— Кристан запретил мне видеться с экипажем, — говорю я, пристально глядя на Линду.

Она хмурится, быстро стучит пальцами по своему предплечью. Хмурится сильнее и продолжает знакомиться с информацией на своём коммуникаторе.

— По кораблю нет никаких приказов об ограничении на твоё перемещение, — поднимает она на меня прищуренный взгляд. — Никаких приказов относительно тебя я не получала. Ты мне врёшь, чтобы уклониться от коммуникаций?

Мои щёки вспыхивают от несправедливого обвинения.

— Нет, я не вру, — отвечаю я холодно. — Командор Хэлтор и в самом деле мне об этом говорил.

— Как давно он тебе это говорил? — спрашивает Линда.

Смотрю на неё внимательно.

— Линда, это же при тебе было… — тихо говорю я. — Как раз, когда Кристан сказал, что я буду заменять Рину.

— Тогда повтори формулировку, — приподнимает она бровь.

Мне даже память сильно напрягать не приходится.

— За два дня до того, как я заменяла принцессу. Кристан тогда сказал, что в первый день отдыхаю физически и нагружаюсь умственно с изучением протокола визита. Потом физическая нагрузка. Потом день отдыха и безделья. И потом на праздник урожая.

Линда продолжала смотреть на меня совершенно холодным взглядом.

— Он говорил из каюты не выходить. Ни с кем на корабле не разговаривать. Общаться только с ним, с Кристаном, с тобой, Линда, и с теми, с кем ты разрешишь.

— Тебе не кажется, Мила, что времени с того момента много прошло? — усмехается она. — На то время действовал приказ об ограничениях тебе. Его сейчас нет, значит он уже отменён.

Взгляд Линды неожиданно теплеет.

— Мила, я понимаю, ты новенькая, — с участием в голосе произносит она. — Ты хорошая, умная девочка, но сильно замкнута в себе. Теперь пора учиться строить связи внутри экипажа. Это одна из важнейших задач, на которую всегда особенно упирает Кристан.

Она скрещивает руки на груди.

— Не знаю, почему я тебя тут уговариваю, — усмехается она. — Видимо, расположена я к тебе сильно. Послушай. Если бы Кристан не уделял этому такое внимание, я бы легко тебя освободила. Но эта традиция — одна из тех, которые установил Кристан. Он каждый раз неукоснительно за ней следит. Я не могу тебе позволить избежать этой традиции. Тем более, ты уже член экипажа, младший офицер и новичок.

И тут взгляд Линды становится холодным и жёстким, совсем как у командора Хэлтора.

— Причин для отказа у тебя нет. Давай я так поставлю вопрос. Ты настаиваешь на своём отказе следовать корабельному уставу?

От такой постановки вопроса мне становится ещё хуже.

— Нет-нет, конечно, нет, — торопливо заявляю я и вытягиваюсь стрункой. — Я выполню ваше распоряжение, майор Лейс. Что мне нужно знать?

— Для начала прекрати называть меня майором, — морщится Линда. — Ещё раз обратишься не по имени, выдам взыскание. На это я имею право. Как твой непосредственный начальник.

Во взгляде Линды появляется что-то неуловимо опасное, от чего холодок идёт по спине.

— Давай, красота моя, проясним следующее. Кристан сейчас занимается тобой лично. Но скоро это прекратится. И ты вольёшься в экипаж. Будет лучше, если ты это сделаешь, опираясь на установленную тобой связь с экипажем, на таких традиционных мероприятиях в том числе. На собственные качества. Но не как бывшая любовница командора.

Меня обжигает обидой, но я не подаю виду. Понимаю, как это выглядит со стороны. Интересно, Зарик уже всем разболтал о том, что я конфетка командора?

И ведь никого не волнует о том, что у нас пси-связка, необходимость идти в постель и прочее. Любовница командора, вот кто я буду. Когда пси-связь будет разорвана — бывшая любовница.

Ладно, в академии что мне только не приписывали из-за отказов ложиться под всяких. Даже слухи пускали, что сплю со всем подряд. Там я это всё пережила. Тут тоже переживу.

Сейчас просто надо удержать свою проклятую проблесковую суть. Выдержать это мероприятие в течение нескольких часов или сколько там это продлится. Хорошо. Я обещала Кристану, что дождусь и справлюсь. Именно это я и сделаю.

— Собственно, я пришла за тобой посмотреть, как ты справилась с задачами, и проводить тебя в кают-компанию. И представить тебя экипажу, — заявляет Линда.

Она снова окидывает пристальным взглядом мою новую одежду. Удовлетворённо кивает.

— Пойдём, там уже все собрались, — говорит она и разворачивается к выходу.

Мне ничего не остаётся, как спешить за ней.

По пути вспоминаю всё, о чём мне говорил Кристан о признаках нестабильности моего дара. Напоминаю себе то, что помогало вернуть дар под контроль. Говорю себе, что я сохраню спокойствие. Более того, я уже спокойна.

Делаю это несмотря на то, что признаков своей нестабильности я не вижу. На всякий. Мало ли.

Впрочем, это оправдано. Впереди незнакомая обстановка, много людей, повышенное внимание ко мне, необходимость участвовать в разговорах, в которых я, скорее всего, ничего не понимаю.

Всё это может меня выбить из колеи.

Не знаю, почему приказа Кристана по поводу меня нет. Слабо верится, что он не продлил приказ о моей изоляции от экипажа. Как и забыл о традиции сбора в кают-компании.

Это мне всё очень сильно не нравится.

Ведь были же слова Кристана о том, что проверит, почему у меня был ещё красный костюм.

Может ли это всё указывать, что на борту эсминца командора Хэлтора действует внедренец наших врагов?

Предатель среди людей Кристана? В святая святых — в личной гвардии императора?

Почему бы и нет, учитывая, что флот вардиранцев смог разбомбить академию. Они смогли тайно подобраться к самой столице. Да и то, что я услышала про кампании дискретизации принцессы, явно намекает, что сеть агентов вардиранцев слишком глубоко внедрена.

Возможно, моё внимание к деталям сейчас, когда я смотрю непредвзято, как сторонний наблюдатель, я смогу что-то увидеть?

Может ли быть так, что на самом деле Кристан и хотел, чтобы я пошла в кают-компанию, отдавая дань традиции?

Быть может, он потому и держит меня с моим тайным даром — умением увидеть неявное, с обострённой паранормальной интуицией?

Возможно, он мне и говорил про контроль, зная, что мне придётся пойти в кают-компанию, и вооружил меня знаниями, чтобы я смогла выполнить задачу и не выдать себя.

Сколько вариантов… Да и не важно, какой из них верный.

Мне этого не избежать. Я не знаю, как дела обстоят на самом деле, но я буду внимательна и собрана.

Со мной всё будет хорошо.

Кают-компания встречает меня и Линду гулом голосов. Людей здесь немного, пара десятков мужчин и женщин.

Это просторное круглое помещение, светлое, с куполообразным сводом. Здесь много двух- и трёхместных диванчиков — поставлены парами друг напротив друга со столиком между ними.

Оживлённые разговоры тут же стихают, едва мы появляемся на пороге.

Пристальные изучающие взгляды устремляются ко мне.