Дома меня встретил не недовольный взгляд мамы, не ворчание отца и даже не писклявые визги мелкого. Кирюха выглянул из комнаты, как только захлопнулась дверь. Он выглядел подозрительно взволнованным и при этом совсем не злым, поманил меня пальцем в нашу общую берлогу и скрылся за косяком. С кухни показалась мама:

– Привет, солнышко. – Она звонко поцеловала меня в щеку, которую совсем недавно оскорбили чужие губы. – Что-то ты рано. С девочками не поругались?

– Да нет, все ок, просто как-то настроения ни у кого не было долго гулять.

Даже не соврала. Прогулочное настроение действительно улетучилось. Катя и Женя уговаривали меня отправиться на поиски таинственного незнакомца, а я не видела в этом смысла. Надеюсь, они не решили сделать это без меня.

– Ну, ничего. У вас еще этих прогулок будет… – Она мечтательно улыбнулась. – Нагуляетесь. Ужинать хочешь?

Внезапный укол тревоги едва не заставил нахмуриться. Я боялась, что прогулок как раз таки будет мало. Мы редко обсуждали будущее, но мысли, что кто-то уедет, разумеется, не давали покоя. Многие разъезжались после школы по разным городам, надеясь найти свое место в мире.

– Не, пока не хочу, спасибо. Пойду к мелкому – обещала с ним фильм посмотреть.

Мама благодарно улыбнулась. Она вечно переживала, что мы с братом плохо уживаемся в одной комнате.

– Хорошо, я рада. Он всегда счастлив, когда вы проводите время вместе.

Мама вернулась на кухню и включила музыку на колонке погромче. Играла ее любимая песня. В такие моменты она никогда не могла сдержаться – тихо подпевала и даже пританцовывала, насколько позволяло занятие готовкой.

Я скинула кеды, глянула в зеркало. Жуть. Жгуты раскрутились, поэтому я ходила лохматой по улице как минимум последние полчаса. Неудачная челка почти отросла, но вот именно сейчас она решила выбиться из плена невидимок. Волосы и так прямые, как палки, еще и не держатся ничем, стремясь продемонстрировать свою независимость от меня.

– Кхм-кхм. – Навязчивый мелкий заждался меня в комнате и тактично на это намекал.

Я закатила глаза, достала мячик из кармана и пошла сдаваться с поличным. Наша комната была разделена шкафом пополам. Пубертатный подросток отгородился от меня шторкой, а теперь тащил на свою часть. Туда, где была возможность проветрить. Мальчики подростки те еще вонючки. Я без окна еще проживу, но если он не будет проветривать, то точно задохнусь.

Кирилл с силой усадил меня в свое кресло. И думать не хочу, чем он тут занимается, пока никого нет. Надеюсь, в обивке не поселилось никакого биологического оружия.

– Ну?! Я жду! – Он выглядел подозрительно взволнованно, будто я не украла у него личную вещь, а встретилась с суперзвездой.

– Мне правда очень жаль, – начала я, протягивая мячик. Он сразу же выхватил его у меня и принялся вертеть, после чего внезапно запрыгал на месте и даже начал похрюкивать. – С тобой все нормально?

– Со мной? Нормально? Да ты! Ты! Ты хоть понимаешь, что произошло?!

– Понимаю. Я взяла твою вещь без спроса и теперь тебе должна.

Мелкий уже несколько лет занимался настольным теннисом. Я ходила на парочку его соревнований. Отец же с мамой не пропустили ни одного. Они безумно гордились сыном, хотя до высот ему, конечно, было далековато. К слову, об этом говорить в нашем доме строго запрещалось. Для нас он был перманентным чемпионом. Самым лучшим.

– Ты мне ничего не должна! – Он аж покраснел. – Это я тебе должен! Спасибо! Я сначала думал его продать, но потом понял, что лучше оставлю себе! – Кирилл звучно поцеловал мячик, который сегодня где только не покатался.

– Фу! – Я скривилась. – Дай я хоть его помою. У меня на столе есть санитайзер, если ты хочешь лобызаться с грязным пластиком.

– Не смей! Его нельзя мыть больше никогда! Да он скоро будет стоить целое состояние, но еще важнее то, что он – мой. Спасибо, ты лучшая сестра на свете!

Кирилл резко бросился ко мне и крепко обнял. Я не поняла причины внезапного прилива нежностей, но на всякий случай обняла его в ответ, стараясь не дышать. Вдруг безумие заразное.

