— ГРООООООООООООООООООООООР!!!

Я едва ли стоял на ногах, когда сквозь южный пролом с рёвом влетел трёхглавый зверь.

Туша размером с быка на полном ходу ворвалась во двор, и каждая из трёх голов выбирала себе отдельную цель.

Левая, угольно-чёрная, с глазами цвета остывшего шлака, на бегу выдохнула чёрный туман и накрыла им ближайшую группу гулей. Через секунду оттуда повалились обескровленные тела с пустыми глазами.

Правая голова, с инеем на ноздрях, коротко выдохнула и покрыла десяток гулей ледяной коркой — те застыли в позах последнего движения.

Центральная, с красными прожилками в глазных белках, вязким веером выплюнула обволакивающее пламя прямо в гниющее мясо.

Страж Порога. Аномальное существо. Эволюционный индекс отсутствует.

На спине цербера, в полный рост, с обнажённым торсом, сидел Рик.

Тот самый.

Хорст давно ушёл на Юг, и я, если честно, на его возвращение уже не рассчитывал.

В груди у меня что-то отпустило.

Капитан успел.

В пролом хлынули Южане.

Их было около двадцати. Прямо передо мной скользнула гигантская тварь в три человеческих роста, с роговыми чешуйками медно-красного оттенка. Она нырнула в кладку обрушенной стены и через миг выскочила в десяти метрах позади гуля, выныривая из-под земли как из воды. Сомкнула челюсти на шее твари и утянула её внутрь.

Песчаный Полоз. Уровень 38. Эволюционный индекс — D .

Слева пронёсся конь, его грива состояла из кристаллических осколков, переливающихся радугой. При каждом ударе копыт о гранит он высекал короткие синие разряды — они прыгали на гулей, оставляя в груди дымящиеся провалы.

Кварцевый Скакун. Уровень 41. Эволюционный ранг С.

С крыши соседнего сруба сошёл какой-то огромный жук, с роговым шипом во весь корпус. Он врезался в плотную группу гулей у баррикады, проткнул сразу троих и потащил их на себе через двор.

Шипастый Жук-Носорог. Уровень 35. Эволюционный индекс D .

Над крышами раздался протяжный клёкот.

Я задрал голову, и Зверомор отозвался горловым звуком — звериное проявление настоящей радости.

С серого утреннего неба пикировала мантикора. Огромная, с крепкой шкурой и кожистыми крыльями в пол-двора шириной, она несла на себе Нойса. Скорпионий хвост выгнулся и хлестнул вниз.

Кислотный яд ударил из жала и растёкся по плотным рядам гулей зеленоватым дождём.

Тёмная плоть пузырилась, и через десять секунд там остался только дымящийся кратер из дёргающихся обрубков.

Я выпрямился. При каждом вдохе на груди трещал хитин. Левая рука отозвалась глухой пульсацией. Мне нужно было время, что организм Зверомора залатал полученный урон.

Через пролом пешком вошёл Барут.

Я узнал его раньше, чем разглядел лицо. Четверо Мастеров с тяжёлыми ростовыми щитами образовали живой коридор. Барут шёл прямо к моей избе. Он понял всё с одного взгляда, прежде чем кто-либо успел ему что-то сказать.

— Барут!

Из моего горла это вышло низким горловым переливом, но торговец услышал и поднял на меня глаза.

— ИЗБА! — рявкнул он своим Мастерам, и щитоносцы замкнулись в круг.

Между мной и Борисом скользнула женская фигура.

Вся её кожа оказалась тёмной, перетекающей в плотную базальтовую корку — пористая чёрная порода с тонкими огненными прожилками, проступавшими в местах сгибов. Она была босиком, в коротких кожаных штанах и в грудной перевязи, и перемещалась через двор огромными прыжками.

Её длинные тёмные волосы хлёстким полотном развевались за ней. Лицо у неё было резкое, скуластое, с прямым носом. На правом виске виднелся тонкий старый шрам.

Я не знал, кто эта девушка.

Рядом с ней бежала шестилапая песчаная гончая высотой мне до колена, с золотистой шерстью и расщеплённой пастью.

Песчаная Гончая. Уровень 51. Эволюционный индекс — B.

