Глава 90

Глава 90

Через неделю Артём пошел публично. Не в прямом смысле — без соцсетей, без семейных ужинов, где меня бы объявили женщиной, лишившей отца ребенка. Нет. Он был умнее. Он пошел через репутацию.

Сначала Игорь вызвал меня к себе в кабинет и очень неловко спросил:

— Мир, у тебя все… в порядке?

Я сразу насторожилась.

— В каком смысле?

Он замялся. Что для него вообще было нехарактерно. Игорь обычно говорил как резал.

— До меня дошло, что твой бывший… ну, жених… в общем, он почему-то считает, что у тебя сейчас нестабильное состояние и тебе лучше временно не вести крупные проекты.

У меня перед глазами потемнело.

— Что?

— Не напрямую ко мне, конечно. Через заказчика. Мол, "беременность, стресс, личная нестабильность, может не справиться". Я, само собой, его послал очень культурно, но…

Я уже не слышала "но". Меня затрясло. Потому что вот он — новый способ контролировать. Не через дом и не через врачей. Через мою работоспособность. Через право быть профессионалом. Через шепот в сторону: беременная, нервная, нестабильная.

Я вышла из кабинета, не помня, как дошла до туалета. Заперлась. Вцепилась в раковину. И стояла, глядя в зеркало, пока не перестало двоиться.

Когда я рассказала об этом Дамиру, он сначала просто молчал. Очень долго. Потом спросил:

— Кто заказчик?

— Неважно.

— Мне важно.

— Дамир…

— Мне. Важно.

Я взорвалась.

— И что ты сделаешь? Придешь и набьешь ему морду? Или Артёму? Или всем? Мне не это нужно!

Он отшатнулся, будто я реально ударила. Я сама замолчала. Потому что понимала: дело не в нем. Я опять ору не туда.

Он провел ладонью по лицу.

— Тогда скажи, что нужно.

Я села прямо на край ванной и закрыла глаза.

— Чтобы меня никто больше не вычеркивал из собственной жизни под видом заботы.

Он прислонился к двери. Потом сказал очень спокойно:

— Тогда давай сделаем так, чтобы за это пришлось дорого платить.

Я подняла голову. И в его глазах увидела то, что раньше у меня бы вызвало страх. А сейчас — почти облегчение. Потому что иногда, чтобы остановить грязь, нужен не просто хороший человек. Нужен тот, кто умеет быть неудобным по-настоящему.

---