Дорога, как я и думал, заняла чуть меньше двух дней. Мы доехали без особых проблем. Демоническая птица также не сообщила ни о чем подозрительном. Это даже удивило. Я подозревал, что нас попытаются преследовать или же отправят кого-то со стороны Кинуара.

Когда на горизонте показался город, я искренне восхитился. В этом мире совершенно нормально отделять города высокими стенами. Но если брать в сравнение Норвелл, Кинуар совершенно на ином уровне.

Стены с виду выше десяти метров. Через каждые два-три расположены круглые стрелковые вышки, встроенные прямо в камень. Полноценные вышки расположены уже на дороге. Справа и слева от дороги расположились поля, но на них ничего не выращивают, как у нас. Вместо этого поля огорожены заборами. За ними палатки и самые настоящие полосы испытаний. Полевые лагери для тренировок. Вот он, военный город.

Чем ближе мы подъезжали, тем напряженнее становилась обстановка. Я специально не стал ничего скрывать. На нашей карете расположился герб Норвелла. Стоило местным увидеть его, как с нас уже не сводили взглядом. Когда мы добрались до главных ворот, которые имели сразу три уровня безопасности — две стальные решетки и широкие двери между ними, нас остановили стражники. Карету буквально окружили около двадцати человек. Агата напряглась, а я приготовился воспользоваться книгой, если потребуется. Но все обошлось.

Открыв дверь и выбравшись наружу, я заметил перед собой трех стражников. Они разом прижали руки к груди и поклонились. Заговорил центральный.

— Судя по вашей палатке, вы и есть приглашенный в наш город гость, Эрик Мортейн, лорд Норвелла! — отчеканил он, глядя мне куда-то в район груди.

— Гость? — усмехнулся я, не сдержавшись. — Давай без лишнего пафоса. Я прекрасно чувствую, что мне здесь не рады.

— Прошу простить! — стражник ничуть не изменился в лице. — Война всегда забирает жизни, а потому нет смысла смотреть на нее лишь с одной стороны. Если позволите, я попрошу вас пересесть в нашу карету.

— Зачем это?

— Местные жители в городе могут что-то устроить, если увидят герб Норвелла.

— Вообще, логично. Хорошо. Я прибыл не один, — развернувшись, я заглянул внутрь и, подав руку Агате, помог ей спуститься.

Стражник взглянул на девушку и вернулся ко мне.

— Позвольте вопрос, вы прибыли без сопровождения?

— Именно так.

— Я… понял вас. Прошу за мной.

За следующие пять минут нашу карету отогнали с дороги и скрыли под плотной тканью. Нас же пересадили в другую, с гербом Кинуара. Когда мы въехали в город, я сразу взглянул в окно. Стоит признать, ожидая оправдались.

Я изначально понимал, что военный город должен отличаться от торговых или инженерных. Кинуар превзошел сам себя. Дома здесь высокие, расположены тесно друг к другу. Переулков меж ними нет совершенно. По крайней мере, на главной улице. Сами дороги широкие, освещены фонарями. Магазинов не так много. Большая часть — оружейные, кузницы и артефакторные и тому подобное. Но самое интересное скрыто дальше. И слева, и справа виднеются высокие трубы, из которых в небо устремляется черный дым. Огромные печи для производства оружия и брони. Возможно, здесь создают даже артефакты.

Когда мы проехали первый перекресток, главная улица тоже изменилась. На замену жилым домам пришли общежития, помеченные особыми знаками на стенах. Выглядят они не так ухоженно. Рядом и сами учреждения. Военная академия, тренировочные помещения, огромные склады, охраняемые большим количеством солдат.

— Я смотрю, у вас все заточено под военное дело, — прижавшись к спинке кресла, я взглянул на солдата.

— Вы правы, — кивнул он в ответ. — В Кинуаре не так много развлечений. Мы не занимаемся полноценной торговлей и не изготавливаем слишком много разнообразных товаров. Однако все это позволяет сосредоточиться на наращивании боевой мощи.

