Почему человек такое странное существо, которое всегда хочет сделать все наоборот? Если у тебя кудряшки, хочется выпрямить волосы; если прямые – завить. Если требуют быть в розовом, нужно обязательно надеть черное или красное, зеленое, фиолетовое (главное, не то самое пресловутое розовое). С внезапно разыгравшейся аллергией на апельсины бесконечно хочется именно их, а если не переносишь шерсть, появляется невероятная жажда завести домашнего питомца, желательно кошку, персидскую.

В общем, запретный плод всегда сладок. А потому сейчас, когда я оказалась в вынужденном заточении и получила запрет на еду из ресторанов, хотелось именно этого: прогуляться и покушать чего-нибудь вредного, фастфудовского и чертовски калорийного. Вот бы так лелеять мысль о прогулке с утра, перед работой! Но не-е-ет, утром я мечтала только об одном: о здоровом сне. Дело в том, что рядом со Стасом я не высыпалась. Он вел себя приторно вежливо и скромно, как воспитанница института благородных девиц – а бывают такие заведения для парней? Мне при таком раскладе совсем не спалось, хотелось подползти поближе и совратить этого дьявола-искусителя, играющего роль милого ангелочка. Эй, он спал без рубашки! И организм поутру, как у любого здорового мужчины, реагировал весьма однозначно…

Вот только сам Стас был совсем не однозначен. Отодвигался от подползшей за ночь меня, кивал в знак «доброго утра» и удалялся в ванную. Ледяное спокойствие. Кладезь странных реакций.

Впрочем, кажется, именно поэтому он меня так привлекал.

Тяжело вздохнув, я закуталась в одеяло, чтобы лишний раз не щеголять в пижаме (в основе своей потому, что пижама сейчас на мне была не соблазнительная, а старенькая, мягкая и застиранная), и отправилась на промысел. Стас молча чистил картошку, устремив на нее хмурый взгляд. Казалось, уже от него несчастные клубни должны были задымиться и поджариться, но нет… несмотря на ярость во взгляде Стаса, ужин был на начальной стадии приготовления. А раз так, повара было решено не отвлекать. Пусть готовит, раз вызвался! К тому же с ножом мой телохранитель выглядит не только кровожадно, но и восхитительно соблазнительно.

Я сграбастала из вазочки несколько печенек, вновь огладила Стаса взглядом и ретировалась к себе в комнату… чтобы минут через десять этот шикарный мужчина вновь объявился на пороге.

– Регина, у нас немного поменялись планы, – возвестил он и замолчал. Надолго.

– На ужин будет не жареная картошка, а вареная? – съехидничала я, отрывая взгляд от экрана компьютера и побуждая Стаса продолжать.

– И это тоже, скорее всего, – абсолютно спокойно отреагировал он. Потом нахмурился и добавил: – Завтра мы уезжаем.

– Уезжаем? – рассеянно переспросила я, продолжая изучать фото в соцсетях: любимый с юности певец выкрасился и нарядился в розовую шубку, стал совсем похож на гламурного бомжа. Что время делает с людьми? Эх, а вот один режиссер, на которого я подписана, как всегда шикарен. Такого красавчика грех удалять из подписок.

Потом слова медленно дошли до мозга… и я выпалила:

– Что? Куда? С чего вдруг?

Нет, я бы с радостью свалила вместе со Стасом куда-нибудь в долгий тропический отпуск, но сомневаюсь, что он имеет в виду романтическое путешествие. Значит, «уезжаем» относится к другому. Только вот решения о наших передвижениях должна принимать я, а не он! Потому что я клиентка, а Стас – всего лишь телохранитель. Человек, который всюду должен таскаться за мной, не мешая личной жизни… если уж сам не желает ею стать.

По взгляду, которым меня одарили, стало ясно: все плохо.

– Официально – в командировку в Мурманск, – отозвался Станислав. – Вариант Сергея Всеволодовича.

– А места потеплей он найти не мог? – огрызнулась я.

Огрызнулась скорее для приличия, потому что на самом деле мысли в голове панически метались, стараясь все обдумать. Официально? Значит, есть вариант и неофициальный? То есть мы… мы скрываться будем? Так, что ли?