— Кара! ЛЕВЫЙ ФЛАНГ! — прокричал ей Рик через двор. — ОНИ К ИЗБЕ ИДУТ!

— Сирка! — рявкнула девушка своему питомцу и коротко мотнула головой. Базальт на её плечах мгновенно потемнел до угольно-чёрного, а огненные прожилки заработали ярче. Она пошла прямо на двух элитных гулей, которые не успели уйти.

Первый из них замахнулся костяной пластиной плеча.

Кара с разворотом нырнула под удар и коротко ударила прямым правым в грудь — без замаха, с близкой дистанции. Гнилая грудная клетка прогнулась, и я услышал, как всё внутри сломалось за один удар — рёбра, позвоночник с обратной стороны, всё разом. Тварь сложилась пополам. Кара тут же шагнула в сторону, разворачиваясь ко второму гулю.

Сирка впилась в щиколотку первой твари и одним рывком вырвала ей сухожилия.

Второй уже шёл на Кару. Костяной клинок взлетел к её шее по горизонтальной дуге. Она присела. Лезвие прошло над волосами, и Кара ударила гуля локтем в висок прямо из приседа. Базальтовый локоть вошёл в череп с хрустом разбиваемого пустого арбуза. Гуль упал на колено. Девушка уже разворачивалась на левой ноге, вынося правую в высокий удар стопой через разворот корпуса. Нога впечаталась в нижнюю челюсть.

Голова сорвалась с позвоночника и улетела через двор, шлёпнувшись о черепицу крыши соседнего сруба. В это время Сирка разорвала ещё одного элитного гуля — вырвала позвоночник через глотку.

Кара выпрямилась, поправила волосы тыльной стороной запястья, и посмотрела на Бориса.

Генерал не ожидал подкрепления, и эти несколько секунд стали для него полной неожиданностью. Он повернулся к Каре.

Девушка шла на него, как боксёр на ринг. Расслабленно, мелкими шагами, держа корпус в полуразвороте, но уже подняла кулаки до уровня скул. Кожа разогрелась до тёмно-красного.

— Эй, дохляк, — она сказала это Сухому Генералу так, словно он был знакомым с рынка. — Давай-ка потанцуем.

Борис взревел и ударил первым.

Костяная лопата пошла сверху вниз, целя Каре в голову. По скорости эта тварь была быстрее любого человека, и генерал вложил в этот удар вес всех своих четырёх метров.

Кара ушла с линии атаки всего одним боковым шагом.

Лопата прошла мимо её плеча в каких-то пяти сантиметрах и врезалась в землю двора с такой силой, что та вздыбилась вулканом. Девушка уже стояла внутри замаха Бориса, в той зоне, где…

Смогла начать.

Правый прямой в грудь — без замаха, костяшки в гнилое мясо. Сразу левый боковой в ту же точку. Серия из двух. На груди Сухого появилась первая вмятина размером с её кулак. Кара уже разрывала дистанцию назад, потому что в эту секунду Борис контратаковал левой.

Ладонь прошла там, где её голова была мгновение назад.

Борис работал левой так же быстро, как правой, только удар у него получался кулаком размером с моё колено, и при этом со скоростью обычного человеческого хука.

Кара под этот хук нырнула, провалила его в пустоту, и ушла в правый низкий боковой удар.

Он пришёлся точно в подколенный сгиб.

Базальтовая голень Кары вошла в сухожилие Сухого Генерала, и нога твари коротко дёрнулась. Девушка уже выходила из удара, уводя корпус влево, и в этот момент Сирка впилась Борису в стопу. Она одним рывком оторвала кусок.

Генерал качнулся.

Сию же секунду Барут пинком распахнул дверь избы и исчез внутри, а через секунду выскочил обратно.

В левой руке он нёс Севера, прижимая его к плечу. Сын молчал. Следом выскочили оба тигрёнка. Огненный хромал на переднюю лапу, ветряной шёл, прижавшись к ноге Барута.

Последней из избы вышла Лана.

Она шла на четырёх лапах, в форме пантеры, с затягивающейся на боку раной. Регенерация оборотня работала на порядок лучше, чем моя.

Что-то горячее поднялось в груди и подкатило под горло. Друг вытащил их.

