Интерлюдия

Толпа вышла из зала суда. Перед дворцом правосудия уже поджидала толпа журналистов, но их действия тут же были пресечены полицией.

— Мамочка, пойдем, отец вызвал такси. Сегодня поедем домой, -поддерживая еле стоявшую на ногах мать, тихо сказал Вадим.

Убитая горем женщина пристально всматривалась в лицо бывшего зятя, не отрывая взгляда. Руслан словно почувствовал это и, вырвав локоть из рук отца, который пытался скорей запихнуть его в машину, подошёл к ней и упал на колени.

— Вера Васильевна, не виноват я. Пьяный был, даже не мог представить, что такое может произойти.

— Ты убил не только мою дочь, но и своего нерожденного ребенка, помни об этом. Пусть их безвинная смерть будет тебе наказанием на всю жизнь, убийца.

Лицо юноши побелело.

— Она мне ничего не сказала, -прошептал он и, схватившись руками за голову, завыл от безысходности и тоски, раскачиваясь из стороны в сторону.

Софья

Голова разламывалась от сильной боли, словно угостили молотком по темечку, вдобавок сильно тошнота и непонятный шум в ушах. Тела своего я не чувствовала, отчего внутри зарождалась паника. Кто-то подошел и дал мне выпить непонятную, противнейшую на вкус жидкость. Пить хотелось очень сильно, поэтому я не стала привередничать и выпила все. Попробовала открыть глаза, но боль резанула сильнее, и я вновь провалилась в забытье. И так повторялась трижды, пока я неожиданно для самой себя легко раскрыла веки и огляделась. Маленькая чистенькая комнатка, в котором кроме моей кровати, стоял небольшой стол, табуретка и сундук.

— Странно, я помню удар в висок и сильную боль, значит должна находится в больнице, а не на даче непонятно у кого и непонятно где. Я взглянула в раскрытое окно, и челюсть в прямом смысле слова отвисла. На улице было лето, а может поздняя весна, впрочем, не так важно, главное: светило солнце, ветер доносил аромат луговых цветов и стрекотание насекомых. Как такое может быть, если сейчас январь месяц…?

Мысли кружились в голове словно рой пчел, дышать становилось тяжелее, беспричинная тревога начала нарастать все сильнее и сильнее. Тут дверь в комнату открылась и вошла милая приятная старушка в чепчике, которые носили не то в семнадцатом, не то в восемнадцатом веке и в длинном темно-синем платье. Она улыбнулась, отчего на щеках появились ямочки, который делали её лицо добрым и солнечным, а вокруг светло-карих глаз появились мелкие морщинки.

— Сонита, как же хорошо, что ты очнулась. Я боялась, что не вытяну тебя из лап смерти, но видимо ты родилась под счастливой звездой, девочка.

Я только хотела спросить, где нахожусь и что вообще происходит, когда поняла, что эта старушка-местная травница, а я её ученица, которую в младенчестве нашли на старом пне в лесу. Странно, откуда такая информация?

— Бабушка Роксана, что со мной произошло? -поинтересовалась я.

— Неужели не помнишь?

— Нет, все как -то смутно

— Неудивительно, деточка. Яд арахнида почти убил тебя. Если бы Хрон вовремя не заметил и не принес тебя, никакая магия и травы не помогли бы вытащить твою душу с того цвета.

«Магия, она сказала магия? Боже, где я? Это ведь сон⁈»-мысли словно тараканы стали разбегаться во все стороны, когда неожиданно включился свет.

— Сонита, ты побледнела, тебе плохо?

«Знала бы бабулечка, что я совсем не Сонита» -подумала я, разглядывая тонкие пальцы с заусеницами и обломанными ногтями.

— А Хрон это кто?

— Это кто тут меня спрашивает? -в окно заглянул очень красивый юноша с короткой стрижкой и с желтыми-прежёлтыми глазами (неужели такие бывают?).

Крылья прямого тонкого носа трепыхались, а небольшие губы растянулись в улыбке. Его голый накачанный торс тут же привлек внимание. Начиная от левого предплечья и по шее, вплоть до границы роста волос, тянулась татуировка в форме странного черного цветка в паутине.