– Ну, в Мурманске сейчас довольно тепло, – с каменным выражением лица отозвался телохранитель, а потом вдруг проявил высшую степень эмоций: нахмурился, полностью подтверждая мои догадки. – Но это лишь официальная версия. Уедем мы в другое место, просто чтобы залечь на дно…

И Стас принялся объяснять, рассказывать о возможной опасности, о том, что идея на время залечь на дно довольно хороша, что он думал об этом уже несколько дней, решал, прикидывал; что зацепок пока слишком мало, а угрозы могут перейти во что-то пострашней – в другом городе будет безопасней. Мы скроемся, исчезнем из виду, а возможный преступник сможет себя проявить. Здесь или в Мурманске, где, оказывается, связи есть не только у Сержа, но и у «соколов». Угрозу устранят, и я смогу вернуться в тишину и спокойствие.

Звучало логично, но как-то… страшно. Не только и не столько от мыслей, что незнакомец (или незнакомка) с ядом и записками окончательно до меня доберется. Из-за осознания: если возможный преступник себя скомпрометирует, когда мы вернемся, здесь действительно будет спокойно. Абсолютно. Настолько, что мне не нужен будет телохранитель.

Это же хорошо, да?

Но сердце так отчаянно сжималось, что становилось не по себе. Я изучала лицо Стаса, пока он говорил, пока рассказывал, что уехать нам поможет какой-то его старый друг, что завтра мы как раз сначала наведаемся к нему, там окончательно обсудим план и выдвинемся в путь… Я запоминала каждую черточку, каждый миллиметр, каждое движение губ, глаз, каждый взмах ресниц. И старательно убеждала себя, что сердце так трепещет совсем не из-за того, что я больше никогда не увижу своего телохранителя, когда вся эта заварушка закончится (а ведь не увижу! Стоит признать, Стас – кремень, его чертовски сложно соблазнить, а уж если он сорвется с крючка… пиши пропало).

Нет, не в этом дело. Просто моему несчастному сердечку не хочется уезжать так скоро. Нужно хотя бы решить все вопросы, поговорить с Сержем, с Владом… Точно, нужно обязательно попрощаться с Владиком, раз уж, по мнению Стаса, в этом самом «другом городе» мне будет лучше особо не пользоваться соцсетями и мобильным телефоном!

– Пока что план примерно таков, я еще позвоню Тиму, чтобы обсудить все заранее, а не терять время завтра, – закончил Станислав. – Он, конечно, не из «соколов», зато человек точно проверенный.

В голосе его проскользнула странная интонация. Мой телохранитель то ли гордился этим «проверенным человеком», то ли, наоборот, не желал о нем даже говорить. Я внимательней вгляделась в его лицо, понимая: да, скорее уж первое.

– Так что лучше уже начать собирать сумку. Бери минимально, только самое необходимое и удобное, словно собираешься в командировку на неделю. А я пока все же займусь ужином.

– В командировку на неделю я беру с собой огромный чемодан, – усмехнулась я в ответ. – Но ужин – идея хорошая.

Стас покачал головой, поднялся с уголка моей кровати, собираясь уже уходить на кухню.

– Но… Стас, – окликнула его я. – Мне перед отъездом обязательно нужно встретиться с Владом, поговорить наедине.

Станислав замер в дверях, даже не обернувшись, спина его словно окаменела.

– Мы никуда не поедем, это опасно. – Голос телохранителя похолодел.

Ах, как бы я хотела помечтать, что это ревность. Но, увы, к Владу меня может ревновать только самый глупец. Кто ревнует к брату? Так что Стас явно столь неприятно отнесся к идее ехать куда подальше на ночь глядя.

– Я позвоню и попрошу приехать сюда, – ответила со вздохом, прикидывая, точно ли сводный брат сможет сегодня отвлечься от дел. В пятницу он вроде бы всегда свободен. – Нам просто нужно будет поговорить наедине. Ну, и он может привезти еды из ресторана. Нормальной, без яда! Сто процентов!

– Я уйду к себе сегодня, – самым ледяным тоном отозвалась спина Стаса. – То есть ужин не нужен?

– Да нет же, нужен! – тут же исправилась я. – И я не просила уходить, просто…

– Все отлично, я понял, Регина Денисовна.

Он вышел за дверь одним резким, слитным движением. Раз – и нет уже ледяного гвардейца в моей комнате, а дверь плотно закрыта за ним. Я застонала, хватаясь за голову. Черт, я реально имела в виду не это! Не хотела выгонять мужчину мечты, когда могла поспать рядом с ним последнюю ночь. Просто обязана была предупредить, что ненадолго мы с Владиком закроемся в спальне и поболтаем по душам под порцию роллов (надо потакать маленьким слабостям, если возможно, так что еду братец обязательно принесет). Вот и все! А потом Влад уйдет домой, а мы ляжем спать… вернее, уже Я лягу спать. Одна. Потому что телохранитель успешно переврал все слова и решил сбежать к себе.

И снова обратился ко мне по имени-отчеству.