Ураган событий подхватил Наташу сразу же после приезда Егора. Как только муж переступил порог дома, она сразу шестым чувством почувствовала беду. Как загнанный в угол раненный зверь, Наташа старалась сделаться невидимкой, опасаясь, что муж узнает о встрече с сокурсниками.

Но Егора занимали совсем другие мысли. Часть их банды сработала слишком небрежно. И теперь его лучшие парни сидели за решеткой, дожидаясь суда. Гора хлопот свалилась на плечи Егора, и он страшно устал.

— Наташка, — громко позвал он жену. Что что, но рыжая девица радовала его глаз. Настоящий трофей. Егора сразу сразили ее ведьмовские зеленые глаза и стройная фигура с красивыми сочными выпуклостями в нужных местах.

Рыжая встретила его в сексуальном халате. Прозрачная ткань почти не скрывала ее прелестей — все, как и любил Егор. Только неестественная клоунская улыбка внезапно взбесила Егора, так что он произнес:

— Хватит лыбиться, иди ко мне, — жестко притянул Наташу за талию, он целовал ее так, будто хотел сожрать. Уже готовый на пошлые действия член упирался ей прямо в промежность.

— Ты просто ведьма! — рыкнул Егор, оставляя засосы на чувствительной коже шее девушки.

Треск рвущейся ткани халата, оглушил Наташу.

— В следующий раз, встречай меня сразу обнаженной, — потребовал муж посмеиваясь. — А теперь встала раком и хорошенько отполировала своими блядскими губешками мой член.

Удобно рассевшись на кожаном диване, Егор наслаждался, как девчонка умелыми руками расстёгивает бляшку на ремне, спуская джинсы и боксеры. Крепко держав девчонку за рыжие волосы, он дернул ее голову вниз, и пухлые алые губы плотно сомкнулись на его стволе. Контролируя глубину проникновения, он с умиротворением наблюдал, как по подбородку Наташки стекает вязкая слюна. Ее красивое лицо радовало его взор, и он опьяненный ее красивыми грудями, подпрыгивающие в такт ее движениям головой и ловкому минету, искусно сделанному ей, быстро кончает, изливая в ее ротик все до последней капли. Наташа исправно глотает семя. И Егор доброжелательно улыбается, радуясь, что дрессировка прекрасно работает.

— Продолжай, пока член не встанет, — скомандовал Егор, и Наташа едва передохнув вновь начала усердно работать ротиком. Тщательно вылизывая яички. Затем «шелковый водоворот головки», техника от которой пенис Егора мгновенно каменел. Ее острый язычок плавно вырисовывал круги по крупной лиловой головке, спиралью закручиваясь у преддверия уздечки, а потом вновь поднимаясь к концу члена. Тяжело дыша, Егор остановил умелые действия жены, устанавливая ее тело в удобную позу догги стайл. Звонко шлепает по белоснежным ягодицам, резко вставил член в промежность. Двигается жестко, крепко фиксируя бедра.

— Блядь, — орал Егор, сжимая пятерней упругие половинки попки Наташки. Финишировал он так же быстро, списав все на долгое воздержание и ворох проблем, накрывших их банду. — Все отбой, зайка, — похлопав ее по щеке, сказал Егор, любуясь ее растерянным видом.

Сегодня ее муж стал слишком мягким, «зайка», прозвище, которым он часто называл ее в самом начале их отношением, казалось давно похороненным в беззаботным прошлом. Сердце, пойманной птичкой, сжалось в тревожном ожидании дурного. И ее женское чутье, вновь не подвело ее.

* * *

Обед стоял на красиво сервированном столе, истончая аппетитные ароматы наваристого борща и воздушного картофельного пюре с гуляшом. Наташа готовила так же виртуозно, как и делала минеты. Егор зашел на светлую кухню, за окном весело щебетали птицы, но взгляд Егора и его густые брови недовольно сдвинутые к переносице, ясно говорили, сейчас будет бойня. Первый удар пришелся Наташе прямо по предплечью, оставляя кровоподтеки, затем ногой по животу, и Наташа, зажав рот руками, смотрела на мучителя непонимающими глазами. Он наклонился к ее лицу так близко, что она почувствовала спертый запах его дыхания. Поднеся смартфон к ее глазам, она с ужасом увидела фотографию, где они с Костей стояли на причале кафе «Мирная пристань». Снимок был сделан со спины, но на нем отчетливо читался интерес друг к другу. Снимок можно даже назвать красивым: изящная девушка в нежно-бордовом платье, доходящее до середины бедра, густые волосы, уложенные в воздушную прическу и мужчину, тепло улыбающийся ей в ответ, а яркий закат на заднем фоне только добавлял выразительности снимку.

— Узнаешь? — яростно прошипел Егор, жестко сжимая волосы Наташи.

— Егор, прости, я случайно встретила однокурсницу и вот…, - лепетала Наташа, чувствуя, как слезы стекают вниз по ее щекам, на шею.

— А это кто? — ткнув пальцев в экран, заорал Егор.

— Тоже однокурсник, — ревела Наташа.

— Вот стерва! — Егор громко ударил по столу, так что тарелки на столе звонко задребезжали, и капли борща, разноцветной кляксой украсили белоснежную скатерть. — Я знал, что ты- блядливая тварь, но настолько. Я хорошенько проучу тебя, так что ты не то, что ходить, ты даже смотреть побоишься на мужиков.

Вытащив кожаный ремень из брюк, Егор с яростью ударил Наташу по ягодице. От боли женщина взвизгнула, пытаясь прикрыть себя руками. Слава Богу, Антошка был в летнем лагере, и не видел жутких сцен, происходящих с его матерью. Свист ремня, рассекающий воздух, гулом стоял в ее ушах. Она громко всхлипывала, умоляя о пощаде. И карающая рука палача зависла в воздухе, кинув ремень к ее растерзанному телу, он жестко заговорил.

— Я прощу тебя, но ты должна завоевать прощение.

Наташа лежала молча, ягодицы и бедра пекло от резкой боли.

— Твой сокурсник совсем не простой человек, и это нам на руку. Поэтому твоя задача наладить контакт с придурком, и заставить плясать его под нашу дудку.

— Мы с Костей всего лишь знакомые, — вымолвила Наташа, пытаясь подняться с пола, ее тело кричало от унижения и адской боли.

— Харе, вату катать. Я навел справки, дурик был влюблен в тебя. Поэтому сделай милость, не коси под дуру. Поедешь к нему и подставишь ему все свои дырки, что он пожелает. Вотрешься к нему в доверие, а дальше дело за мной.

— Егор, но как? — ошеломлено, спросила Наташа, обнимая себя руками.

— Слушай, поскуда! Не надо блеять перед мной как загнанная овца, ты позволяешь пихать члены в свои дырки, нагуляла ребенка от хрен пойми кого, а теперь строишь из себя святую невинность? — закипал Егор. — Быстро встала, привела себя в порядок, разогрела мне пожрать и марш звонить своему ублюдку. Через неделю он должен жрать у тебя из рук, а иначе я раскрашу твою красивую мордашку, так что не один мужик во всем мире больше не посмотрит на тебя.

Меньше всего Наташу волновало ее лицо, она боялась за сына. Антошка — ее ахиллесова пята, ее слабое место и если раздразнить Егора, он не упустит возможности ударить по самому уязвимому. Забрав самое дорогое, что есть в ее жизни.