— Явился, -проворчала бабушка. Женился бы ты уже поскорее, Хрон. Из-за тебя девочка пострадала.

Юноша склонил голову, чувствуя вину за произошедшее.

— Я не думал, что Рахи пойдет на это?

— Не думать нужно, а знать, -она ладошкой лёгонько дала ему по лбу. — Иди уж, скоро она почувствует себя лучше, тогда и поговорите.

Он кивнул положил на подоконник маленький букетик мелких голубоватых цветов и побежал. Вот тут у меня случился настоящий шок. Я широко открывала и закрывала рот, словно пойманная рыба на берегу и не могла произнести ни слова. Этот юноша был наполовину человеком и наполовину пауком с восемью ногами. Мамочка, страшно то как.

— Сонита, ты смотришь на своего друга так, как будто видишь его впервые. С тобой все хорошо?

— Да, бабушка Роксана, только хочу признаться честно: я почти ничего не помню, многое вылетело из головы.

— Я предполагала, что такое возможно, но все же пыталась убрать яд. Видимо он подействовал сильнее, чем я думала.

— А про какой яд, бабушка ты сейчас говоришь?

— Про яд арахнидов. Невеста Хрона, с которой они обручены еще с детства, приревновала его к тебе и выпустила яд. Тут подоспел Хрон и принес ко мне. Скорость арахниды могут развивать стремительную, если бы не он, ждал бы тебя погребальный костер. Сонита, надо отпустить Хрона. Я понимаю, что он — твоя первая любовь, но ему надо жить в своем племени и ничего в будущем хорошего вас не ждет. Вы оба скоро вступите в возраст, когда можно будет выбирать пару, но ваша связь вам ничего не принесет, кроме проблем и слез. Ты же знаешь, что вы биологически несовместимы.

«Я и вот ЭТО? Прислушалась к себе и почувствовала отголоски любви бывшей хозяйки тела к юноше. Ей, привыкшей к существам, проживающим в этом мире, Хрон казался эталоном красоты и мужественности. Арахнид ей отвечал тем же», -подумала, но вслух сказала.

— Бабушка, я все понимаю.

Старушка как-то странно посмотрела на меня и сказав, принесет поесть, вышла из комнаты. Через десять минут дверь распахнулась и дразнящий запах еды приятно защекотал в носу. Я втянула воздух и живот возмущенно заурчал.

— Вижу, проголодалась, -улыбнулась старушка и поставила на стол бульон, в котором плавали куски мяса и мелко нарезанная трава, похожая на укроп.

— Ешь, в таком состоянии -это для тебя самая полезная пища.

— Вараш заходил. Не хотела оставлять тебя одну, но надо сходить, в доме говорит неспокойно, а у него дети малые.

— Э-э-э, а Вараш это кто?

Опять этот пристальный взгляд, отчего я передернулась.

— Сонита, ты забыла своего бывшего жениха, сына кузнеца, которые тебе проходу не давал?

— Бабушка, я не знаю, что со мной. Как говорится: «Тут помню, а тут не помню»!

— Где говорится? Я что-то впервые слышу такое?

Она немного помолчала, продолжая наблюдать за мной, а я не знала куда деться от этого пристального взгляда. Наконец, старушка спросила.

— Ответь мне девочка, какая трава нужна для усиления действия любых сборов?

— Васуха, -тут же ответила я, удивляясь, что вообще выудила это из глубин мозга. Получается, что часть памяти девушки все же перешла мне по наследству. Хорошо бы понять, где я нахожусь и как выглядит тело этой несчастной. Что она не попала в моё, была уверена. Руслан убил меня, а я даже не успела ему сообщить, что жду ребенка. Только мама узнала. Сейчас ей тяжелее всего приходится. Ниже опустила голову, чтобы не видно было слез, скатившихся по щекам.

Я старалась держать себя в руках, чтобы не разреветься в голос.

— Не скучай, я долго не буду, узнаю, что там и вернусь.

Старушка вышла, захватив с собой поднос, и тихо закрыла дверь.