Алена старалась сохранять спокойствие. Встреча с бывшим мужем была назначена в кафе. Она долго думала, в чем стоит идти, старалась проговорить всевозможные фразы, настроить уверенный голос, чтобы не он не срывался и предательски не дрожал. Смотрела на себя в зеркало. Потом переодевалась и опять смотрела.

В памяти то и дело всплывали образы ее семейной жизни. Когда она была больше себя нынешней на 15 килограмм, когда выглядела как затравленный зверек, который торопится в свою норку, который готов прятать голову в песок до последнего – от страха, неуверенности, от жалости. Когда ненавидела свое отражение, потому что оно не устраивало Павла. Когда он решал, какую одежду ей стоит носить, а какую нет. И зависела от него полностью.

Сейчас на нее смотрела молодая девчонка. Худая, высокая, с модными выкрашенными прядками, аккуратными ногтями без маникюра. В джинсах с рваными коленками, в свитере оверсайз, в котором можно было бы уместить еще три таких Алены. В удобных ботинках. Не женщина – подросток. Но как же она свободно себя чувствовала! Как же уютно. Чувствовала себя собой. Независимой, уверенной. Не раненной.

Она несколько раз меняла предметы одежды. Даже платье натягивала. А потом снимала, пока не поняла. Не надо ничего выдумывать. Не надо стараться.

Из шкафа дернула любимые джинсы, кофту. Завязала волосы в свободный пучок. И на этом закончила.

Залезла на стул и достала из обувной коробки, что стояла на самой верхней полке ее шкафа, заветную флешку. Тот самый компромат.

– Денис, – крикнула она.

Через секунду дверь в кухне хлопнула, и он появился в комнате. Алена протянула ему флешку:

– Надо как-то размножить и сохранить, наверное. Это компромат на мужа.

Денис взял флешку, а потом посмотрел на Алену. Она была так на себя не похожа – встревоженная, какая-то неземная. И в то же время, была собой. Особенной.

Обычно он видел ее в костюме. А тут… Длинные ноги не в юбке, а джинсах. Ее фигура позволяла носить любые платья. Но именно в безразмерных вещах она выглядела особенно трогательно. И этот пучок… растрепанные волосы, тонкая шея, гвоздики сережек в ушах. Он залюбовался. Он пропал.

– Ты возьмешь флешку или нет? – спросила она.

Они перешли на ты. Давно было пора, но все случилось после тех объятий на кухне. Спасительных. Когда Алена положила трубку после разговора с мужем, она просто стекла по нему. А он подхватил. Все дистанции были сломлены. Все преграды пройдены. Какое там «вы», если они вместе идут на «дело». Сообщники, союзники – вот кто они теперь.

– Ауу, – еще громче повторила она и пощелкала пальцами возле его носа.

– А? – спросил он и улыбнулся, а потом снял ее со стула и поставил на пол.

– Возьму, возьму, – сказал ее редактор. Тот самый Барбос. А потом обхватил за тонкую шею и поцеловал. И Алена не сопротивлялась. Она набиралась сил, вновь растворяясь в его объятиях. А что может вдохнуть в женщину жизнь? Конечно же, самый сладкий первый поцелуй.

***

Павел уже ждал ее за столиком. Она немного опоздала. Не хотела, конечно. Но так вышло.

Всю дорогу Денис выдавал ей инструкции и нервно водил пальцем по ее коленке через дырку на джинсах. Ее это забавляло. Почему-то весь страх испарился. Алене было легко, а ее голову занимали совсем другие мысли. Зато Денис, наоборот, все больше и больше нервничал. Это было заметно. И очень приятно.

Он остался на улице. А она зашла, и увидела своего бывшего мужа за столиком с огромным шикарным букетом.

– Ого, – встал он ей навстречу, – тебя не узнать. Ты расцвела. Выглядишь потрясающе. И как-то совсем по-другому, что ли? Но тебе идет!

– Ты тоже здравствуешь, как я вижу, – спокойно ответила она и уселась за стол.

Павел действительно выглядел хорошо. Он был ухожен, от него приятно пахло, и не знай она, какое он внутри навозное существо, она бы пропала от одного его вида. Но она знала и даже слегка улавливала этот гнусный запах дерьма, который исходил от него, дерьма, в которое она когда-то вляпалась. И поэтому не собиралась никуда пропадать. Наоборот, ей хотелось уничтожить бывшего мужа. Испепелить хотя бы взглядом. Не было в ней никаких добрых чувств к нему, только злость.

