Некоторые признания Риджуэя – например, о том, что он помещал камни внутрь тел двух жертв, – лишь поверхностно отражают его внутренние фантазии. Возможно, он рассказал следователям не все. Вероятнее, он озвучил только то, что считал необходимым для выполнения условий сделки и избежания смертной казни. Со временем, когда факт пожизненного заключения перестанет казаться ему угрозой, он может стать более откровенным.

Во время допросов Риджуэй говорил детективам, что вставлял камни, чтобы «закупорить» своих жертв. Его вторая жена рассказала полиции, что Риджуэй угрожал «зашить» ей влагалище, чтобы она не завела роман на стороне.

Описание его матери, данное полиции одной из бывших жен Риджуэя, выглядело почти карикатурно: пожилая женщина, которая «одевалась как проститутка», вела себя вызывающе и доминировала над отцом. Сам Риджуэй рассказывал о навязчивых фантазиях, связанных с матерью, которые включали мысли о «закрытии» ее сексуальности любым возможным способом. Все эти детали, возможно, дают куда более глубокое объяснение мотивам убийцы, чем его собственные рассуждения: женщины, чья доступность или сексуальность казались ему угрозой, превращались для него в объекты, которые нужно было полностью контролировать – вплоть до физического «запечатывания» от других мужчин.

Возможно, именно поэтому он выбирал проституток: для него они были не просто удобными жертвами, но и воплощением той пугающей женской доступности, которую он ненавидел и стремился уничтожить.