Интерлюдия

Как все прошло? -поинтересовался Руслан.

— Вначале был в шоке, потом все стал отрицать, впрочем, все как ты и предполагал, — Алла заигрывающе хихикнула.

— Значит, переходим к следующему пункту нашего плана. Я начинаю активно ухаживать за Софьей, стараясь стать её жилеткой на какое-то время, а ты продолжаешь охмурять Макса.

— Я сказала, что после рождения ребенка он сможет сделать тест на отцовство, а если, действительно, сделает?

— Не переживай, зная Максима, твердо могу сказать, что он не пойдет на это. Если ты приложишь все силы и будешь говорить с ним о ребенке, не затрагивая ваших отношений, он проникнется этой мыслью и ни о каком анализе думать не будет.

— Я так и поступлю, -мурлыкнула Алла, села на колени юноши и, немного поерзав, обвила его шею.

— Почему бы и нет, -хриплым голосом ответил он на её действия и впился губами в розовые губки подружки.

Максим

Если бы мне кто-то сказал, что я буду чувствовать себя идиотом из-за этой неординарной ситуации, не поверил бы. Все было так хорошо, пока не появилась эта белобрысая тварь и не оболгала. Уже неделю Софья избегает меня. Заходит в аудиторию позже всех и уходит раньше, мне никак не удается её поймать и поговорить. На мои телефонные звонки она тоже не реагирует, а день назад заблокировала мой номер. Зато новоявленная беременная не дает мне покоя, все кружит и кружит, словно ворон над своей добычей.

Не выдержав, я все же решил поймать свою невесту, хотя уже сомневаюсь, что она таковой остается, и поговорить. После уроков, я заметил её в столовой и решил подкараулить на выходе.

— Софья, подожди! -окликнул я. — Нам надо поговорить.

— Нам не о чем разговаривать, Макс. Ты решил, видимо, и меня в жены взять и в то же время хорошо время проводить с Аллой на стороне. Может и хорошо получилось, что она забеременела, иначе, я даже бы не подозревала, что ты за подлый человек, -она вырвала свою руку из моих ладоней и отошла на шаг. — Не подходи к мне, Макс…

— Софья, о чем ты говоришь? Я люблю тебя, у нас скоро…-начал я убеждать свою любимую.

Но она положила свою ладонь на мой губы.

— Нет нас, Максим, есть ты и есть я. Ты ошибся, выбрав не ту девушку, я тоже ошиблась, поддавшись твоим речам. У тебя есть беременная девушка, которая вскоре должна подарить малыша. Будь счастлив и не преследуй меня больше, иначе мне придётся переводиться в другой институт, а я уже привыкла здесь.

Больше ни слова не сказав, она повернулась и вышла, я последовал за ней и увидел, как она садится в машину к Руслану, завидному жениху нашего института, богатенькому и перспективному мальчику. Я усмехнулся, правильно, кто я и кто он. Мы словно небо и земля, огонь и вода, как по внешности, так и по характеру. Жгучая обида, душевная боль и сомнения так измотали меня, что к вечеру я напился. Только после трех дней беспробудной пьянки, стал понемногу приходить в себя. Оглядевшись, в первую очередь обратил внимание, что нахожусь в незнакомой комнате. Я лежал на двухспальной кровати, сбоку находился трехстворчатый белый шкаф и две прикроватные тумбочки с обеих сторон кровати. На полу лежал кремового цвета турецкий ковер с длинным ворсом.

Тут открылась дверь и в комнату зашла Алла. В руке у нее был поднос, в котором стоял кувшин с водой и стакан с непонятным белым порошком. Она молча налила воды и, помешав содержимое стакана чайной ложкой, подала его мне.

— Пей, легче станет.

— Что это? Надеюсь, ты не хочешь меня отравить?

— Ребёнок мне не простит смерть своего отца, поэтому это всего лишь абсорбент под названием «Полисорб», надеюсь, слышал про такой.

— Зачем тебе это все? -поинтересовался я.

— Я же сказала, что ребенок меня не простит.

— Хватит Алла, не начинай. Если бы я точно знал, что это мой ребенок, то согласился бы выплачивать алименты, на большее не рассчитывай. Я люблю Софью.

