«Вот и всё! Как грустно заканчивается сказка про Богдана и Мирославу», — посетила меня мысль, стоило только закрыться двери.

Набрав полную грудь воздуха, замираю, отсчитываю несколько ударов сердца и медленно выдыхаю. Но этот приём мало помогает. Сердце колотится так, словно вот-вот выпрыгнет из грудной клетки. Меня трясёт всю, полностью. От бешеного пульса стучит в висках и такое чувство, что я ощущаю пульсацию и в глазах. Какой кошмар!

«Ещё чего, не хватало заработать себе нервный тик».

Дотрагиваюсь дрожащей рукой до живота. Единственная радость внутри меня. Мои девочки, мои крошки!

«Мне нужно думать о них». Я уже их очень люблю, дорожу ими. Меня просто переполняют эти чувства.

«Одуреть! Вот это гормоны. Только что злилась и испытывала раздражение, а сейчас уже переполняет ощущение нежности и любви», — поражаюсь сама себе, поглаживая животик.

Слышу движение за дверью квартиры, будто что-то упало. Одёргиваю сама себя, что нечего стоять здесь истуканом и с абсолютно лёгким чувством решимости и правильности своих действий иду в сторону лифта.

На выходе из подъезда взгляд бросается в сторону парковки. Внедорожник Богдана стоит на своём обычном месте. Останавливаюсь. Вглядываюсь. Комплект колёс, который муж долго ждал, наконец-то доставили и буквально вчера, как он часто выражался, "переобулся”. Богдан — любитель больших машин. С новыми колёсами его Лексус насыщенного вишнёвого цвета смотрелся круто. Я называю его “сочный”. Лёгкая улыбка сменилась мыслью, от которой мне стало одновременно страшно и стыдно: «Я бы проткнула ему все колёса».

Страшно от того, как мне вообще могло прийти это в голову. Я в принципе незлопамятный человек, но, видимо, бывают в жизни огорчения. Стыдно, оттого что перед само́й собой, стыдно. Машина здесь ни при чём.

— Мира!.. Мирослава! — слышу в стороне своё имя.

Я не заметила, как подъехала Ульяна. Она уже вышла из машины и звала меня. Направляюсь к ней. Подхожу к открытому багажнику, складываю выдвижную ручку чемодана, но Ульяна сама берёт его и загружает.

— Что с тобой? Чего зависла-то? — интересуется с лёгкой улыбкой она.

— Эм…, думала проткнуть все колёса на его машине, — произношу спокойно и иду садиться в салон её автомобиля.

— И, что тебя остановило? — спрашивает Ульяна, удобно расположившись на водительском кресле.

— Совесть, Ульяна, совесть, — устало выдыхаю. — Давай, давай, заводи, — жестикулирую, — я хочу уехать отсюда, — поторапливаю её.

Ульяна издаёт лёгкий смешок и принимается заводить машину.

— Значит, Богдан сильно накосячил, раз дело дошло до “сочного”? — продолжает ухмыляться, трогаясь с места.

— Да, сильно… я застукала его, в его же кабинете, с его же секретаршей, — отчётливо говорю.

Глаза Ульяны округляются моментально. Видно по ней, что она охренела от новости. Переводит свой изумлённый взгляд то на меня, то на дорогу.

— Он, что, нюх совсем потерял? — удивлённо произносит.

— Не знаю…, что он там потерял, но то, что он…, - сглатываю, чтобы сдержать подступившие слёзы, — изменил, — выдавливаю из себя это ужасное слово, — факт. Я подам на развод, — выдыхаю и перевожу взгляд на боковое стекло.

— Пипец! Вот это новость! — громко заявляет на весь салон автомобиля. — Как так-то! Вы же самая охренительная пара! У вас ребёнок скоро будет! — не унимается, ударяя рукой по рулю, задев кнопку звукового сигнала на руле.

Я вздрагиваю и на миг пугаюсь от звука сигнала машины. Ульяна ярый поклонник нашей пары с Богданом. Да и не только она. Все наши родные, друзья и знакомые говорят, что мы красивая пара, замечательно подходим друг к другу.

У само́й в голове до сих пор не укладывается, что всё так резко может измениться в жизни.

— Богдан, твою мать!!! — разгневано произносит Ульяна.

Смотрю на неё, как она пыхтит, а крылья её носа раздуваются от частого дыхания. Ей палец в рот не клади, откусит. Глаза её сверкают, и на миг мне показалось, что будь Богдан рядом, она бы его прожгла насквозь.

Я не заметила, как мы выехали за город и повернули в сторону базы отдыха. Я так устала, что идея уехать на выходные сейчас казалась мне самой правильной.