Хотелось мне сказать, что им это не помогло, но я сдержался. Солдаты не виноваты в том, что их командир думает только о победах. Кинуар действительно заточен под военное дело, и этого не изменить. По крайней мере, не сразу. Если вдруг получится так, что война продолжится, можно будет задуматься об изменении города.

Мы двигались по главной дороге около десяти минут. Город оказался достаточно большим. А затем достигли высоченного каменного забора, за которым виднелись наблюдательные вышки. Прежде чем выпустить нас, стражник отдал приказ проверить безопасность. В итоге нашу карету окружили местные солдаты. Выстроились стеной, закрыв нас от лишних глаз. Мы с Агатой выбрались из кареты и направились в уже открытые ворота.

Поместье лорда тоже отличалось от тех, что я видел. Хотя, видел я не многие. Само по себе здание было вполне обычным, если не считать башни, расположенные у левого и правого краев. Внешняя территория так же была занята палатками и длинными помещениями, которые, скорее всего, отходили под тренировочные залы.

Стражники сопровождали нас до самого входа. Уже здесь, стоило дверям открыться, показались служанки. Сначала прием показался мне достаточно теплым, но стоило приглядеться, как все встало на свои места. Служанки пытались улыбаться, но на меня смотрели пустыми глазами. Все они знали, что произошло, и имели право на ненависть.

Поднявшись по ступеням и переступив порог, мы с Агатой остановились в центральном зале. Нас уже встречали. У дальней лестницы расположились несколько десятков солдат. Все они стояли у стен, но сразу было ясно, что готовы кинуться на нас и разорвать в любой миг. По центру же — трое высоких мужчин в одинаковых костюмах и маленькая девочка. Она была одета в белоснежное платье с черным поясом. Кудрявые локоны лежали на плечах и спине. Пусть ростом она была и не велика, но по ее глазам я сразу понял — это и есть Лили. Она смотрела на меня, совсем не как ребенок. Это глаза, принадлежащие давно созревшему человеку.

Подумав об этом, я отринул лишние мысли и собрался. С этого момента мне предстоит отыгрывать роль сурового правителя, который прибыл сюда с конкретной целью.

Мы простояли друг напротив друга несколько секунд, а затем вперед вышел один из советников.

— Добро пожаловать в поместье семьи Мерсон, господин Мортейн, — он поклонился и снова выпрямился. Смотрел на меня, как на монстра, но тщательно пытался это скрыть. — Перед вами нынешняя правительница Кинуара, госпожа Лили Мерсон. А также трое ее главных советников. Думаю, нам представляться смысла нет.

— Ты прав, — ответил я спокойно. — Я приехал сюда не ради знакомства.

— Раз так, прошу, проследуйте за нами в переговорную. Ваша служанка может подождать нас в гостевой комнате.

Услышав его, я, конечно, оскорбился, но, в первую очередь, уловил в этом моменте выгоду для себя.

— Ты сказал, служанка? — повторил я грознее.

Все трое советников разом замерли. А вот у девочки, на мое удивление, совершенно не изменилось выражение лица.

В следующую секунду уже сама Агата коснулась моей руки, встав ближе.

— Эрик, прошу тебя…

— За оскорбление моей женщины, я могу потребовать твоей головы, — добавил я, не обращая на Агату внимания. — Думаю, так будет честно.

— Я… я приношу свои извинения! — советник поклонился. Было видно, как он задрожал. Каким бы напыщенным индюком не был, но вся его спесь держалась на одном — он был уверен, что здесь, в поместье родного дома, с ним ничего не случится.

— Ну да ладно. В знак признательности того, что ваша госпожа лично меня встретила, я прощу твою глупость.

Он выпрямился и отступил, встав к остальным. Советники развернулись и направились наверх вместе с девочкой. Мы пошли за ними следом. Стражники остались на своих местах. Сначала меня это удивило, но я быстро понял, почему нет необходимости в сопровождении. На каждом этаже здесь огромное количество солдат. Случись что, поможет только Кассия. Сам я только подставлю Агату под удар. Нужно оставаться начеку.

