Через месяц после событий на плато Сэм и Вида уже семь раз ужинали вместе. Сегодня она в четвёртый раз готовит у себя дома для них обоих. После десерта она приносит к столу ярко упакованную коробку, чтобы открыть её за кофе.
Она собиралась дождаться следующего дня рождения и распечатать этот подарок в одиночестве, опасаясь, что содержимое вызовет в ней слишком сильные чувства.
Но, учитывая, что советы гадалки во всём оказывались достойны доверия, Вида готова не цепляться за то, что было, — хотя она всегда будет это беречь, — и принять то, что может быть. С тех пор как она осиротела в пять лет, в её жизни было только трое мужчин самой высокой пробы, и ей кажется правильным каким-то невыразимым образом соединить их здесь. В доме дяди, где она когда-то принимала ухаживания Хосе, теперь, когда её будущее переплетается с будущим Сэма, она открывает карточку, прикреплённую к подарку.
Она вслух читает Сэму аккуратные строки, написанные курсивом рукой Хосе. Это слова, которые были выведены краской на микроавтобусе Volkswagen провидицы: «С добротой смотри на тех, кто страдает, кто борется с трудностями, кто непрестанно пьёт горечь этой жизни». А ниже её первая любовь написала: «Как и она, ты обладаешь мудростью и сердцем, чтобы выводить других из тьмы к свету».
— За это стоит выпить, — говорит Сэм и поднимает бокал.
Она, конечно, плачет. Эти слёзы слишком долго копились в ней.
С некоторым усилием она снимает с коробки блестящую синюю ленту, не разрезая её, и старается не порвать бумагу, потому что намерена сохранить и то и другое.
Наверное, она должна была догадываться, что найдёт внутри, но всё равно удивляется. Пара ярко-жёлтых кроссовок.