Богдан

Новый Год. Шумный, тёплый, наполненный смехом близких. Наш дом встретил большую родню с комфортом. Только родители Миры беспокоились о расстоянии от себя, но ничего — устроим их переезд ближе, если понадобится. Мои родители сияли счастьем, увидев полный состав семьи. Радовал и старший брат Олег, вернувшийся к Лене. Познакомившись с Алексеем, парнем Ульяны, понял, что у них всё серьёзно. Хоть раньше равнодушие к ней наполняло мою душу, этот факт принёс облегчение.

Я видел, как Мира украдкой смотрела на меня, и в её глазах уже не было прежней стены, было что-то новое, мягкое. Когда на следующее утро последняя машина уехала, и воцарилась тишина, мы с ней просто молча обнялись посреди гостиной. Страх отпустил, осталась лишь тихая, оглушительная радость.

Следующие несколько дней были самыми счастливыми в моей жизни. Мы были просто мужем и женой, которые заново учатся быть вместе. Смотрели кино под одним пледом, и я не мог наглядеться на её профиль в свете экрана. Готовили ужин на нашей просторной кухне, и её смех, когда я ронял ложку, был для меня лучшей музыкой. Гуляли по заснеженному лесу, и её рука в моей — единственный компас, который мне нужен.

Сегодняшнее утро, пятое счастливое утро подряд, начинается, как и предыдущие четыре. Открываю глаза и некоторое время лежу неподвижно, созерцая профиль спящей рядом Миры. Люблю наблюдать за ней, когда она спит — в эти минуты она кажется совершенно беззащитной и открытой. Мне достаточно посмотреть на неё, вдохнуть аромат её волос, ощутить дыхание рядом, чтобы начать день счастливым. Не ожидая её пробуждения, встаю с постели и отправляюсь готовить завтрак.

Возвращаюсь с дымящимся подносом, на котором свежезаваренный чай и тосты со сливочным сыром. Проходя порог спальни, останавливаюсь, поражённый увиденным зрелищем. Мира сидит на краю кровати, вытянув ноги, а ладони лежат на животе. Её взгляд задумчив и напряжён одновременно.

— Что-то не так? — поспешно спрашиваю.

— Просто... тянет немного. Внизу живота, — Мира смотрит на меня, и в её глазах читается не столько беспокойство, сколько решимость. — Наверное, пора.

— Но ещё рано! — вырывается у меня, и я тут же ставлю поднос, чтобы подойти к ней.

— Не забывай, у нас двойня. С ними всё происходит немного иначе, — произносит мягким успокаивающим голосом.

Я знаю, что двойни рождаются раньше стандартной беременности. За время нахождения в больнице я прочитал кучу статей. Но знать и ощущать — это разные вещи. Волнение проносится по телу. Помогаю Мире одеться, и когда приседаю, чтобы надеть на её немного отёкшие ноги тёплые носочки, меня накрывает такой волной нежности, что перехватывает дыхание. Я люблю её до кончиков пальцев. До каждой клеточки.

Дорога в роддом как в тумане. Глядя в зеркало заднего вида, отмечаю по лицу Миры, что схватки усиливаются. Проводив её в приёмное отделение, не ухожу. Не могу. После решения вопроса о палате остаюсь сидеть в коридоре. Последующие часы — самое тяжёлое испытание. Каждая минута тянется как год. Мысленно прошу прощения за всё и молюсь, чтобы с Мирой и детьми всё было хорошо.

Напрягаюсь, видя, как медсестра направляется в мою сторону.

— Поздравляем, у вас родились две дочери! Мама и дети чувствуют себя хорошо.

Выдыхаю с огромным облегчением. Узнав точное время визита, спешу покинуть больницу, но вскоре возвращаюсь обратно. Ровно к семи вечера снова пересекаю порог учреждения, надев стерильный халат и следуя в палату. Мира полулежит на кровати, немного бледная, уставшая, но невероятно красивая. Рядом стоят два маленьких стеклянных кювеза, в каждом из которых лежат они — две крошечные малышки, похожие на миниатюрных фей. Они спят, морща крошечные личики, беспомощные и очаровательные.

Подхожу к кровати, не в силах произнести ни единого слова, осторожно беру руку Миры и прикладываю её к своим губам. Наши взгляды встречаются, и я теряюсь в глубине её взгляда.

— Какие имена дадим нашим красавицам? — тихо произносит.

— Я... я давно думал, — говорю, подавляя нахлынувшие эмоции. — Когда я знал только об одной дочери, то думал об имени Дарина. Но когда узнал, что их двое... в голове само собой появилось второе имя — Марина.

Мира переводит взгляд с меня на девочек и обратно, и её усталые губы расплываются в широкой счастливой улыбке.

— Прекрасные имена! Дарина и Марина, ударение на букву «и».

Её согласие согревает меня изнутри, и я наклоняюсь, нежно обнимая её, искренне радуясь тому, что она приняла моё предложение. Вновь взглянув на обеих дочерей, как на самое большое чудо в своей жизни, осознаю, что ради них я готов свернуть горы.

— Спасибо, родная! — шепчу и тону в её тёплом взгляде, который греет моё сердце. — Люблю тебя больше жизни!

Мысли мои устремляются вперёд: верю, мы будем счастливы. Я сделаю всё возможное для этого и буду делать это каждый день до конца своей жизни. Даю слово!

Конец

_______________________________

Дорогие читатели!

Искренне благодарю вас за то, что вы вместе со мной дошли до конца в истории Богдана и Мирославы. Эта история писалась долго, но от души. Спасибо вам за внимание и терпение!

*********************************************