В итоге мы поднялись аж на четвертый этаж. Прошлись по длинному коридору и зашли в самую дальнюю комнату. Я примерно прикинул, где она расположена снаружи. Надо признать, подготовились в Кинуаре знатно. Если не ошибся, комната справа от главного входа. Там как раз палатки для солдат. Да и расположена она очень далеко от входа. Если начнется шумиха, нам придется либо пробиваться наружу силой, либо прыгать с окна, где уже будут поджидать. Отличная ловушка.

Сама комната тоже оказалась длинной. По центру расположились два дивана, столик. У стен книжные шкафы и полки с безделушками и декоративным оружием. Статусное место, ничего не скажешь.

Советники встали за левым диваном. Девочка села по центру. Мы с Агатой расположились с правой стороны. Стоило одному из советников щелкнуть пальцами, как в комнату вбежала служанка. Она поставила на столик перед нами бутылку с каким-то алкоголем, две чашки чая и стеклянную бутылку с чем-то темным. Возможно, сок или другой похожий напиток. Именно его налили в чашку девочки. Нам же с Агатой предложили выпивку, но мы к бокалам не притронулись.

Когда дверь снова закрылась, Лили взяла чашку, сделала небольшой глоток и, вернув ее на стол, взглянула на меня.

— Наконец я могу поприветствовать вас лично, Эрик Мортейн. Меня зовут Лили Мерсон. Я рада нашей встрече.

— Это взаимно, Лили, — я намеренно опустил фамилию, насладившись реакцией советников. Они постарались не кривиться, сдерживаясь. — Ну что ж, давайте сразу к делу. Я приехал сюда, потому что вы сообщили, что готовы провести переговоры.

— Да, это так, — кивнула девочка. — Во-первых, позвольте принести свои извинения.

— Извинения?

— Мой отец поступил бесчестно, направив на ваш город армию и не сообщив об этом. Но даже так вы вернули нам его тело и часть солдат. Не передать словами, насколько я вам благодарна за доброту.

— Простите, Лили, но я руководствовался не добротой. Тело вашего отца послужило доказательством моих намерений, а солдаты, которых я отправил, добровольно отказались от продолжения битвы. Я не посчитал нужным казнить их.

— Вот как. Я вас поняла. И все же это не изменит моего мнения, лорд Мортейн.

— Прошу, просто Эрик.

Услышав меня, девочка наконец улыбнулась. Мне почему-то показалось, что она чувствует себя совершенно спокойно.

— Раз уж вы начали называть меня по имени, я приму ваше предложение и поступлю так же. Эрик, прошу, назовите мне ваши требования. Хотя, правильней будет выразиться намерения.

— Я не хочу продолжать эту бессмысленную войну. Мы лишь увеличим количество жертв.

— Здесь вы правы. Кинуар и так серьезно пострадал после…

— Прошу прощения! — один из советников внезапно вмешался, нагло перебив Лили. Но удивился я даже не этому. Девочка ничего ему не сказала, сжав губы. — Господин Мортейн, я бы хотел присоединиться к переговорам. Видите ли, госпожа Лили все еще юна и…

— Юна, говоришь? — я взглянул на него, нахмурившись. — Может и так, но у нее, в отличие от тебя, хватило ума вести себя достойно. Почему ты нагло вмешиваешься в нашу беседу?

— Простите, но я один из советников, и имею на это право. На данный момент, именно мы принимаем большинство решений.

— Вот как. Лили?

— Я… не могу спорить, — кивнула девочка.

В переговорах между лордами, как и между простыми торговцами, каждое брошенное слово имеет свой вес. Я бы посчитал, что Лили сказала «не могу» из-за юного возраста, но она совсем не кажется мне ребенком. К тому же, советник сам признался, что сейчас город держится именно на них. Догадка лишь подтверждается.

