Дорогой Михаил Михайлович.
Как вы живете? Я – худо. Пока ничего, кроме статьи об убийстве Троцкого, о которой я, кажется, Вам говорил, здесь не устроил. Издатель Кнопф все еще не дает ответа о «Начале конца». В здешних больших газетах появились два интервью со мной[63], я их послал Кнопфу, – может быть, это немного на него повлияет, хотя я этого не думаю (так думает мой литературный агент).
Зато дело журнала начинает подвигаться. Некоторая сумма мне обещана твердо, примерно около 1500–2000 долларов, с той оговоркой, что если в ближайшее время образуется ежедневная газета (Керенского)[64], то и эти деньги пойдут на газету (капиталисты обычно везде одни и те же): я и сам с самого начала так поставил вопрос: газета на первом плане, как большее литературное предприятие. Теперь как быть с осуществлением Вашей идеи обращения к пятидесяти лицам? Не отказываетесь ли Вы от нее? Ведь я этих людей не знаю, стало быть, это непрошеное лишнее бремя легло бы главным образом на Вас? А если Вы не передумали (заранее сердечно благодарю), то могу ли я быть полезен и как? План Вам известен: толстый журнал типа «Современных записок» (но, конечно, не «Совр.<еменные> записки»), при ближайшем участии Вас, Бунина, Керенского, Цейтлина, Сирина, Зензинова. Эти согласие дали. Ростовцев, Панина и Толстая обещали мне участвовать в журнале, но я еще не спросил их, согласны ли они дать свои имена для формулы: «при ближайшем участии». Думаю, что и вообще Вашего имени было бы достаточно для запроса этим пятидесяти лицам? Пожалуйста, напишите мне.
Имею к Вам просьбу, на которую прошу Вас ответить без малейшего стеснения (если Вы ее исполнить не можете). Я получил для Полонского материальный аффидевит[65]. Теперь нужно получить еще моральный, никаких обязательств, как Вы знаете, на выдающего не возлагающий. Вы недавно выдали таковой Лунцу. Согласились ли бы Вы выдать моральный аффидевит и Полонскому? Я в точности не знаю, какова его формула, но так как Вы это недавно проделали для Лунца, то Вы это знаете. Если это для Вас стеснительно или займет слишком много времени, напишите мне, пожалуйста, откровенно: я не обижусь. Если же Вы можете это сделать, то приношу Вам глубокую благодарность. Тогда пришлите его мне. На этот случай предлагаю Вам данные – копию того, что я составил для «эмердженси виза»[66].
Возвращаясь к журналу, скажу, что если 2000 будут собраны, то я дело начну. Тогда первую книгу я хотел бы выпустить еще до лета приблизительно в таком составе: Беллетристика: Бунин («Темные аллеи»[67]), Сирин (обещанное им начало нового его романа[68]), я[69] и, быть может, А. Л. Толстая[70]. Полубеллетристический материал: работа Цетлина о «кучке»[71] – биографический материал, связанный с этими композиторами[72]. Статьи: Ваша[73], Керенского[74], быть может Паниной[75], Авксентьева[76], моя[77]. Работа Зензинова о русских монастырях в Финляндии, об их культурной роли, он вывез интересные материалы[78]. Быть может, научная статья Ростовцева и воспоминания Милюкова[79]. И, во всяком случае, большой хорошо поставленный критико-библиографический отдел. Надеемся на Ваше участие также и в этом отделе? Имени редактора и самого этого слова, вероятно, не будет[80].
Буду Вам очень благодарен за скорый ответ. Еще раз спасибо и сердечный привет Вам и Вашим, также от моей жены.
Не имеете ли новых известий о Лунце?
Машинопись. Подлинник. BAR. Aldanov. Jan. 1941 – Oct. 1941.