Однако менее чем через месяц нашли тело еще одного ребенка, и детективы округа Окленд поняли: перед ними серийный убийца.

2 января 1977 года десятилетняя Кристин Михелич вышла из дома в три часа дня, чтобы дойти до ближайшего магазина «Севен-Элевен». В шесть вечера мать сообщила о пропаже. К полудню следующего дня все участки округа получили ориентировки и фотографии девочки.

Следователи считали, что Кристин была в магазине: продавец вспомнил девочку, похожую на нее, купившую подростковый журнал. Радио и телевидение Детройта тут же распространили информацию о пропаже. В течение двух недель полиция проверяла множество звонков от граждан, но ни один не помог. Одной из ложных зацепок стала четырнадцатилетняя девушка, звонившая в полицию и выдававшая себя за Кристин; ее быстро разоблачили.

Двадцатого января убийца вновь бросил вызов следствию и оставил тело Кристин Михелич на виду – в заснеженной канаве у тупика во Франклин-Виллидже. Около 11:45 утра 21 января ее полузамерзшее тело нашел почтальон. По температуре тела следователи установили, что оно лежало там менее суток. Эксперты подтвердили удушение – так же, как в случае Марка Стеббинса. Анализ тканей показал, что, как и Джилл Робинсон, Кристин не подвергалась сексуальному насилию.

Но было и кое-что еще. Родители уверяли, что блузку она всегда застегивала на спине, а не завязывала спереди. Джинсы никогда не заправляла в сапоги – но именно так они были надеты, когда ее нашли. Полиция предположила, что убийца переодел девочку. Одежда была чистой и аккуратной, несмотря на то что Кристину искали девятнадцать дней, – это указывало, что похититель ухаживал за ней.

После трех убийств подряд полиция округа Окленд и штата собрала срочное совещание. Обсуждали создание специальной группы – шаг беспрецедентный, но необходимый: жители были напуганы. Одновременно решили использовать компьютер для отслеживания повторяющихся версий – революционный подход для 1977 года, когда персональные компьютеры еще не были обычным инструментом следствия.