— Раз так, я не против.

Советник кивнул и, обойдя диван, сел рядом с девочкой. Он продолжил:

— Я бы хотел опустить формальности и перейти сразу к делу. Господин Мортейн, вы предлагаете нам мирный договор. Но на каких условиях он будет построен?

Сразу видно, ему не в первой вести подобные беседы.

— Условия простые. Мы заключим союз с уклоном в мою сторону. Кинуар будет поставлять нам оружие и броню. Мы в ответ готовы делиться другими материалами в меньших количествах. Это поможет вам восстановить город. Также следующие три года Кинуар будет выплачивать Норвеллу налог с общей суммой в шестимесячную прибыль города.

— Шести… — советник поперхнулся, начал краснеть от злости. — Вы хотите, чтобы мы отдавали вам половину от всего, что зарабатываем за год? Господин Мортейн, прошу вас, одумайтесь. Вы же видите, в каком положении наш город.

— Вижу, а потому в первый год сумму можно разбить на шесть частей. В случае неуплаты, договор будет разорван. Это два первых условиях.

— Что-то еще?

— Разумеется, — я усмехнулся, расправив плечи. Мне в голову уже давно пришел план, как бы заставить их замедлить происходящее, в случае если Лили будет выполнять роль куклы. — Последнее и главное условие завязано на словах вашего бывшего правителя, Освальда. Перед нашим боем он предложил мне вашу дочь в качестве наложницы.

— Что? — советник замер. Лили и сама раскрыла глаза.

— Конечно, это в случае, если город будет взят мною. В случае мирного договора, я хочу, чтобы по достижению совершеннолетия, Лили вышла замуж за меня или выбранного мною человека. Простыми словами, мы объединим наши города.

— Это невозможно! — советник не выдержал, вскочив с места. — Вы не можете предлагать объединение таким способом!

— Почему же? Судьба Лили принадлежит только ей, а не вам.

— Да, но…

— Я согласна, — внезапно Лили ответила сама. Советник замолчал, уставившись на нее. Я же улыбнулся, упрямо игнорируя гневный взгляд Агаты, который она безуспешно пытается скрыть. — Но у меня есть ответное предложение, Эрик.

— И какое же?

— В нашей стране возраст согласия составляет пятнадцать лет. Прошу вас определить мне жениха к этому времени. Взамен же сократить выплату налога до года.

— Вот как, интересно. Три года собственной жизни в обмен на два с уплатой. Не пожалеете?

— Нет, — ответила она с улыбкой.

— Нам… нам нужно обсудить это! — снова вмешался советник. — Ваши условия… серьезны, господин Мортейн.

— Знаю. Но прошу не забывать, что именно вы сейчас ходите по тонкому льду.

— Это… так, — процедил он сквозь зубы.

— Советник, — Лили перевела на него взгляд, продолжая улыбаться. — Я полностью доверяю вашему мнению. Прошу, оставьте нас с Эриком и его спутницей наедине для простой беседы. А сами пока обдумайте предложение.

— Но госпожа…

— Я настаиваю. В любом случае, окончательное решение за вами.

— Раз так… — советник переглянулся с двумя другими и, развернувшись, направился на выход. Вскоре дверь за ними закрылась. В ту же секунду мне показалось, что атмосфера в комнате изменилась. Лили наконец расслабилась, взглянув на меня совершенно иным взглядом.

— И что же вы задумали? — я не удержался и спросил напрямую, глядя на девочку с такой же улыбкой, что и у нее.

— Могу спросить у вас то же самое, Эрик. Специально предложили последним условие, которое не принять сразу?

— А вы проницательны. Еще и подыграли мне, — я усмехнулся. — Даже моя спутница не догадалась.

— Эрик! — смутилась Агата.

— Должна вас поблагодарить, — продолжила Лили. — Я тоже думала, как бы остаться с вами наедине. Скажите, Эрик, вы доверяете женщине, сидящей рядом с вами?

— Так же, как и себе.

