Слышу, как урчит желудок. Отлично! Потому что первый пункт моего бизнес-плана по превращению фиктивного брака в настоящий — доведение фигуры Рейнары до сексуально-соблазнительной кондиции.

— Мара, я хочу есть. Где тут у вас кухня или столовая? — спрашиваю служанку.

— Госпожа, вы отдыхайте, а я всё принесу вам в комнату. Как обычно. К тому же по наказу доктора Корса сегодня лучше не тратить силы. Сейчас как раз время ужина, так что еда будет быстро готова.

Киваю и откидываюсь на подушки.

В ожидании раскладываю в голове пасьянс из обрывков воспоминаний жизни Рейнары. Однако как ни стараюсь, не могу вспомнить лица её возлюбленного.

Через какое-то время Мара возвращается с подносом в руках. Ставит его мне прямо на кровать, потому что у него имеются небольшие ножки.

Я удивлённо вскидываю брови, когда вижу перед собой жалкую миску с какой-то жижей и маленький кусочек хлеба.

— Это что? — спрашиваю, кривя губой.

А где мясо, рыба или другой белок? Где клетчатка и витамины? Как с таким питанием я должна буду идти на поправку, и уж тем более надувать полусдутые шарики?

— Так это ваш обычный рацион, — удивляется Мара. — Сегодня хлеб снова есть не будете?

Понятно, почему Рейнара такая тощая. Заморить себя голодом решила? Ну уж нет, Рае нужны силы для свершения великих дел.

— Буду. Ещё как буду. Только мне этого мало! Ты же слышала, что лекарь сказал — нужно хорошо питаться. А такими темпами ты меня скоро за опорой балдахина не увидишь. Давай, показывай, где у вас тут господа едят.

Отставляю столик, откидываю одеяло и встаю с кровати, ныряя в меховые туфли.

Направляюсь к двери.

— Госпожа… — шепчет ошарашенная Мара.

— М-м? — спрашиваю через плечо.

— Вы в таком виде пойдёте?

— Точно, из-за голода голова совсем не соображает. Тащи мой халат, — говорю Маре, осматривая полупрозрачную ночнушку.

— Вы пойдёте в халате? В столовую? — уточняет Мара, которую эта информация ещё больше озадачила.

— Я вроде бы у себя дома, к тому же на больничном. Мне что, нужно надевать парадное одеяние, чтобы поужинать?

Хмурюсь.

— Тащи халат. Я сейчас умру от голода! — приказываю.

А я быстро вошла во вкус! Иметь личную служанку очень удобно!

У меня была помощница, которая помогала мне с первичными документами, а также занималась отчётностью, но за едой и одеждой она не бегала.

Мара открывает небольшую дверь, которая не сильно выделяется на фоне стены, и приносит оттуда белый шёлковый халат. Догадываюсь, что там расположена гардеробная комната.

— А потеплее нет? Махрового, например? — оглядываю тонкую тряпочку.

Служанка тактично оставляет без внимания моё замечание, видимо, продолжая считать меня сумасшедшей.

Ну и ладно. Так даже лучше. Иначе могут возникнуть подозрения, что в теле госпожи Уитморт поселилась самозванка.

Надеваю халат и завязываю пояс бантом. Щиплю себя за щёки и несколько раз прикусываю губы, чтобы убрать смертельную бледность и сделать лицо немного свежее. Взбадриваю руками волосы у корней.

Произвожу манипуляции на автомате, не задумываясь. Действия, выработанные годами, для хорошего впечатления при посещении контрагентов.

Красота — страшная сила. И я никогда не брезговала ей пользоваться. Женщинам, чтобы выжить в мужском, патриархальном обществе, нужно задействовать любое оружие. Тем более, если сама природа одарила тебя тяжёлой артиллерией.

— А Дрейк уже поел? — спрашиваю с надеждой.

— Господин Уитморт обычно ужинает у себя в кабинете, — отвечает Мара.

— То есть супруги Уитморт всегда ужинали отдельно? В смысле, я и Дрейк.

Служанка кивает.

Весёлая семейка.

Ладно, всё равно сегодня я не готова к новой встрече. Сначала нужно привести себя в а̶п̶п̶е̶т̶и̶т̶н̶ы̶й̶ приглядный вид.

Наконец, выхожу из комнаты и ахаю, потому что в две стороны ведут длинные тёмные коридоры. Факелы в виде драконов на стенах отбрасывают на пол пляшущие тени, создавая иллюзию полёта этого зверя. Или птицы? Ящерицы? Хищника!

— Госпожа, вы и это забыли? Нам сюда, — говорит Мара, показывая путь.