Я выпрямился в полный рост. Меня ещё шатало, но левая рука уже шевелилась, а ребро затягивалось.

Торговец уже бежал через двор к Рику, под прикрытием четырёх щитоносцев.

Кара танцевала вокруг Бориса с такой скоростью, что Генерал едва ли успевал поворачивать к ней голову, и каждый его удар уходил мимо.

Наконец, я ощутил лезвие пустоты на левой руке и сделал шаг к Борису.

В эту секунду двор вспыхнул мясорубкой.

За спиной Рика проступил тот самый трёхметровый призрак с руками толщиной в бревно. Аватар какой-то обезьяны. В прошлый раз Рик ударил меня ладонью в грудь и впечатал в стену оврага.

Сейчас южанин пробил гниющий череп ближайшего гуля голым кулаком. Тварь сложилась пополам, и Рик, идя сквозь орду, той же рукой свернул шею следующему. За ним шёл цербер — три его головы выбирали цели абсолютно хаотично, без какого-либо порядка.

Они стирали орду слоями.

За спиной южанин проступил второй аватар — Саламандра. Призрачное тело ящера с чешуёй цвета расплавленного металла обвило его невидимым коконом, и в тот же миг цербер выдохнул вязкий веер пламени центральной головой. Огонь перед Риком расступился, как вода перед носом корабля, а гулей вокруг него превратило в горящие столбы.

В этот момент из разбитых дверей лазарета выскочили брат с сестрой.

Дамир врубился во фланг орды. Парень держал в руках топор, и удар у него вышел чистый — лезвие по самый обух вошло гулю в висок. Волк растворился в тени и через секунду материализовался за спиной второй твари, перегрызая ей шейные позвонки.

За Дамиром шла Лина.

С коротким охотничьим луком в руках, она встала боком к двери, и отпустила тетиву. Стрела вошла гулю в глаз с тридцати шагов.

Я пошёл быстрее.

Над двором раздался протяжный клёкот Урвии. Мантикора заходила на второй круг, и Нойс коротким сигналом руки направил хвост в плотную группу гулей у пролома. Кислотный дождь накрыл их с воздуха.

Песчаный Полоз нырял из-под земли и утаскивал тварей одну за другой. Множество диковинных тварей потрошили армию Генерала.

В эту секунду за спиной Рика проступил четвёртый аватар.

В Каменке я его не видел.

За плечами южанина соткался призрачный силуэт чудовища такого размера, о существовании которого я даже не предполагал — длинное тело с десятками щупалец, массивной головой без глаз и с гигантской пастью с сотнями мелких клыков. Это походило на Левиафана.

Силуэт оказался размером во весь двор, и Рик резко развёл обе руки в стороны.

Из земли вырвались десятки призрачных щупалец.

Они обвили ближайших гулей и разорвали их пополам. Тёмная плоть лопалась. Больше половины оставшихся тварей превратилась в кашу. Щупальца втянулись обратно так же беззвучно, как вышли.

Рик опустил руки. Его шатнуло, и цербер подставил плечо под бок хозяина.

Левиафан забрал у него слишком много сил.

Я перевёл взгляд на центр.

Кара зашла на новую серию.

Короткий прямой. Сразу рубящий сбоку. Она методично вбивала базальтовые кулаки в опущенную морду твари. Один из костяных наростов на плече Бориса хрустнул и осыпался.

Хорошо. Она ломала его структуру.

Но Генерал наконец-то начал принимать девушку всерьёз.

Изуродованная рука пошла по широкой горизонтальной дуге — удар, который размазал бы любого человека по стене. Кара рухнула на спину, пропуская смерть в сантиметрах над грудью, перекатилась через лопатки и пружиной взмыла на ноги.

Сирка с рычанием повисла на бедре монстра, отвлекая его на долю секунды. Этого хватило.

Вся масса девушки ушла в удар стопой с разворота. Базальтовая пятка впечаталась Борису в висок со звуком рухнувшего дубового ствола. Голову Генерала мотнуло, но толстые шейные позвонки выдержали. Тварь даже не пошатнулась.

Борис медленно повернул морду. В жёлтых глазах больше не было тупого голода.

Он попёр на неё. Левая когтистая ладонь, правый костяной тесак — удары сыпались сплошным градом, закрывая сектора. Кара ушла в глухую оборону.

