Он был старше ее на два года. Но это правда не имело никакого значения. Хоть на пять. Потому что она взрослела не по годам, а гораздо быстрее. Гораздо.

Одноклассники давно перестали ее интересовать. А вот парни постарше – да, они вызывали неподдельный интерес. Ее постоянно окружали вниманием, такой яркой и притягательной она была. Маленькая женщина. Совсем не ребенок, а клубничный ликер. Или абсент. Кому что больше по душе.

Они познакомились на школьной дискотеке. Что-то там между ними пролетело. Пронеслось. Ангел крылом махнул или комар в ухо нажужжал. Кто теперь расскажет? Он влюбился. По уши. До пяток.

Да и она была не прочь искупаться в этих отношениях. От души. До ушей.

Два года они ходили за руку и были предельно счастливы. Два года их называли самой сладкой парой в школе. А потом… Потом она переросла. Или устала. Или он задушил своей любовью ее чувства. Никто сейчас не скажет.

В общем, расстались. Разошлись. Он поступил в институт. Она осталась учиться в школе. И долго не тужила, на самом деле. В свои 17 она вышла замуж за мужчину старше ее на 15 лет и была счастлива.

Правда, была. Тут никаких подвохов. Хороший крепкий брак, дети, дом. Три кота и одна собака.

А вот он… Он почти сошел с ума от того, насколько первая любовь разъела ему душу. Он жил ею. Варился в остатках того самого бульона чувств, который давно протух и ждал своего часа.

Время шло. А ничего не менялось. Пять лет, семь, восемь. У нее уже сын пошел в первый класс, а он… Он все сидел и ждал. Нет. Не ее. Он ведь ее ненавидел. Простить не мог, что ушла и замуж вышла так отчаянно быстро. Но и полюбить кого-то так же сильно – тоже не мог. Этот яд несбывшейся любви медленно травил его самого и окружающих его женщин. Вернее, женщину.

Он познакомился с Мариной через четыре года после первых отношений. До этого тоже были барышни, но долго они не задерживались. Не вытягивали конкуренцию с той самой, первой. Роковой.

А Марина зацепилась. Она влюбилась как дура. Просто наотмашь. Беспощадно и надолго.

Когда я видела ее, ее глаза, мне так хотелось встряхнуть посильнее. Взбодрить. Сказать «беги, беги, он погубит тебя». Потому что нет ничего разрушительнее безответной любви. Уж я-то точно знаю.

Но она держалась. На его равнодушии под соусом дружбы с приправами взаимопонимания держалась. Год, два, пять.

На свадьбе нашего общего знакомого Марина подралась за свадебный букет. С подружкой невесты. А там не подружка – бизон в юбке. Но Марина была замотивирована до предела. До краев. Никогда, слышите – никогда не стойте на пути у отчаявшейся женщины.

Марина разорвала букет невесты на части. И с победоносным видом уселась за стол. Гости смеялись, я грустила, Вадим (тот самый) сохранял равнодушие.

Они не поженились. Ни через год. Ни через два. Но и не разошлись. Жили вместе, путешествовали. И в целом были отлаженным организмом. Только Маринка затосковала. А Вадим как был, так и остался засранцем. Скучал. Вспоминал ту, первую.

Они поженились через 10 лет. И никто из общих знакомых не знает, почему. Что его подвигло на шаг этот? Может, просто привык. Или устал. И пусть кто-то скажет, что у женщин не хватает терпения. Десять лет ожидания. Десять. Лет.

Свадьбы не было. Тихая роспись, ресторан. Путешествие к морю.

Они определенно друзья. Веселые. Рука в руке и общее направление взглядов.

Маринка расцвела, заколосилась. Как будто новое дыхание открылось. Спина прямая, подбородок вверх. Да и Вадик растаял. Взбодрился. Говорят, штамп не меняет людей. Врут. Хотя…

Еще через год его первая любовь развелась. Разошлась с мужем и осталась с собакой, тремя кошками и детьми. Все такая же яркая, свежая. Как будто время с ней дружит. Как будто она сохранилась, размножилась и теперь достает себя по одной. Красивая, все такая же маленькая женщина. Клубничный ликер. Или абсент. На ваш вкус.

И волей судьбы она устроилась работать рядом с Вадимом.

Нет, у нее и мыслей не было. Вообще. Что-что, а старые отношения она научилась отпускать. И поэтому встречала новые при параде. И ни дети, ни коты, ни собаки никогда не мешали ей быть счастливой.

А вот Вадим приуныл. Сдулся. Ссутулился. Начал пить. Насколько ему было невыносимо видеть ее, такую яркую и сочную. А дома Маринку – добрую и домашнюю. И он сломался.

Он рыдал на коленях у Марины, рассказывая, как ему все это невыносимо. А она сидела и гладила его по голове. Знатно облысевшей, но такой родной. Гладила и думала, что ей делать.

И решила. Они собрали чемоданы и уехали. Ей давно предлагали повышение в областном центре. Не знаю как, но она его уговорила.

Смылись просто за неделю. Подчистив всевозможные концы.

А еще через два года я встретила Марину с Вадимом в центре планирования семей. С хорошим таким пузом и счастьем на обоих лицах. Рука в руке и смех по коридору. Одно направление взглядов.

Вот так. Я тогда погладила свой живот и подумала: зря говорят, что женщины ждать не умеют. Очень даже умеют. Влюбленные женщины способны на любые подвиги. Даже на самые отчаянные. Двенадцать лет так-то. Это не 11 месяцев мужа с морей ждать. Это целый кусок жизни отдать мечте. Надеюсь, не зря.