Мы спускаемся по широкой лестнице с ковровым покрытием в просторный холл. Из-за полумрака ёжусь, невольно обхватываю себя руками. Так и кажется, что из какого-нибудь угла выпрыгнет чудовище.

Мара направляется дальше, я стараюсь не отставать.

Наконец, заходим в помещение с длинным обеденным столом, на котором стоит множество свечей в изящных позолоченных подсвечниках.

Сколько денег они тратят на освещение? И какое количество нужно слуг, чтобы постоянно менять прогоревшие свечи и начинки факелов?

Шумно отодвигаю ближайший стул. Он оказывается очень тяжёлым. Из свинца что ли сделан?

— Госпожа, я пойду распоряжусь, чтобы вам тут накрыли.

— И скажи им еды принести побольше! Что обычно ест господин, то и мне пусть несут! — кричу ей вдогонку.

Мой голос эхом разносится по огромному помещению с каменными стенами и картинами в дорогих рамах. Чувствую себя, как в музее.

Мара оборачивается и смотрит ошарашенно.

До меня доходит, что, наверное, я слишком громко крикнула. Прикрываю рот рукой.

Над местными манерами нужно срочно поработать, чтобы себя не выдать. Но я никогда не любила смотреть исторические сериалы. Все эти платья-пылесборники, тугие корсеты и парики совсем не вызывали во мне интереса. Особенно панталоны у женщин и короткие штанишки у мужчин. Хорошо, что форма Дрейка не такая, а с нормальными длинными брюками. Иначе я не смогла бы воспринимать его всерьёз.

Морщусь. Я же ещё не осматривала свой новый гардероб. Займусь этим завтра же!

В ожидании еды нервно постукиваю пальцами по столу.

Замечаю странную вещь — свечи не прогорают, а по бокам у них нет восковых дорожек.

Удивляюсь.

Вероятно, они работают от магии.

Что же, удобно! И экономно.

Через б̶е̶с̶к̶о̶н̶е̶ч̶н̶о̶е̶ какое-то время слуги начинают выносить еду.

Ароматный запах сразу ударяет мне в нос.

Тут и жареная курочка с хрустящей корочкой, и тушёные овощи, и различные закуски, и кувшин с красным вином. Хлеб, сырная тарелка, фрукты.

М-м! Глаза разбегаются.

Совсем другое дело!

Тут же приступаю к еде. Или трапезе? Как правильно говорится в подобных случаях?

К чёрту.

Начинаю набивать желудок, который уже настойчиво алкает ужина.

Набрасываюсь на куриную ножку, словно не ела неделю. Хотя, если судить по фигуре Рейнары, она голодала всю свою жизнь!

Ничего, моя девочка, я приведу тебя в нормальную, жизнеспособную и женственную форму.

Чувствую, жир размазался по моему рту. Облизываю губы и пальцы. Громко причмокиваю.

Хорошо, что Дрейк ест наверху. Сегодня мне совсем не до манер.

Вообще, я знаю этикет. Часто посещала рестораны ради деловых обедов и понимаю, как нужно вести себя за столом. Но не в этот раз. Нет уж. Сегодня не буду сдерживаться! Я должна себя как-то поощрить за весь тот стресс, который я пережила!

Чавкаю в своё удовольствие.

Улыбаюсь.

Шумно отхлёбываю сладковатое вино.

Приятное тепло тут же разливается по пищеводу.

Снова откусываю огромный кусок.

Но в какой-то момент начинаю чувствовать себя неуютно. Ёрзаю на стуле. Не понимаю в чём дело, но еда в рот больше не лезет. Медленно дожёвываю и с трудом проглатываю. Снова запиваю вином. Затем ставлю бокал на высокой ножке на стол и начинаю озираться вокруг.

Из-за темноты сразу не могу ничего разглядеть, но когда всматриваюсь в дальний угол…

— А-а! — вскрикиваю я.

Вскакиваю со стула, сильно ударяя ногу о ножку стола.

Не обращая внимания на боль, начинаю пятиться.

Звонкий гул мужских каблуков бьёт по ушам.

Цок. Цок.

Шаги становятся громче, но не ускоряются. Неизвестность надвигается на меня медленной, размеренной походкой. Я бы даже сказала вальяжной.

Моё тело начинает дрожать, а ноги подкашиваться. Сердце бьётся так быстро, словно хочет выпрыгнуть из груди. На спине проступает холодный липкий пот. Страх, накопленный телом Рейнары, ядовитым ледяным бульоном разливается по моим венам.

— Зверь. Чудовище. Бежать, — пульсирует в голове.

Я продолжаю пятиться до тех пор, пока не упираюсь в холодный камень стены.

Вздрагиваю.

Начинаю тяжело дышать.

Шаги приближаются.

Два вертикальных огненных зрачка вспыхивают в темноте, прожигая меня насквозь.