашиваю, чтобы спросить хоть что-то.

Пока Влада суетится с завариванием чая, не хочется сидеть в неловкой тишине.

— Кто-то отдыхает в своих комнатах, кто-то отправился на прогулку, — отвечает мне Юля. — У вас дом такой же, как наш? Снаружи они очень похожи.

— Ну, я пока у вас тут все не видела, но гостиная у вас больше, — оглядываю кухню. — И кухня, наверное, тоже. А еще у вас ремонт, мебель и техника лучше.

Кухонный гарнитур у соседей точно моднее нашего. Даже блендер вон стоит. И кофемашина встроенная. У нас нет ни того, ни другого. Пьем растворимый кофе.

— Знаешь, а мне кажется, я видела фотографии вашего дома, — продолжает Юля. — Когда мы искали коттедж, я просмотрела десятки вариантов. И, мне кажется, один из них был вашим. Но не помню, почему отказалась от него.

— Наверное, потому что он не такой гламурный, как ваш, — смеюсь.

— Мы не ориентировались на гламур.

Да неужели? Артур Градов с личным самолетом будет жить без кофемашины? Не думаю. Но вслух это не говорю.

— Артур, а почему мы не взяли тот коттедж с бассейном?

— Не знаю. Не помню.

— Короче, — Юля обращается ко мне. — Тут был коттедж с бассейном. Я так его хотела! Но мы почему-то протупили, не забронировали его вовремя, а когда я потом зашла, он уже оказался занят.

— Чай готов, — Влада ставит на остров рядом с чипсами заварник. — Кто еще будет?

— Я буду, если можно, — просит Артур.

— У меня пиво, — говорит Рома.

— Я только что выпила кофе, пока не хочу, — отвечает Юля.

Влада приносит три кружки: для меня, себя и Артура. Когда она наливает чай Градову, он переводит на нее взгляд и внимательно смотрит.

— Ой, я пролила, — Влада нервно дернулась и натянулась струной. Ее щеки вспыхнули.

— Давай я, — осторожно забираю у нее из рук заварник.

Градов берет со стола телефон и разблокирует экран. Я наливаю чай себе и Владе, пока она пошла к мойке за тряпкой, чтобы протереть остров. У меня создается впечатление, что Владе стало не очень комфортно здесь находиться.

— Покажешь мне свою комнату? — прошу ее.

— Да, пойдем! — хватается за мою просьбу, как утопающий за соломинку.

— Я постучу к вам, когда ты будешь мне нужна, — говорит мне вслед Рома.

— Хорошо.

«Когда ты будешь мне нужна». Зачем я вообще ведусь на загадки Самохина?

Осторожно, стараясь не разлить горячий чай, мы с Владой поднимаемся на второй этаж. Здесь больше дверей, чем на втором этаже у нас. Влада доходит до конца коридора и открывает левую.

— Проходи, — зажигает свет.

Эта комната такая же, как спальня Димы и Светы. Здесь широкая двуспальная кровать, стены выкрашены в приятный бежевый цвет, а шкаф-купе для одежды занимает всю стену. Но нет балкона.

Влада опускается на кровать и ставит кружку на тумбочку.

— Ты в порядке? — спрашиваю, ставя свой чай на письменный стол. Выдвигаю стул и сажусь на него, чтобы быть напротив Влады.

— Да, все нормально. Устала только за день. Все тело болит.

— Ты раньше каталась на лыжах или сноуборде?

— Пару раз в Подмосковье. Мне далеко до профессионала.

— Но тебя не было сегодня на склоне для новичков.

— Это потому, что Юля потащила меня сразу на склон для опытных.

— И как?

— В целом, все получилось. Только пару раз упала. Не сильно.

Мне хочется сказать Владе что-то про то, что Артур странно рассматривал ее, когда она наливала ему чай, но я стесняюсь. Делаю маленький глоточек горячего напитка. Да и, возможно, мне просто показалось. Мы все находились на кухне, разговаривали и смотрели друг на друга. Я тоже смотрела и на Артура, и на Рому, и на Юлю. Ну а как иначе? Глаза себе завязать?

