Машинопись (копия), 1 стр.
6 июля 1940 г.
Дражайшая Зельда: —
Я с большим удовольствием прочитал интервью, взятое у нашей ученой Скотти[302]. Рад был узнать, что она проводит время в размышлениях о забастовках, пособиях и голоде и при этом не испытывает ни малейшей ревности к девушкам в чернобурках, которые предпочитают расслабляться на верандах загородных клубов. Это демонстрирует, что мы высидели достойное яйцо, и у меня нет ни малейших сомнений, что когда-нибудь, подобно Джорджу Вашингтону, она «поднимет планку, до которой смогут дотянуться все добрые люди».
Если серьезно, я в жизни своей не слышал столько вздора, сколько она втюхала газетчику, но я рад, что у нее есть одно качество, которое я нахожу почти столь же ценным, как оригинальное мышление, а именно: она способна извлечь максимум из прочитанного и услышанного – придать нескольким абзацам из Маркса, Джона Стюарта Милля, New Republic больше значимости, чем способны люди, годы изучавшие экономику. Это один из способов достичь учености – сперва притвориться таковым, а уж после оправдать ожидания.
Она только что продемонстрировала свою находчивость еще одним способом, взяв с меня в качестве аванса за летнюю школу на $100 больше, чем я рассчитывал заплатить, в результате чего вся моя наличность сейчас составляет $11 долларов. Не брани ее за это. Оставь это мне, потому что, скорее всего, все будет вычтено из ее карманных денег, да, честно говоря, это было вызвано небрежностью при получении точных данных из летней школы. Правда, в какой-то степени это касается и тебя, потому что я попрошу не обналичивать до вторника чеки, если они поступят к тебе в понедельник. Обналичить их во вторник можно будет без всякой опаски, потому что поступит платеж за рассказ, над которым я снова работаю. Львиная доля этих денег ($900) отправится дядюшке Сэму, $300 на погашение взятого кредита, а остальное будет распределено на наши нужды в течение последующих трех недель – так что, пожалуйста, если у тебя есть какие-то средства, прибереги их на случай непредвиденных обстоятельств. Мы так долго швыряли деньги направо и налево, что теперь должны относиться к ним поаккуратнее.
Расскажи, чем ты занимаешься. Кузина Сеси пишет, что в апреле умерла моя тетя Элиза, которой было девяносто. Я любил эту старушку и еще не осознал ее кончину.
С вечной и пламенной любовью,
1403 Н. Лорел-авеню
Голливуд, Калифорния