– Так что случилось-то? Думала, орать будешь. – Я похлопала мелкого по спине надеясь, что он меня отпустит.

– Что случилось? Ты реально ничего не поняла? Я был лучшего о тебе мнения, – надменно бросил он, падая на узкую кровать.

– Да что я должна была понять-то? – Я придвинулась на стуле к нему и попыталась заглянуть в телефон.

На удивление, меня никто не треснул по голове, не толкнул и даже не пукнул, чтобы защитить личные границы. Малой повернулся и тыкнул на кружочек в мессенджере, разворачивая экран так, чтобы мне было удобнее.

Я похолодела. Передо мной был тот самый тип, который пытался узнать мой номер. А на видео слишком дерзкий блондин стоял на коленях и извинялся передо… мной. Черт!

– Ты где это нашел? – Пришлось выхватить мобильник и открыть комментарии под видео.

«Симпатяжка», «Я б тоже извинился перед ней на коленях», «Номер-то взял? Или это так, по приколу было?», «А мне блондинка больше понравилась!» – комментарии появлялись слишком быстро, я не успевала их читать. Щеки в который раз за день залило краской. Стало неловко. Вернула телефон малому и отвернулась.

– Не, не, смотри! – Он снова настойчиво ткнул в меня телефоном.

Пришлось подчиниться. На этот раз он показывал короткие клипы. Разные ракурсы произошедшего со мной какой-то час назад. Подписи: «Чемпион России уделал хама не напрягаясь», «Кого оскорбить, чтобы Максим Исаев сыграл со мной?!», «Так девушку еще не завоевывали», – заставили меня покраснеть еще раз.

– Чемпион России? По чему? По неудачным подкатам?

Кирилл с силой треснул себя по лицу. Шлепок вышел впечатляющий. Пухлая щека покраснела.

– Ну ты и дура. Все, твой интеллект навеки потерян для мира. – Он вздохнул так, будто из-за меня в мире появился рак. – Чем ты думаешь-то? Задом? Это Максим Исаев! Понимаешь? Нет, ты не понимаешь! Максим Исаев – чемпион России по настольному теннису во взрослом одиночном разряде! До этого он был чемпионом мира в парном юношеском разряде с Ильей Анохиным! Он там рядом стоял, они вечно вместе ходят, друзья детства. У тебя что, даже мимолетной мысли не возникло, что перед тобой не обычный дебил?!

– Мне-то какое дело до чемпионов мира по настольному теннису? Где я, а где теннис?

– Ты сейчас меня так оскорбила, что я даже не знаю, что сделать, чтобы выразить всю мою злобу! – Мелкий подпрыгнул на кровати и замахнулся пяткой, явно собираясь меня пнуть.

Я откатилась, не желая попадать под удар вонючего носка. Киря недовольно щурился, вскидывал руки и что-то бормотал себе под нос. Я решила не искушать судьбу, открыла окно, задернула шторку и упала уже на свою кровать.

Хотя мы делили одну комнату, нам обоим хватало здесь места. Я, правда, надеялась, что через год окончу колледж, найду адекватную работу и съеду. Не то чтобы мне не нравилось жить с родителями – напротив, я их обожала, как и мелкого, хоть он и вонючка. Просто уже хотелось почувствовать этот вкус свободы, самой решать, когда приходить домой, что есть на ужин и все вот это вот, что делают настоящие взрослые.

Вздохнув, я решила пойти сполоснуться. Вспомнила о чужих слюнях, которые прилетели мне на коленки и на щеку. Гадость. Вздрогнув от мерзости, я схватила косметичку с уходовой косметикой и пошла в ванную. Надо было успеть до того, как папа вернется с работы. Мы старались ужинать всей семьей и обсуждать новости за день.

В ванной я уставилась на себя в зеркало, вновь и вновь прокручивая произошедшее. В тех комментах меня назвали симпатяжкой. Стало даже обидно. Я считала себя чуть больше, чем просто симпатяжкой. Но со стороны, наверное, виднее… Критично посмотрела на живот. Вроде, почти плоский. Нормальный. Или нет?

