В сон Пети ворвался тихий женский смех и негромкий голос деда. И запах свежих блинов. Он посмотрел на часы – 7:30. «Да вы с ума посходили в такую рань! Суббота!» Но неожиданно для себя осознал, что в принципе неплохо выспался в гостевой комнате на втором этаже. Дом деда располагал к отдыху. Пете даже казалось, что только здесь он по-настоящему мог расслабиться.

А в кухне-гостиной хозяйничала Рита. Серые велосипедки, в которые в этом сезоне почему-то облачились все девушки Москвы, и розовая футболка оверсайз ей ужасно шли. На голове замысловатый пучок, украшенный ярким платком. Петя застыл на лестнице, любуясь девушкой. Дед его заметил и радостно позвал:

– А у нас тут блины, Петя, иди к нам!

– Привет, Петюня! – Рита помахала рукой, вымазанной в муке.

– Ты как добралась в такую рань? – спускаясь, спросил Петя. – Не ждал так рано.

– На машине, понятное дело. Суббота же. Кто долго спит в субботу, тот долго едет на дачу. А я за час домчала!

– Круть! Ну-ка дай попробую блинчик!

Петя сгреб пятерней горячий блин с высокой стопки и, обмакнув его в сметану, с наслаждением отправил в рот…

– Ну куда руками! Вилка же есть! – Рита рассмеялась, глядя, как Петя дует на слегка обожженные пальцы.

– М-м, как вкусно!

– Наслаждайся! Мамин рецепт!

Рита неспроста гордилась своими блинами. Тонкие, в меру сладкие, приготовленные на правильной чугунной сковороде, они были хороши и со сметаной, и с дедушкиным яблочным джемом.

– Ну что же, друзья, поможете яблоки собрать?

Петя с Ритой согласно кивнули. И закипела работа. Дед, несмотря на возраст, поддерживал участок в образцовом порядке. Но был ряд дел, с которыми он уже не справлялся. Собрать урожай яблок, подпилить сухие ветки деревьев, поправить забор, обновить ступени в пруду – дед с мая по октябрь плавал по утрам в любую погоду. И Петя старался хотя бы раз в месяц проводить выходные здесь. Звонить дед не любил, все старался быстрее закончить разговор, мол, приезжай и поговорим. И Петя с удовольствием приезжал. А вместе с ним и Настя, и Шишкин, и коллеги. И Рита. Дед всем был рад. Говорил: «Общение с молодыми – самый лучший способ оставаться на связи с миром».

Так легко на душе у Пети давно не было. То ли Бехтерев помог переварить ситуацию. То ли время лечит. Но про Настю Петя почти не вспоминал. «Отболело».

Петя посмотрел на Риту и улыбнулся. Как она ловко балансирует на лестнице в этих своих велосипедках, дотягиваясь до верхних веток с яблоками, как с наслаждением вгрызается в сочную мякоть, как смеется шуткам деда.

Петя мысленно вернулся в тот вечер два года назад, когда они радийной командой поехали в караоке. Редакторы навеселе горланили «Владимирский централ», ведущие – хором – «Кукушку»… Ставили и Лободу, и Аллегрову – по приколу. В какой-то момент Рита взяла микрофон и под едва слышный аккомпанемент караоке запела «Нежность» Майи Кристалинской. И пела она это так по-своему, по-особенному. Тот самый случай, когда любительское пение трогает не меньше, чем профессиональное.

Опустела без тебя Земля…

Как мне несколько часов прожить?

Так же падает листва в садах,

И куда-то все спешат такси…

Только пусто на Земле одной

Без тебя, а ты…

Ты летишь, и тебе

Дарят звезды

Свою нежность…

Петя смотрел на Риту тогда и не понял, в какой момент восхищение песней сменилось желанием прикоснуться. Но сложилось так, что из бара они уехали вместе с Настей, спустя неделю уже жили вместе и строили планы на будущее. И никогда раньше Петя не задавал себе вопрос, а могло ли быть по-другому.

Теперь он смотрел на Риту и не понимал, как они смогут оставаться друзьями. Как им в принципе удавалось быть все это время друзьями. Петя устыдился своих мыслей. Да, не все было гладко у них с Настей, но они были счастливы. Какое-то время. Как понять, было ли это любовью? И что с ним происходит сейчас?

К вечеру с делами было покончено и все трое собрались у костровой чаши. Дед приготовил ребрышки, которые Петя привез накануне. Рита порезала овощи, крупно, как любили оба Соколова, поставила крупную соль рядом и оливковое масло. Открыли красное сухое, Рита уютно устроилась в плетеном кресле, закутавшись в плед. Идеальный вечер. Солнце закатилось за горизонт, и началась неспешная беседа обо всем на свете.

– Дед, вот что меня в последние дни удивило. Мой новый босс, Антипов, практикует йогу и медитации каждый день. Никогда не думал, что у столь занятого человека есть время на ежедневную практику.

– В наше время это называлось «зарядка и аутотренинг». Дает хорошие результаты, – ухмыльнулся дед.

Рита рассмеялась.

