План был великолепным и надежным как швейцарские часы, как говорил «Большой Лебовски». Выловить пятидесятилетнего извращенца, когда он придет на встречу с малолеткой и забрать у него лавэ. В тот вечер я остался во дворе Сун и запрыгнув на выкрашенные в желтый цвет, качели, стал ждать. Войти в её профиль Вконтакте я не могу, ибо она может быть там онлайн. Следовательно, нужно дождаться, пока она не перестанет пользоваться интернетом. Я курю одну за одной сиги, медленно раскачиваюсь на качелях и смотрю на её окошко.

Мне стало стыдно за свои слова. Почему я сегодня так вывел её из себя? Зачем так сказал? Наверное, потому, что мне попадались в последнее время не самые хорошие девочки. Летта, Вика с карэ… Беспринципные суки… Но не стоит ведь думать, что все женщины такие! Второй раз уже я расстраиваю эту милую девочку с её одноглазым котом. Впервые это было в детстве, когда она пыталась со мной подружиться и замутить. Я и тогда повел себя не лучшим образом. Она этого не заслуживает, а я просто мудак.

Вдруг вижу, что свет в комнате Сун погас и значит девушка уже легла, чтобы хорошенько выспаться перед экзаменами. Я вытаскиваю айфон и захожу в её Вк. Пишу извращенцу с обрезанным членом, сообщение:

Sun Kwon 22:13

Можно встретиться сегодня.

Филатов ждал этого сообщения очень страстно. Ответ не заставил себя долго ждать.

Эдуард Филатов 22:15

Ты не ответила, ты бреешь там?

Sun Kwon 22:17

Перед встречей побрею…

Эдуард Филатов 22:18

Сколько за час?

Sun Kwon 22:20

Пятнадцать тысяч.

Любитель бритых кисок сначала пишет, что ценник завышен, ломается, пытается сбить цену, но в итоге соглашается. Мы договариваемся встретиться в парке через час, у фонтана с бетонным сердцем, где объясняются в своих чувствах влюбленные нашего города. Я покидаю двор Сун и набираю номер Шульца.

– Тема есть, повеселимся… Педофила одного местного надо наказать!

Друг был очень рад, услышав про мероприятие, которое я задумал провести этой ночью. Мы надели на рожи, черные медицинские маски. Я прихватил из дома биту. И чтобы старый извращенец обгадил себе штаны и выложил все деньги, я обмотал биту колючей проволокой. Выглядит впечатляюще. Вечер обещал быть веселым.

Филатов на место встречи пришел с пакетом и цветами. Мы вышли из кустов и подошли к нему. Оба на адреналине. Перед нами стоял высокий, слегка обрюзгший тип в очках с диоптриями. Я спрашиваю у мужчины:

– Ну здравствуй, Эдуард, вы кажется кого-то ждете?

– Мы знакомы? —испуганно спросил он, увидев наши черные маски и биту.

– А ты вспомни, кому накануне писал… Цветы кому принес… Что у тебя в пакете?

– Вас это не касается! Я переписывался с девушкой!

– А ты знаешь, сколько ей лет?

– Вас не волнует, сколько ей лет!

– Со мной ты переписывался, диоптрия! А Сун – моя девушка! Ты просил её оценить свой хер обрезанный!

– Я сейчас вызову полицию! —мужчина попытался вытащить телефон.

Шульц бьет ему под дых и схватив за пиджак, тащит в сторону подальше в тень, не дав ему это сделать. Тот сопротивляется и пытается вырваться, но у парня сильные руки. Филатов понимает, что убежать у него уже не получится.

– Вы кто такие, молодые люди? Что вам надо?

– Девочке, которой ты писал свои грязные сообщения – всего 15! —говорит ему Шульц.

– Простите! Я просто влюбился!

– Больная у тебя какая-то любовь получается…

– Только пожалуйста не надо меня бить! У меня больная печень!

– Ты у несовершеннолетней девочки нюдсы выпрашивал, мразь педофильская!

«Конечно, этот старикашка по нашим меркам, не знал значения современного сленга, на котором мы разговариваем…» -подумал я и прояснил:

– Фотографии с её голыми прелестями… И сам ей свои блевотные фото присылал с гениталиями! У меня осталась переписка. Знаешь, чем это пахнет? Статьёй! Хочешь на зону? Если нас сейчас полиция накроет, тебе будет хуже, поверь!

– Хорошо. Что вы хотите от меня?

Шульц роется в пакете и вытаскивает бутылку вина.

– А ты донжуан… -говорит он.

– Ты предлагал ей деньги за интимные услуги! Ты их принес?

– Я отдам вам их, только не бейте больше!

«Влюбленный» полез в карман пиджака и вытащил три купюры по 5 тысяч рублей. Я вырываю бумажки из его рук и спрашиваю и напуганного извращенца:

– Кем работаешь?

– Преподаю в институте.

– Странно, что не священник… – усмехнулся Шульц.

– У тебя есть семья? —продолжаю я свой допрос.

– У меня есть жена… И двое детей.

– Сколько лет?

– Сыну -18, дочери-14…

– Ну ты мра-а-азь… -мне хочется ударить мужчину. —Тебе бы понравилось, если бы ей написал тип вроде тебя и предложил вставить свой обрезанный…

– Ребята, я заплатил, что вам от меня ещё нужно?

Шульц бьет мужчине кулаком в живот. Очки падают на асфальт. Эдуард закашлялся. Без очков он внешне очень напоминает голливудского актера Кевина Спейси. Я успокаиваю друга:

– Не надо больше насилия… Мне тоже хочется ему втащить, но я держу себя в руках.

– Мне очень стыдно и я больше не буду! Удалю свой аккаунт из сети! —чуть не плача произнес Филатов.

– Погнали отсюда! —говорит Шульц, схватив бутылку вина, как трофей.

– Короче, профессор… Мы знаем кто ты и что ты. Если надумаешь обращаться в полицию, я покажу им твою переписку и твоя семья и все твои знакомые узнают, что ты за дерьмо на самом деле… Какая гниль у тебя внутри! —я отвернулся и собирался было уходить, но решил добавить. —И если напишешь этой девочке, мы тебя найдем и изуродуем… -замахиваюсь битой на него. —Я за неё любого порву, понял?

Педофил зажмурился. Я опустил биту.

– Да ладно, не ссы влюбленный… Никто не узнает! -и с этими словами, раздавил кроссовком очки на асфальте.

Когда Кевин Спейс Павловского Посада открыл свои глаза, мы уже бежали прочь из городского парка, сорвав в лиц маски.