Мы начинаем обсуждать план на следующий день. Влада предлагает утром пойти с ней на склон для опытных, а во второй половине дня съездить погулять в Адлер. Я соглашаюсь, прикинув, что провести целый день на лыжах — это для меня перебор. Я не такая фанатка горнолыжного курорта. Наш разговор прерывает стук в дверь.

— Войдите! — громко говорит Влада.

Дверь открывается, и показывается темная голова Ромы.

— Кир, можно тебя на минутку?

Мне до сих пор так непривычно, когда Самохин называет меня по имени. Кивнув, встаю со стула и выхожу к Роме в коридор. В груди не на шутку разыгралось волнение. Плохое предчувствие сосет под ложечкой.

— Что за секреты, Самохин? — почему-то шепчу. Как будто сил не хватает, чтобы говорить громко.

— Слушай, ты должна кое-что увидеть. Это важно.

Мне становится еще страшнее от того, насколько Самохин серьезен. На его лице нет ни грамма насмешливости или иронии, которые были на кухне.

— Что-то случилось?

От бегущего по венам адреналина сердце начинает заходиться. Я опираюсь рукой о стену, потому что ноги внезапно ослабли.

— К сожалению, да.

— Родители?

— Нет-нет, — поспешно говорит. — Это не про наших родителей.

Мне становится чуточку легче. Медленно выдыхаю.

— А что тогда?

— Ты должна сама это увидеть.

Нервозность сменяется злостью.

— Хватит ходить вокруг да около. Говори уже.

— Ты должна увидеть это. Пойдем.

Рома берет меня за руку и ведет за собой по коридору. Это настолько неожиданно, что я забываю, как секунду назад злилась, а три секунды назад боялась. Ладонь Ромы теплая и мягкая. Я не выдергиваю руку, пока мы идем по коридору.

— Надо подняться на чердак, — говорит у лестницы, не выпуская моей ладони.

— Боже, — смеюсь. — У тебя приколы, как из подросткового летнего лагеря.

Ничего не говоря, Рома тянет меня наверх на третий этаж.

— У вас есть чердак, прикольно.

— У вас тоже есть.

— Разве? Я не видела.

Когда Максим проводил мне экскурсию по нашему дому, он ничего не говорил о чердаке. Да и наша лестница выше второго этажа не идет.

Мы поднимаемся на третий этаж, и Рома открывает единственную белую дверь. Прохожу внутрь и всматриваюсь в темноту.

— Включи свет, — прошу. — Ничего не видно.

Здесь пахнет чем-то старым и даже затхлым. Когда глаза привыкают к темноте, удается рассмотреть мягкий ковер на деревянном полу, диван и книжные стеллажи.

— Зачем мы сюда пришли? — поворачиваюсь к Роме. Он плотно закрыл за нами дверь. — И включи свет.

— Нет.

— Почему?

Рома молча делает ко мне шаг. От его серьезного и даже грустного взгляда мне снова становится не по себе.

— Самохин, что за дурацкие игры? Зачем ты меня сюда притащил?

— Кир, подойди к окну.

— Зачем?

Я поворачиваю голову назад и смотрю на окно. Оно большое. Присмотревшись, понимаю, что оно выходит ровно... на такое же окно третьего этажа нашего коттеджа. То есть, у нас все-таки есть чердак? Прикольно. И, кстати, в нашем окне третьего этажа горит свет.

— Кира, подойди к окну и посмотри в него, — повторяет Рома.

Теперь я без лишних вопросов и споров слушаюсь. Подхожу к окну, слегка отодвигаю в сторону прозрачную занавеску и смотрю ровно перед собой. А именно в окно чердака нашего коттеджа. Я несколько раз моргаю. Не верю собственным глазам.

Когда до мозга доходит, что Максим и Вика, занимающиеся сексом на нашем чердаке, — это не галлюцинация, а реальность, из груди вырывается громкий не то крик, не то вой, не то плач. За секунду до того, как упасть на пол, меня успевают подхватить сильные руки Ромы.