БАХ! БАХ! БАХ!

Базальтовые предплечья со звоном принимали мощнейшие удары, искры летели во все стороны. Девушку теснило назад.

Проваливая очередной выпад твари, она нырнула под левую руку Бориса и пробила жесточайший удар снизу вверх, вкладывая в него вес всего тела, прямо под плавающие рёбра. Каменный кулак ушёл в гнилое мясо по самое запястье.

Генерала согнуло пополам. Кара тут же добавила коленом в опущенную челюсть. Кость хрустнула, кусок нижней челюсти отлетел в сторону, ударившись о стену сруба.

Она отскочила на три шага, тяжело дыша. Базальт раскалился до оранжевого свечения.

Борис медленно выпрямился. С выбитой челюстью, проломленной грудью и сочащимся боком, он стоял так же твёрдо, как и минуту назад.

Я рванул к ним. Пятнадцать метров. Зверомор внутри меня выжимал из мышц всё. Надо успеть.

Но Кара пошла в атаку раньше.

Отвлекающий прямой. Шаг. И её коронный приём. Вся масса тела, усиленная броней, ушла в прыжок с разворотом. Удар чудовищной кинетической силы.

В зазоре между её прыжком и ударом у Бориса было полсекунды. И тварь шагнула прямо в этот зазор.

Удар ногой вмял грудину Генерала на добрый десяток сантиметров. Любой живой организм от такого сложился бы пополам с разорванными лёгкими. Но Борис просто принял этот удар на себя — пожертвовал грудной клеткой ради одной цели.

Он провернул правую руку в ту же секунду. Костяная лопата легла плашмя и, как гигантская бейсбольная бита, ударила висящую в воздухе Кару наотмашь.

Раздался оглушительный треск.

Броня взорвалась каменной крошкой. Тело девушки просто смело. Её швырнуло через двор, как сломанную куклу.

Она впечаталась в сруб колодца спиной, сползла вниз и замерла у основания. Рука вывернута, голова безвольно откинута набок.

— КАРААААА!

Крик Рика резанул по ушам. Сирка сорвалась с места, заскулила, и бросилась к хозяйке.

Я успел заметить, как слабо поднимается грудь девушки. Жива.

Борис развернулся в её сторону.

И тут передо мной встал Рик.

Южанин шагнул в линию между Борисом и сестрой, а цербер встал с ним рядом. Три головы синхронно повернулись к гулю, и из всех трёх пастей одновременно пошёл рёв.

— ГРРООООООООООООАР!

Я шагнул следом и встал по правую руку от Рика.

Южанин повернул ко мне голову и посмотрел снизу вверх.

Уголки его губ дрогнули в улыбке.

— Ну что, Сибиряк, — ровно сказал Рик. — Ты готов отомстить?

Я смотрел на него секунду и не понимал, что только что услышал.

Сибиряк…

Никто в этом мире не знал, кем я был раньше. Никто не мог назвать меня словом из того, прежнего мира. Слово «Сибиряк» в этой реальности значения не имело — оно работало только для тех, кто пришёл оттуда.

Я медленно кивнул, принимая этот факт.

Рик усмехнулся краешком губ. Мы оба всё поняли ещё там, на тракте, но сейчас, перед лицом этой твари, слова из прошлой жизни прозвучали как закреплённый договор. Мы с ним из одного теста.

Цербер выдохнул всеми тремя пастями одновременно — туман, лёд, пламя сошлись в один концентрированный поток и ударили по твари.

Я двинулся.

Моё лезвие пустоты нашло свою траекторию справа — там, куда Борис разворачивался. Ноги несли меня вперёд с убийственной скоростью.

Рик ударил в лоб.

Южанин пёр на Генерала, как ледокол, а цербер стелился по правую руку от него. За плечами Рика вновь вырос Краб с Коралловых рифов — полупрозрачный гигант цвета морской волны. Его призрачные клешни, каждая размером с кузнечную наковальню, раскрылись, создавая перед хозяином абсолютный щит.

Борис принял вызов. Костяная лопата рухнула на южанина — тот самый удар, что секундой ранее едва не переломил Кару пополам.

