Разговор

Коридоры имения Яр-Штернов были не слишком запутанными, поэтому я с лёгкостью запомнил дорогу. Перед кабинетом Людвига стояло двое охранников, судя по внешнему виду и поведению не рядовые бойцы. Внутри кабинета было просторно и светло, горели свечи и масляные лампы. Хозяин кабинета прошёл за стол и сел в своё кресло, предложив мне сесть в кресло напротив. Прежде чем пройти в кресло я осмотрел внимательно кабинет. На стенах висело оружие и головы различных животных — трофеи. Оружие, судя по виду, было не просто коллекционной игрушкой, а вполне боевое, а судя по потёртости рукояток на некоторых из них, часто используемое.

— Заинтересованы в оружие? — Спросил Людвиг со своего места.

— Нет, скорее в том, кому оно принадлежало. Как я понимаю, большая часть оружия здесь боевые трофеи?

— Вы совершенно правы, граф. — Людвиг улыбнулся. — Некоторые с поля боя, с прошлой войны с Сильфийским королевством. Я его лично добыл у поверженных врагов. Некоторые экземпляры добыты из охоты на различных опасных личностей.

— А некоторые, Ваших личных врагов? — Я указал на украшенный драгоценными камнями короткий меч.

Да. — Кивнул головой Людвиг. — Этот клинок принадлежал Барону Яр-Виру. Двадцать лет прошло с его смерти, клинок был оговорённым трофеем. Семейный клинок Яр-Виров теперь покоится у меня на стене. Его потомки предлагали хорошие деньги за это оружие, но мне он дорог именно как трофей.

— Понятно. — Я подошёл к столу и сел в предложенное мне кресло. — Прежде чем мы начнём разговор о деле, я хотел бы задать вопрос. Зачем весь этот фарс?

— О чём Вы, граф? — Недоумевающе спросил Людвиг.

— Барон Людвиг Яр-Штерн, вы прекрасно знаете, о чём я. Зачем Вы позвали меня на этот светский вечер, зная, что я предпочитаю не отсвечивать на публике? Зачем Вы подговорили некоторых дворян, чтобы они попытались спровоцировать меня? Вы же не хотели их смерти, а этим вполне могло всё закончиться.

— Вы же понимаете, что как хозяин вечера, я бы мог загладить разногласия и отговорить от дуэли.

— Только если бы я согласился, а не настоял на том, чтобы вырезать зарвавшихся баронов и виконтов. — Хищная улыбка бессознательно появилась на моём лице, но я быстро убрал её.

Что Вы, граф? — Яр-Штерн махнул рукой. — Вы же благоразумный человек, зачем Вам при первом выходе в свет портить отношение с местными аристократами.

— В отличие от Вас, барон, я не держусь за этот город, так как не из местных, и вырезов двух-трёх аристократов на дуэли вполне мог бы покинуть город или даже страну. А если бы ко мне подослали убийц, то уже без дуэли вырезать весь аристократический род. — Я, конечно, лукавил, но всё-таки угроза вполне могла быть реальной.

— Надеюсь, что ничего серьёзного за этот вечер не произошло, что могло бы вызвать Ваш гнев.

— Надеяться стоит на то, что во время моего отсутствия гости не совершат глупости, которые повлекут за этим дуэли, несчастные случае и странные смерти.

Людвиг задумался, а затем достал листок из стола и что-то написал.

— Виктор! — Из-за двери вошёл охранник. — Передай этот листок Рикарду. — Охранник, названный Виктором, взял листок и скрылся за дверью.

— Как я понимаю, вы отменили главную провокацию, которая могла всё-таки привести к чьей-то смерти?

— С Вами сложно иметь дело, господин граф, ещё раз надеюсь, что Вы станете моим другом, а не врагом. — Теперь, когда все сложности улажены, приступим к обсуждению задания?

— Я внимательно слушаю Вас.

— Если вы посмотрите налево, господин Рэй, то увидите сундук. — Я повернул голову и действительно увидел крупный сундук, примерно метр длиной и полметра шириной. — В нём находится мой подарок храму богини судьбы — Синтрии. Меня связывают давние и тесные отношения с этим храмом, и я время от времени отправляю в храм подарки. Это очень ответственное и деликатное дело, поэтому я не могу доверить его кому попало. К тому же, подарок привезённый аристократом будет цениться значительно выше, чем просто рядовым наёмником.

Я долгое время смотрел в лицо Людвига, пытаясь увидеть какой-то намёк на правду. Даже без Пешки я мог определить, что Людвиг мне врёт. Не все слова ложь, но многие. Какой был его интерес? Возможно, что в дороге меня встретят подосланные убийцы. Или ещё какая-то неприятность. Но я не видел причины отказываться от такого задания. Храм Синтрии находился в половине дня пути на повозке от имения Людвига. Значит, нужно будет вернуться в город, забрать свою лошадь с повозкой, купить небольшой стог сена и приехать сюда за сундуком.