— Знаешь, Макс. Вот и иди к своей Софье. Я за тобой три дня ухаживала, чтобы вывести из этого состояния, а твоя бывшая невеста на водохранилище плескалась и загорала с твоим бывшим другом Русланом. Я устала и мне наплевать на все. Выметайся. Ты очухался, сам сможешь позаботиться о себе.

Алла вскочила и схватила поднос, но покачнувшись, стала заваливаться. Поднос накренился, и кувшин полетел на пол, облив весь ковер. Я успел подхватить бессознательное тело и положить на кровать. Вновь подкатила тошнота и увеличилась головная боль, но я старался не обращать внимание. Надо было приводить в сознание девушку. Выбежав из комнаты, на кухонном столе обнаружил большую коробку, в котором находились всевозможные лекарства, там я и нашел нашатырный спирт и ватные диски. Никогда бы не подумал, что буду переживать за эту девицу, но, видимо, подсознательно все же думал о еще не родившемся ребенке. Звук открываемой двери вывел меня из ступора. Распахнулась дверь комнаты и в спальню зашел среднего возраста светловолосый мужчина, с посеребренными от возраста висками и с такими же голубыми глазами, как у девушки.

— Алла, деточка, что с тобой?

Он резко отбросил меня и встал на колени перед кроватью, где все так же без сознания лежала хозяйка дома.

— Что ты с ней сделал? -буквально прорычал мне в лицо хозяин дома.

— Ничего, она стала выходить их комнаты и упала без сознания.

— Она крепкая девочка и просто так упасть в обморок не могла, если только небеременная. У нее мать так же падала, не выдерживая изменения в организме…. Подожди…. Это получается, моя девочка ждет ребенка?

Тут я, не подумав, спросил:

— А вы разве не в курсе?

Он схватил меня за грудки и прижал к стенке.

— Так это ты отец малыша, которого носит моя девочка? -неожиданный удар свалил меня с ног, я не успел вставить даже слово.

— Папа, не надо его трогать, он уже собирался уходить, -тихо произнесла Алла, вовремя пришедшая в себя.

— Ну уж нет. Сейчас мы пойдем на кухню и поговорим, как два мужика.

— Папа!…

— Я все сказал! Ну что, кисейная барышня, мне поднимать тебя или сам в состоянии подняться?

— Сам, -угрюмо произнес я и поплелся за мужчиной на кухню.

Егор Федорович поставил на стол бутылку водки, при виде которой, я мысленно застонал, затем различные закуски, среди которых была красная рыба, несколько разновидностей колбасы и сырная нарезка.

Начался долгий, нудный разговор по душам. Мои отговорки о том, что я понятие не имею чей это ребенок, только бесили его и после двух часов уговоров и угроз, он все же вынудил меня сделать предложение Алле, которая светилась от счастья.

Сам я подумал, что мне нужно только дожить до того момента, когда она родит ребенка и сделает анализ на отцовство. Жить с ней я не собирался. Я был твердо убежден, что в тот день в доме Руслана у нас ничего не было.

Пока шла сессия, Софью я видел изредка, и она всегда была в компании Руслана. Меня это сильно бесило, боль и чувство обиды проявлялись в виде оскорблений и унижений не только бывшей невесты, но и своего друга, теперь уже бывшего. Они лишь молча отходили от нас. Руслан пробовал поддерживать дружеские отношения, но я нанес хук справа, отбросив его на три шага от себя, отправив на пол. Думаю, ему стало все понятно без слов, так как попыток вновь поговорить он не предпринимал. Не знаю почему, но я был уверен, что это игра Руслана.

Я пытался протянуть время, но живот у Аллы стал сильно выпирать, и Егор Федорович отправил нас с ней в загс, бурча, что у его девочки скоро живот полезет на нос, а мы еще не оформили отношения.

А ровно через два месяца, моя девочка вышла замуж за Руслана. На свадьбу естественно мы приглашены не были, но я издалека наблюдал за новобрачными. Свадьба была в шикарном дорогом ресторане столицы и пускали туда только по приглашениям. Договорившись с одним из официантов и дав ему на лапу пять тысяч, мне удалось попасть в тот момент, когда шли поздравления. Было ощущение, что от меня вживую оторвали кусок плоти и растоптали. Я выскочил на улицу, глотая живительный воздух, резкая боль в груди становилось сильнее, было ощущение, что я задыхаюсь. Как упал, не помню, очнулся в больнице.