Стас наблюдал за всем словно со стороны, словно нежная, убаюкивающая музыка давно ввела его в транс, тело движется само по себе, а сознание витает где-то в вышине.

Именно с высоты было прекрасно видно, как шевелились губы, когда он отвечал на вопросы Регины; как он смотрел на нее, очарованный непосредственностью и этими разговорами о желаниях; как девочка-катастрофа подалась вперед – не через столик, а чуть сбоку, через угол дивана – и коснулась его губ. А он ответил.

И в какой-то момент готов был наплевать и на субординацию (какая субординация? Правила «никаких отношений с клиентами» у них нет, потому что еще никто не додумывался на отношения со старичками, которых обычно охраняли), и на то, что девчонка, вообще-то, любовница крутого дядьки… Вдруг у дядьки есть еще и другая? Которая вполне могла сегодня поймать его с Региной. Не зря же клиентка выскочила минут через десять после того, как девушка с сумками зашла в квартиру. Да и туфли…

К тому же не зря Рассольцев хотел, чтобы телохранитель «играл из себя влюбленного». Какая-то причина должна быть!

Мысли неслись потоком, не задерживаясь надолго в голове. Зато на языке задерживался горьковатый вкус сирени и сливочный – губ девушки. И кровь вскипала, словно это был не простой поцелуй в кафе, а жаркое примирение после ссоры, когда вы готовы здесь же сорвать друг с друга одежду и заняться любовью. Чистая, неприкрытая, обжигающая страсть.

А потом зазвонил телефон. Раздражающая мелодия, от которой Регина вздрогнула и отстранилась, а у Вероцкого пульс застучал в висках. В голове еще гудело, а тело окутывало приятное возбуждение…

– Эй, зайчонок, может, все же вернешься и насладишься обещанным десертом? – раздался в трубке бархатистый мужской голос.

В следующее мгновение Регина отодвинулась еще дальше, зажимая телефон между плечом и ухом и упорно роясь в сумочке. Из трубки вновь послышался голос, только теперь уже Стас не мог разобрать слов, клиентка промурлыкала что-то в ответ – честно, он даже не пытался прислушаться. Взгляд на него она не поднимала, зато достала-таки из сумочки зеркальце и помаду и принялась поправлять макияж. Спокойно, бесстрастно и очень-очень медленно, щебеча в это время что-то в ответ своему любовнику.

– Спасибо, мне сегодня на всю жизнь хватило удовольствия, обойдусь без парочки дополнительных оргазмов, – услышал Стас и пожалел, что вообще заставил себя вслушаться.

Нежный голос, мечтательная улыбка, губы, легко коснувшиеся края кофейной чашки, облизнувший пенку кончик языка, тяжелое дыхание – эротика в каждом жесте, в каждом взгляде, в каждом слове. Регина рассмеялась, склонила голову набок, внимательно прислушиваясь к собеседнику. Неужели он тоже на это купился?

На Стаса словно ушат ледяной воды вылили. Он покачал головой и раздраженно сжал пальцами виски. Совсем себя не уважает? Он сам читал досье, сам поймал их с этим смазливым «учителем-геймером», видел его щенячий взгляд на Регину и злобный – на себя. Вероцкий прекрасно знал, что его клиентка имеет пару любовников. И повелся?

На нежный взгляд голубых глаз, ласковый голосок и разговоры о желаниях? На запах тела и животную привлекательность, о которой Регина прекрасно знает? О да! Расслабился и купился, как и два его предшественника.

– Ваше горячее, – радостно объявил вернувшийся официант, водружая перед Вероцким блюдо с лазаньей, а перед Региной – миску салата. Если последнее, конечно, язык повернется назвать горячим.

Уже закончившая разговор клиентка радостно улыбнулась, поблагодарила парня, одарив его самой очаровательной в мире улыбкой, и схватилась за вилку. С удовольствием насадила на зубцы кусочек сыра и, блаженно зажмурившись, прожевала.

Стас сглотнул. Разум был абсолютно чист и холоден, но организм требовал продолжения банкета. Еще одного поцелуя, податливого тела в его объятиях, жаркой ночи… Вероцкий одернул себя, раздраженно распиливая ножом лазанью. Э-э нет, одно дело, просто с кем-то трахнуться. Другое – переспать с клиенткой, для которой тебя заказал ее же любовник. Никаких болезней от «удовольствия», конечно, не подхватишь, но и кайфа не получишь. И Стас чертовски сомневался, что крутой бизнесмен заказал для своей девочки телохранителя в качестве мальчика по вызову.

К тому же элитным мальчикам по вызову платили куда лучше, чем простым телохранителям. Конечно, Рассольцеву пришлось хорошенько раскошелиться, но если сравнивать ставку за час – в сравнении с проститутками зарплата у Вероцкого проигрывала. Пока не случилось ничего экстремального и за клиентку не приходится даже переживать, сдирать с заказчика баснословную сумму не представляется возможным.

Хотя сейчас, если честно, Стас содрал бы с него даже шкуру.

– Ну как, вкусно? – прощебетала клиентка.

Вероцкий кивнул.

Клиентка. И точка. Шлюшка, которой для коллекции хватит и двух мужиков. Он что, зверь, чтобы бросаться на ту, которая с удовольствием принадлежит многим?

«Ты на работе, Стас, – одернул себя Вероцкий. – Не забывай это».

Более того, шлюшка автомагната бесила его с того самого момента, как он о ней узнал. Раздражала надменным взглядом и умением упасть даже на ровном месте. Что случилось сейчас? Проникся? Пожалел? Бе-едная девочка, другая дама поймала ее с любовником. Она же расстроена, опечалена, ее нужно утешить.

– Дурдом, – пробормотал Вероцкий себе под нос.

– Что? – Регина встрепенулась, оторвавшись от кофе. Она явно почувствовала голос, но слово не услышала.

– Ничего, – ответил Стас.

Правильно, ничего. Не так уж сильно и зудит кое-где, чтобы связываться с размалеванными фифами, которые после одного поцелуя принимаются перекрашивать губы. Когда эта гребаная, блядь, помада все равно смажется о чашку кофе!

– Я отойду.

Он рывком поднялся из-за стола. Где-то в груди клокотала иррациональная злость, и от нее срочно нужно было избавиться. Зайти в уборную, поплескать в лицо ледяной воды. Ему-то не нужно всякий раз «поправлять косметику», как некоторым обманчиво привлекательным дамочкам.

– Да, конечно, – просияла Регина.

Дамочкам с самой невероятной улыбкой.