– Очень приятно тебя видеть. Я соскучился, – опять сказал он и протянул ей букет.

– Зачем я тебе? – прямо спросила она, проигнорировав цветы.

– В смысле? – сделал удивленное лицо он, оставив цветы на столе.

– Ты меня искал. Я спрашиваю – зачем?

– А мама тебе не сказала? Я тебя люблю. Хочу вернуть. Ты моя жена, и я понял, как мне не хватает тебя рядом.

Алена хмыкнула.

– Давай без этого. Ты же помнишь, как мы расстались. Помнишь и про фотографии, и про видео. Помнишь ведь? И я тебе больше не жена, развод-то ты быстро мне дал. Не пытался вернуть.

– Ален, давай забудем весь этот детский лепет. Ты же понимаешь, что эти фото – курам на смех. Это туфта и даже подсудное дело. Насилие. Неприятно, конечно, но я сам хорош. Я и правда был придурком. Ты была моей первой любимой женщиной. И я просто не знал, как себя вести. Бесился жутко, хотел быть для тебя единственным и неповторимым, ревновал. Еще и мама огня давала. Вечно капала на мозги. А потом ее не стало. И я… Я понял, каким дураком я был, как мне тебя не хватает. Очень не хватает. А те фотографии, ну что же. Я сам виноват. Так что делай с ними, что хочешь. Я тебя прощаю и зла не держу. Считай, мы квиты. Мне плевать, что ты сделаешь с видео и фото. Дела нет. Я все вынесу ради нашей любви. Конечно, не буду скрывать: первый год я тебя ненавидел. Думал, что если встречу – придушу нахрен. Или сожгу. Поэтому и не совался к твоим родителям. Не хотел грех на душу брать, потому что они бы сдали тебя моментально. А я бы точно тебя убил. Успокоился потихоньку. Решил послать к черту все свои чувства. И как-то незаметно пришел в себя. Ну кто ты такая? Да никто. У меня всегда был выбор. Женщины – не проблема, сама знаешь. Я завидный жених. А потом… мама ушла. И я увидел тебя по телику. Не помню, интервью какое-то или еще что. Мимоходом увидел. И накатило. Блин, Аленка, скучаю по тебе. Давай уже возвращайся. Мы сможем преодолеть все трудности. И будем счастливы, обещаю.

Алена слушала его, почти открыв рот. Такого бреда она себе и представить не могла.

– Что ты несешь? Какая любовь? Какое возвращайся? Мне жаль, что ты остался без мамы, очень жаль. Но о какой любви ты говоришь? Ты меня лупил, ты издевался надо мной. Любовь. Ты что, идиот?

– Милая, не надо грубостей, – жестко сказал он. Я понимаю, ты отвыкла от меня и наших отношений. Но вспомни, как нам было хорошо вместе. Ведь нам было хорошо.

Алена пропустила эту фразу мимо ушей, зафиксировав только его холодный взгляд.

– Так. Подожди. Давай еще раз. Ты увидел меня по телику и решил вернуть?

– Да, – он кивнул.

– И для этого приехал сюда за мной, стал названивать, подослал человека, который меня ударил, а потом угрожал и желал мне смерти. Я правильно понимаю?

– Ты сейчас о чем говоришь? – неподдельно удивился он.

– О мужике, который ударил меня в живот. Не говори, что ты ни при чем.

– Ты будешь смеяться, но я первый раз об этом слышу.

– Ага. И здесь ты, чтобы меня вернуть, да?

– Ага, – кивнул он с улыбкой, – а тебя кто-то ударил? Давай, я разберусь. Найду и уничтожу. Ален, возвращайся, а? Мне без тебя плохо.

– Придурок, – сказала Алена, встала со стула и направилась к выходу.

– Ален, подожди. Ты куда? Цветы возьми!

Она не ответила.

– Ален! – весело крикнул он ей вслед. – Такой ты мне нравишься даже больше! Я скучаю по тебе, малышка!

– Иди ты к черту, – пробухтела она себе под нос и вышла из кафе.

У входа стоял Денис. Он схватил ее за руку и прошипел:

– Ну что? Он тебя не обидел?

– Денис. Мне кажется, это не он. Или я вообще ничего не понимаю, – задумчиво сказала Алена и двинула к машине.