С тяжелыми мыслями я залезла в душ и тщательно намылилась, проверяя, впитался ли в меня запах винограда от нового геля для душа. Осталась недовольна, пришлось повторить еще три раза. Боялась, что чужие бактерии колонизируют мою кожу. Выбравшись из ванны, я протерла запотевшее зеркало. Без косметики стала выглядеть слишком молодо. В восемнадцать хотелось иметь более зрелую внешность. Надеюсь, скоро эти щеки куда-нибудь денутся, или я не знаю, что с ними делать.

Послышался щелчок. Вернулся отец. Я быстро собрала вещи, накинула халат и выскочила в коридор. Так и было. На шее у папы висел Кирилл, а мама стояла неподалеку в импровизированной очереди. Я подошла последней и обняла папу. Соскучилась, хотя мы виделись с утра, когда я в полусне закрывала за ним дверь.

За ужином я вяло ковырялась в тарелке. Может, чтобы сошла припухлость, нужно просто не есть?! Может, это и не припухлость вовсе… Точнее припухлость, только не подростковая, а весовая. Как узнать, есть ли у меня ожирение? Вдруг уже пора на передачу «Я вешу триста кг»?

Я не заметила, что от переживаний стала грызть пустую вилку. Мама расстроилась, хотя со мной давно такого не было. Все-таки, последние полгода я вела и чувствовала себя почти нормально. Решила не комментировать. Вместо этого слушала рассказ папы, как прошел его день на работе. Мне всегда это нравилось. Вроде простая офисная работа. В фильмах, правда, офисники чаще всего просто пьют кофе и разговаривают, но отец всегда приносил с собой забавные истории.

– А Ева обещала завтра сходить со мной на тренировку! – Мелкий хитро улыбался, поглядывая на меня.

– Это так чудесно. – Мама всплеснула руками. – Кирилл давно этого ждал. Ты такая хорошая сестра.

Она легко коснулась моей щеки. Пришлось кивнуть и улыбнуться. Что ж, если за отсутствие риска для продолжения жизни на одной территории с пубертатником нужно пару часов потерпеть других подростков и послушать стук мяча о стол, я готова.

После ужина я взяла ноутбук и задумалась: зачем? Какой-то импульс заставил меня зайти в Яндекс и забить в поиск только что узнанное имя. По запросу «Максим Исаев» интернет выдал мне кучу информации о Штирлице, каком-то разведчике, пожарнике, продюсере… Господи, какое популярное имя. Точнее – популярное среди знаменитостей. Если пожарника и разведчика можно назвать знаменитостями.

В итоге пришлось смириться с поражением и добавить «чемпион России по настольному теннису». Выдача запестрела спортивными статьями, его блогом, кучей видеозаписей и интервью. Публичный тип. Полистала инфу по нескольким ссылкам, мельком глянула картинки и закрыла, поругав себя за несдержанность.

«Тебе не интересно. Было бы интересно, ты бы дала ему свой номер», – проворчала я сама на себя и достала смартфон.

Забыла, что еще днем перевела его в авиарежим. Уведомления посыпались на меня градом. Кажется, за эти несколько часов про меня вспомнили вообще все.

Первым делом я открыла переписку с малым, пролистала смайлики-какашки и странные сообщения: «Только попробуй не донести его до дома, я тебя никогда не прощу!» Катя и Женя в нашем общем чате бурно обсуждали произошедшее, обмениваясь ссылками.

Еванга: «Блин, от вас я такой подставы не ожидала!»

Кажется, в нашей переписке собралась вообще вся подноготная на Максима Исаева чуть ли не с рождения. Когда они только успели все это нарыть?

Катенок: «Ты лучше почитай про него, не такой простой тип».

Женетворец: «Да ну, милашка же!»

Женя прислала какие-то мемы с его лицом. Я цокнула языком от недовольства. Интересно, долго он будет меня преследовать? Надеялась, отвалится сразу, как мы уйдем из парка. Разобрала переписки, расставила эмодзи на пришедшие сообщения, кому-то ответила, кому-то отправила смешные стикеры с котиками. А потом что-то дернуло зайти к себе в блог.

От увиденного мои брови едва не покинули границу лица. Плюс сто подписчиков! Откуда? Реакций наставили, комментарии какие-то странные… Я вела его по фану, просто тренируясь для будущей работы. Ведь чтобы вести социальные сети какой-нибудь компании, настраивать таргет, рекламу, работать с блогерами и так далее, нужно хотя бы отдаленно понимать алгоритмы. Блог рос медленно и неуверенно, мне больше и не нужно было, а тут разом сто человек! Надеюсь, меня не забанят… Откуда они только взялись?