– Ладно, дед Степан, кроме шуток, что ты думаешь? Это работает? – поддержала тему Рита.

– А я и не шучу. Самовнушение – сильное оружие. Интересно, что на Востоке и на Западе разными словами называют одно и то же. Базис разный, а суть одна.

– А ведь твоя правда, дед, – согласился Петя. – В восточной психологии процесс самовнушения связан с мистикой, а в западной – это что-то практичное и приземленное.

– А для меня медитация – это быть здесь и сейчас, – задумчиво произнесла Рита. – Огонь, закат, простая еда, музыка. И я черпаю силы в этом.

– Ты еще скажи: быть в моменте. Это модное выражение так раздражает, – покачал головой Петя.

– Ну и пусть раздражает, – с вызовом посмотрела Рита на Петю. – Зато мне, чтобы наслаждаться жизнью, не нужно ничего придумывать. Я просто живу, и мне не нужны философские концепции.

– Некоторые духовно просветленные называют это осознанностью… – опять поддел Петя Риту.

– Ну так ты же у нас знаток духовных практик, гуру девятой ступени… – вспылила Рита.

– Да ладно тебе, Рита, не обижайся…

– У тебя и эксперт по йоге имеется. Вот ее и спрашивай тогда… – окончательно разозлилась Рита.

Только сейчас Петя осознал, что полностью никому не рассказывал всю историю – о гуру, ретритном центре, Насте и Бехтереве. Не время это делать и сейчас, не время.

– А вот у нас в армии, – громко встрял дед, разряжая обстановку, – психологов, философов не было. Но были замполиты. И они в психологии отлично разбирались. На своем уровне, конечно.

– Дед Степан, обожаю ваши армейские байки, – улыбнулась Рита.

– Мне один подполковник как-то сказал, – неторопливо продолжил дед, – личность военнослужащего состоит из трех частей: направленность, характер и способности. Все.

– Надо же, как незамысловато, – рассмеялся Петя.

– Да, Петя, самые эффективные модели, как правило, самые понятные и основаны на практике. А в армии важно, чтобы модель была простая, чтобы быстро и просто с ее помощью управлять большими группами людей…

– Так, обоснуй! – потребовал Петя.

– А ты не перебивай! – строго обрубил его дед.

Петя с Ритой переглянулись, Петя сделал большие глаза, тайно, чтобы дед не заметил. Рита улыбнулась, и Петя понял, что обида прошла.

– Так вот, повторяю. Направленность, характер и способности. – Дед поворошил поленце, и оно красиво рассыпалось искрами. – Направленность – это базовые установки, чем живет человек, к чему стремится, его ценности. Характер – его индивидуальность, проявляется в поведении, это эмоциональные и волевые черты, например уравновешенность, смелость, находчивость, решительность и тому подобное. Способности тоже понятно – те особенности интеллекта, которые позволяют ему быть успешным в какой-то деятельности. Обосновал?

– Обосновал! – подтвердил Петя.

Дед удовлетворенно подмигнул Пете и засобирался в дом.

– Так, вы еще посидите, а я спать.

Петя сел рядом с Ритой. Она завороженно смотрела на огонь.

– Нет ее в моей жизни больше, Рита, мы закончили нашу историю с Настей. Совсем.

Рита помолчала, сделала большой глоток вина. И подняла глаза на Петю.

– Петя, окончательная разлука между людьми никогда не случается, если не смирились оба. Ты ее отпустил?

– Это конец, поверь мне.

Петя тоже уставился на огонь. Молчание затянулось.

– А ты, ты готова к началу чего-то нового? Со мной?

Петя наконец взглянул на Риту – она выпустила бокал из руки на траву и крепко спала.

«Медитация – страшная сила», – подумал с улыбкой Петя, но мысленно пообещал себе при Рите так не шутить.

Утром Петя проснулся от яркого луча солнца, коварно бившего в щель между шторами прямо в левый глаз. Аккуратно сел на кровати, стараясь не потревожить Риту, уютно свернувшуюся калачиком рядом. Петя смотрел на ее безмятежное лицо и думал, что хотел бы повернуть время вспять, вернуться в тот караоке-бар. Но зато сейчас эта девушка лежит в его постели. Сама нежность. И сила. И женственность. Сочные губы, высокие скулы, каштановые волосы локонами разметались по подушке. Он больше не мог воспринимать ее присутствие в своей жизни как обыденность. Теперь казалось, статус «просто друзья» – это нелепая случайность. Петя тихонько тронул ее за плечо и позвал.

Рита распахнула глаза и испуганно ахнула:

– Петя? Мы не натворили делов?

Она так смешно стала ощупывать себя спросонья, что Петя рассмеялся.

– Нет-нет, все в порядке. Ты уснула в кресле на улице, я тебя перенес сюда. И ты отлично, надеюсь, выспалась в моей постели.

– Фух, – облегченно выдохнула Рита и потянулась.

– А если бы что-то было…

– Петя, какие сложные вопросы рано утром, – простонала Рита и спрятала голову под подушку.

– Уже 12, позавтракаем и поедем?

И Рита обреченно кивнула.