— Вам не нравится моё предложение, господин граф? — Людвиг прервал мои размышления.

— Да, оно мне не нравится. — Опередив слова Барона, я добавил. — Но я не собираюсь от него отказываться. Раз мы обсудили задание, то я пожалуй направлюсь к себе домой и подготовлюсь к путешествию.

— Что же Вы, Граф Рэй, собираетесь покинуть мероприятие до его окончания? Это будет невежливо с Вашей стороны.

— Уважаемый Людвиг Яр-Штерн, мы уже успели выяснить, что данное мероприятие не вызывает у меня удовольствие. Кроме того, я могу не сдержаться, и вызвать на дуэль какую-нибудь знатную особу. А как вы знаете, я предпочитаю дуэли до смерти, и не все смогут так же ловко договориться со мной как Вы.

— Пожалуй, Вы правы, но всё-таки прошу Вас ненадолго задержаться. Сами должны понимать.

— Да, понимаю, я уйду не сразу, но сделаю так, что мой уход будет незаметен для всех, надеюсь, Вы мне поможете, устроив какое-нибудь представление?

— Да. Я это устрою.

Мы встали из-за стола и пожали друг другу руки. Направившись к выходу, я решил задать ещё один вопрос Людвигу.

— Людвиг Яр-Штерн, хотя я и сам знаю ответ, но всё-таки хотел бы услышать его от Вас. — Дождавшись, пока барон внимательно на меня посмотрит, я продолжил. — Та стычка Пешки и Винсента, да и дальнейшие события, всё это вы подстроили специально?

— Хм… — Барон хмыкнул и улыбнулся. — Я рад, что Вы умный человек, от этого мне ещё больше хочется иметь с Вами дела.

Мне это не нравится. Очень не нравится. Теперь у меня ещё больше подозрений к Людвигу. И главное подозрение — он знает кто я. Барону незачем заводить хорошие отношения с графом без графства, без поддержки, без имени. Я знал, что моё прошлое всплывёт рано или поздно, но лучше бы это произошло как можно позже.

Войдя в зал, и я, и Людвиг наблюдали картину, от которой у нас широко открылись рты. Посередине зала стоял стол, с двумя стульями, за одним стулом сидел Габриель, за спиной которого стояла Пешка, за другим стулом сидел какой-то аристократ, за спиной которого собрались ещё мужчины-аристократы. Они боролись на руках. Армрестлинг, хм… кажется, я догадываюсь, что происходит. Подойдя тихонько к Пешке, я спросил, что происходит.

— После твоего ухода, многие аристократы и их сопровождающие порывались ко мне, чтобы пригласить на танец, я отказывала, как могла, но они настаивали и давили своими титулами. Габриель виртуозно заговаривал им зубы и легко отклонял их агрессию. В конце концов, кто-то усомнился в силе моего защитника, и он решил устроить состязание. Тот, кто сможет победить его в состязании силы рук, сможет потанцевать со мной. — Пешка хихикнула. — Зная способности Габриеля, я уверена, что здесь нет того, кто бы победил его. А он ещё тот актёр. Смотри как он пыжится, — Пешка указала на Габриеля, — он делает вид, что ему трудно, а ведь для него все эти аристократы, словно котята.

— Да. — Я тоже хихикнул. — Он своим щитом орудует, словно палочкой машет, для него всё это детские забавы. Надо будет наградить его за хорошую задумку.

Я наблюдал за Габриелем, он действительно изображал напряжение и «с трудом» побеждал одного противника за другим.

— Господин Граф, разрешите пригласить Вас на танец.

Повернувшись на голос, я увидел молодую девушку лет семнадцати. В ней я узнал младшую дочь Людвига — Лилиану Яр-Штерн. Если приглашения остальных дам я мог отклонить, то приглашение дочери хозяина вечера отклонить нельзя. Я взял руку Лилианы и направился в другую часть зала, где танцевали пары. Танцам я обучался ещё в имении Яр-Ферралов, прекрасно понимая, что мне придётся сталкиваться с высшим обществом, я не пренебрегал этими уроками. Играла музыка похожая на Вальс, мы двигались в такт с мелодией, а я чувствовал холодный взгляд Пешки, от которого у меня бежали мурашки.

— Скажите Граф, зачем Вы выбрали жизнь наёмника? — Голос Лилианы был приятен. Не знаю, её отец подослал или это её собственная инициатива.

— Жизнь заставила. — Односложные ответы сейчас лучший вариант.

— Как может заставить жизнь. Если Вы попали в сложную ситуацию, то можно обратиться к другим дворянам, которые помогут в беде. Укроют от врагов, вернут доброе имя или помогут отбить захваченное имение. Вы же прекрасно знаете это и без меня.

— Знаю. — Действительно знаю, но я не хотел отвечать.

— Тогда почему? — Настаивала Лилиана.

— Мне нравится свободная жизнь. — Я лукавил, но не рассказывать же ей всю правду.