— Тогда я буду с вами откровенна. На данный момент, как вы, думаю, и сами уже поняли, я нахожусь в крайне шатком положении. Все решения принимают советники моего отца. И они, к сожалению, уже сделали свой выбор.

— Дай-те угадаю, они не собираются подписывать мирный договор?

— Верно. Но это не все. Мои советники решили напасть на вас и в данный момент, скорее всего, собирают стражу. Я сама выбрала комнату для переговоров. Здесь мой отец когда-то провел тайный ход. Вы сможете выбраться из поместья, не пострадав.

— Значит, решили оттянуть войну. Но почему помогаете мне? Понимаете ведь, если я сбегу, то сразу направлю на вас войска.

— Именно этого я и хочу, Эрик.

Она произнесла эти слова с таким спокойствием, что мне стало не по себе. В прошлом мире, да и в этом тоже я видел отчаянных людей. Видел, кто до последнего готов стоять на своем, даже если решение неверное. Однако Лили всех их превзошла. В свои десять лет она добровольно готова сдать город ради его спасения. Готова отказаться от власти и даже собственной жизни.

— Лили, вы ведь осознаете, какие последствия будут ждать вас?

— Разумеется. Смерть, изгнание или рабство. Я готова на все, если мой город сможет начать новую главу под вашим правлением.

— А если я окажусь ужасным правителем?

— Будь это так, вы бы не дали нам возможности провести эти переговоры. Не вернули бы тело моего отца. И уж точно не написали бы о том, что не собираетесь убивать меня в случае взятия города.

— Нашли, за что зацепиться, — усмехнулся я.

— Эрик, мне кажется, мы с вами похожи. Да, мне не достает опыта, но цель у нас с вами одна. Мы оба хотим мирной жизни для нас и для и тех, кто в нас верит.

— Здесь вы правы, Лили. Я действительно рад, что мы встретились.

— Это взаимно. Ну, Эрик, как вы поступите? Больше тянуть не стоит. Уходите, пока есть возможность. Единственное, о чем хотела бы попросить — дайте нам день, чтобы моя служанка покинула город вместе со своей семьей.

— Вы не беспокоитесь о себе, но печетесь о служанке?

— Она заменила мне мать.

Выслушав девочку, я тяжело вздохнул. Признаться, переговоры закончились совершенно не так, как планировал. Но одного из двух исходов мы все же достигли.

— Знаете, Лили, — поднявшись и снова улыбнувшись, я снял с пояса книгу. Заметив это, Агата замерла, раскрыв глаза. Но я не обратил внимания на ее реакцию, продолжая смотреть на девочку. — После окончания сражения вблизи моего города я поговорил с одной девушкой. Ее имя — Розмарин. Оно ведь вам знакомо?

— Розмарин из Сорана? — удивилась Лили.

— Верно. Она попросила меня кое о чем. Видите ли, ее очень беспокоит ваша судьба. Я дал обещание, что вы никак не пострадаете, чем бы все не закончилось. А обещания я держу.

— Эрик…

— Как вам такие условия. Я возьму ваш город силой, он перейдет под мое правление. Ну а после этого вы вернетесь на свое законное место.

— Что? Вы… постойте, вы серьезно? Готовы оставить правление мне?

— Под моим началом, разумеется. Я приставлю к вам человека. Но все решения, которые в будущем повлияют на судьбу Кинуара, принимать вы будете сами. Я дам вам полную свободу.

— Считаете, что десятилетняя девочка справится с городом?

— Ваш отец был упрямым человеком. Он до конца верил, что решение передать вам власть правильное. И сейчас, глядя вам в глаза, я понимаю, что он был прав.

Услышав меня, Лили прижала руки ко рту. Ее глаза заблестели от слез.

— Эрик, я… я согласна на ваше предложение. Прошу, обеспечьте мой город будущим.

— Ну уж нет, — ухмыльнулся я. — Будущим его обеспечите вы. А я всего лишь расчищу для вас путь.