Призрачные клешни с гулким металлическим лязгом сомкнулись на летящей кости. Удар, способный расколоть крепостные ворота, завяз в фантомной хватке. Рик просел под чудовищным давлением, но стена устояла.

А я уже был под правым боком.

Лезвие вошло снизу вверх, точно под мышку твари — туда, где массивный плечевой сустав не прикрывала костяная броня. Клинок прошил мясо по самый локоть. Я с силой провернул, разрывая связки изнутри, и с хрустом выдернул лезвие. Чёрная кровь ударила тугим фонтаном. Правая рука Бориса дрогнула и заметно просела — сустав был критически поврежден.

Слева возник Карц.

Узкий конус белого пламени ударил Генералу в открытый бок. Задубевшая плоть вспыхнула, обнажая обугленные рёбра. Лис тут же отскочил, экономя тающий резерв, и начал заходить на новую цель.

Серый цербер не отставал. Три пасти вновь выдохнули. Чёрный туман поглотил ноги твари. Лёд намертво сковал правое колено Генерала коркой толщиной в палец. А пламя хлестнуло по груди, въедаясь в раны и выжигая скверну прямо под кожей.

Затем с крыши сорвалась Афина.

Я почувствовал её ментальный рывок за мгновение до удара. Тигрица обрушилась Генералу на загривок. Её «Доспех Катаклизма» ревел в полную силу — белое пламя и сжатый воздух слились в единый шторм. Ядовитые когти вонзились в шею монстра от затылка до самых лопаток, вспарывая плоть, как десятки раскалённых бритв.

— РРРРАААААОООООР!

Борис взревел. Впервые за эту ночь в его первобытном рыке прорезалась настоящая боль. Хвалёная регенерация Сухого захлебнулась. Разорванная подмышка, выжженный бок, скованное льдом колено и исполосованная спина — урон сыпался со всех сторон, и гнилая плоть просто не успевала срастаться.

Я зашёл на второй круг.

Целью стало то самое правое колено. Броня там стала хрупкой от перепада температур. Лезвие вошло под коленный сгиб. Короткий рывок вбок — и главное сухожилие лопнуло со звуком порванной корабельной снасти. Нога Бориса подкосилась, заставив его перенести весь вес на левую сторону.

Рик не упустил момент.

Призрачный Краб за его спиной растаял, уступая место Горному Титану. Силуэт обезьяны с руками-брёвнами повторил движение хозяина. Рик пробил короткий, вкручивающийся удар ладонью прямо в живот Генерала.

Фантомный кулак вошёл в цель. Бориса сложило пополам с влажным хряском — так хрипит бык, получивший обухом в брюхо. Его костяная лопата бессильно опустилась, открывая шею.

Карц немедленно выжег в ней сквозную дыру размером с кулак.

— МАКС, В СТОРОНУ! — раздался крик Нойса. К нам уже пикировала Урвия. Я отпрыгнул назад, давая мантикоре пространство.

Зверь зашёл идеально. Гладиатор вскинул руку, и хвост хлестнул вперёд, с пугающей точностью вбивая жало в открытый плечевой сустав.

Мантикора зависла на долю секунды, вкачивая под кожу монстра толстую струю концентрированной кислоты. Зелёная слизь мгновенно расплавила суставную сумку изнутри. Кожа Бориса вздулась гроздьями пузырей и лопнула, разбрызгивая вокруг дымящуюся ядовитую жижу.

Рёв Сухого оборвался — тварь повело вправо, и подрезанная мной нога окончательно сдала.

Генерал тяжело рухнул на правое колено.

Левой рукой он всё ещё цеплялся за реальность — пальцы впились глубоко в землю, удерживая массивное тело от падения. Генерал замер в полупригнутой позе. Голова безвольно болталась, выбитая челюсть висела на одной связке. Грудь дымилась, спина кровила, суставы были расплавлены или подрезаны.

Я остановился в трёх шагах от него.

Лезвие пустоты пульсировало. Цель перед глазами — открытая шея монстра. Идеальная точка. Но я не спешил.

Любой охотник знает: нет ничего страшнее рывка крупного подранка в состоянии агонии. Зверь может на одном адреналине забрать тебя с собой на тот свет. Я ждал подлянки.

И она случилась.