— Мой отец хорошо о Вас отзывается. Даже предлагал сосватать меня. Но я не хочу выходить замуж за того, кого не знаю.

— Так Вы хотите поближе узнать меня, госпожа Лилиана? — Любопытство взяло верх. Не стоило задавать этого вопроса.

— Да. Расскажите о себе.

— За этим Вам лучше обратиться к отцу. — Мелодия закончилась, и я отошёл на почтительное расстояние. — Уверен, он знает обо мне даже больше чем я сам. Простите, но невежливо танцевать более одного танца с незнакомой и незамужней девушкой.

— Вы правы граф, но я надеюсь, что Вы ещё подарите мне танец сегодня.

Это вряд ли. Но сказать я этого не мог. Лишь поклонился и направился к Пешке с Габриелем. Тут я заметил, что никто особо уже и не хотел танцевать с Пешкой, а вот победить полукровку желающих было большое количество. Пешка дулась, даже не знаю на что больше, что она потеряло мужское внимание или, что я танцевал с другой.

— Ну как она? — Бросила недовольно Пешка.

— Неплоха. Предлагала жениться. — Я сказал почти правду.

— А ты что? — В этот раз Пешка внимательно посмотрела.

— Сказал, что подумаю. — Увидев расширившиеся глаза Пешки, я засмеялся. — Что за реакция?

— Но ты сказал правду.

— Я сказал полуправду. — Временами я забываю про способность Пешки. — Вот и ещё один минус твоей способности. Она не может отличить ложь от полуправды.

— Полуправда? — Удивлённо спросила Пешка. — И что из сказанного тобой было правдой, а что нет?

— А вот не скажу. Меньше будешь не доверять мне.

Пешка открыла рот, а затем, поняв смысл моих слов, закрыла. Её можно было понять, до этого я не крутился в высшем обществе, а девушки в нашем деле редко попадались. Если уж даже Килия вызвала небольшую ревность у моей спутницы, то, что говорить о красивой аристократке? Пора было останавливать весь этот фарс с Габриелем, поэтому я подошёл к нему и положив руку на плечо громко сказал.

— Думаю, что моё доверенное лицо, Габриель, уже доказал свою силу, но он тоже устал, поэтому позвольте ему немного отдохнуть.

Зазвучали недовольные голоса, но меня поддержал Людвиг Яр-Штерн и уже успевшие испытать силу Габриеля аристократы. Отойдя к столу с Яствами, так, чтобы никто не услышал, я произнёс хвалебную речь Габриелю, подшучивая над аристократами-слабаками, что не могут победить щуплого полукровку. Габриель, Пешка и я хихикали, и разговаривали на отвлечённые темы. Вскоре Людвиг Яр-Штерн объявил, что на его светский вечер для развлечения гостей была приглашена специальная группа заезжих акробатов, и они продемонстрируют свои виртуозные способности в этом зале. Музыканты на сцене зашевелились и спустились в зал, с инструментами освобождая сцену, куда выходили ловкие и быстрые акробаты. Взглянув на Людвига, я встретился с ним взглядом и дождался кивка. Как я и думал, это и был тот отвлекающий манёвр. Шепнув Пешке и Габриелю, что пора уходить, мы медленными движениями двинулись к выходу. Если для кого-то и остался наш уход замеченным, то это не имело значения. Поздно нас перехватывать.

У парадного входа нас ждала карета с кучером, Пешка и Габриель быстро забрались в карету, а задержался у входной двери, увидев, что в нашу сторону движется девушка.

— Господин граф, невежливо покидать светский вечер раньше времени. — Она была высокой и красивой, на вид ей было около тридцати лет. Я знал, кем она была.

— Некоторые обстоятельства, госпожа Генриетта Яр-Тирт, вынуждают меня покинуть столь прекрасный вечер. — Я не хотел затягивать этот разговор.

— Но Вы обещали танец моей младшей сестре. — Возмущенно произнесла Генриетта.

— Нет. Не обещал. — Твёрдо ответил я. — Кроме того, мне нужно подготовиться к выполнению поручения Вашего отца.

— Так Вы боитесь гнева моего отца? — Генриетта засмеялась. — Вы лишь жалкий трус.

— Ахаха… — Я засмеялся так громко и так звонко, что точнее будет сказать, что я ржал. Затем открыл дверь кареты и залез в неё. Выглянув в окно, улыбнулся Генриетте и сказал. — Ваше желание помочь сестре очень восхищает меня, но вот Ваши методы слишком радикальны и неверны по отношению ко мне. Вам нужно поучиться у отца разбираться в людях. — Затем повернулся к кучеру и крикнул. — Поехали!

Нельзя было оставлять время на раздумья этой барышне. Ведь она может действительно придумать хороший аргумент, чтобы остановить меня. Карета двинулась, и мы направились домой. Нужно рассказать моим спутникам, что за задание нас ждёт и как к нему лучше подготовиться.