Борис сделал неуловимый, смазанный взмах левой рукой. Когтистые пальцы метнулись прямо к моему лицу. Сработал вбитый годами рефлекс — я ушёл с линии атаки мгновенным перекатом вправо, выжимая из тела максимальную скорость.

И только оказавшись в воздухе, понял, как страшно меня развели. Тварь использовала животный инстинкт против меня самого.

Это была обманка. Пустышка. Генерал прочитал меня.

Его костяная лопата уже шла снизу вверх. Без замаха. Из того самого положения, в котором тварь опиралась на землю. Борис просто провернул предплечье и ударил на опережение — не туда, где я стоял, а туда, куда я неизбежно приземлюсь.

Широкая кость шла по идеальной траектории. Через мгновение она должна была разрубить меня пополам.

Между мной и смертью встал Рик.

Южанин покрыл расстояние длинным, нечеловеческим скачком, вклиниваясь прямо в траекторию удара. За его спиной вновь вспыхнул Краб с Коралловых рифов. Призрачные клешни скрестились, образуя над нами абсолютный живой щит.

Костяная лопата встретила фантомную преграду. И прошла сквозь неё.

Я завершал перекат, когда по ушам ударил этот звук. Сухой, пугающий треск пробитой призрачной брони и чавкающий хруст разрываемой человеческой плоти.

Вскочив на ноги, я увидел то, во что мозг отказывался верить.

Лопата Бориса пробила Рика насквозь. Широкое костяное лезвие вошло в живот и вышло из спины, между почек. Южанин повис на ней, как кусок мяса на вертеле. Призрачный Краб осыпался мёртвыми искрами. В глазах Рика мелькнуло то самое мутное, стеклянное понимание неизбежного конца, которое я сотни раз видел у смертельно раненого зверя.

— РИИИИИК!

Сорванный крик Кары резанул по нервам.

Ждать, пока Генерал сбросит тело и замахнётся снова? Черта с два.

Я рванулся вперёд раньше, чем Борис успел выдернуть свою кость. Лезвие пустоты ударило снизу вверх, метя в локтевой сустав твари. Генерал дёрнулся, спасая руку, и с силой выдернул лопату. Рик рухнул на землю, захлёбываясь кровавой пеной. Серый цербер взвыл тремя глотками, бросаясь к умирающему хозяину.

Борис отшатнулся, поднимая окровавленную кость для нового удара, но в этот момент сзади пронеслась чёрная молния.

Огромная пантера пересекла двор двумя прыжками. На втором она уже приземлилась в двух шагах от Рика, прямо в воздухе перетекая из звериной формы в человеческую. Шерсть втянулась под кожу, лапы стали руками, и она рухнула на колени рядом с южанином.

Я не стал отвлекаться. Шагнул вперёд, закрывая их своей спиной. Моя задача — удержать Генерала.

Но краем глаза я всё видел.

Лана впечатала голые ладони прямо в распоротый живот южанина. Прямая передача жизненной силы — проклятый дар её рода.

Под руками пантеры зашипело, как от калёного железа. А затем от корней волос поползла мёртвая, пепельная белизна. Седина сжирала её молодость с каждым ударом сердца. Одна прядь волос полностью поседела.

Сквозная дыра в животе Рика стягивалась на глазах, превращаясь в грубый рубец. Кровь остановилась. Южанин судорожно, со свистом втянул воздух, и стеклянная муть в его глазах дрогнула.

Лана бессильно осела на землю. Белая прядь застыла, но дыхание сбилось, как у загнанной лошади.

Остатки человеческого внутри меня попытались сжаться в горячий ком под горлом. Зверомор хладнокровно растёр этот ком в пыль, превратив в ледяное топливо.

Я не стал оборачиваться на стонущего Рика и обессиленную Лану — просто шагнул к Сухому.

Генерал снова стоял на одном колене. Костяная лопата висела плетью, роняя на камни кровь южанина. Грудь дымилась, спина была исполосована. И всё это гнилое месиво ещё пыталось подняться.

В моей голове больше не было ни планов, ни многоходовок. Только Старик, Раннер, пробитая артерия Стёпы, переломанная Кара, седая прядь на виске моей пантеры и этот кусок инопланетного дерьма передо мной.

Я сделал следующий шаг. Пора заканчивать.