— Наши танковые и механизированные дивизии имеют все требуемые вспомогательные части и подразделения, свою полевую и зенитную артиллерию, хорошо развитую службу тыла. Полностью готовая рабочая структура, Георгий Константинович, будет большой ошибкой ее упразднять, абсолютно не рациональное решение, прямо-таки ошибочное, не совсем продуманное, — Василий Иванович чуть не употребил термин «вредительское», но говорить такое по прямому проводу начальнику Генерального штаба вверх легкомыслия, того самого, которое на грани преступного.

А потому поспешил быстро исправиться:

— Просто нужно незамедлительно приспособиться к тем реалиям, которые уже продиктовала нам начавшаяся война. Требуется только добавить необходимые обозы на конной тяге, что в конце-концов не так и архисложно — лошадей у нас везде хватает, можно даже реквизировать обывательские подводы, как сделали по моему приказу. В состав этих новых дивизий просто ввести еще два стрелковых полка к штатному моторизованному, можно даже один, взятый из обычной дивизии или даже направить запасной полк. И со временем добавить по полку, по мере их формирований, что сделать намного легче и быстрее, чем с нуля формировать новые дивизии, которым требуются значительные сроки на подготовку.

Кузнецов говорил громко и четко, связь с Москвой действовала, и голос начальника Генштаба Жукова был хорошо слышен — благо прямой провод ВЧ из Москвы через Лиду с Гродно у Генштаба имелся. Нужно упредить Георгия Константиновича от поспешных решений, которые тем уже точно прорабатывались. Ведь к середине июля грянет очередная «реорганизация», такая же поспешная и непродуманная, как многие решения, которые принимал в горячке катастрофических поражений на фронте Георгий Константинович. И главное из них расформирование всех механизируемых корпусов и танковых дивизий, кроме «сотых», сформированных по сокращенному штату. Потом, правда и те расформировали из-за страшных потерь в бронетехнике и огромной нехватки автотранспорта.

А ведь куда проще было провести простое переименование механизированных корпусов и танковых дивизий в стрелковые, а не «разгромить» их волевым решением, которое потом самим же и пришлось исправлять с большими трудностями уже через полтора года войны. В свое время Василий Иванович неосторожно брякнул самому Сталину, когда получил назначение на командование 1-й Ударной армией, в которой насчитывалось множество стрелковых бригад без всяких промежуточных органов управления — «какой же дурак расформировал стрелковые корпуса». Тогда Иосиф Виссарионович ему ничего не ответил, но в победном мае сорок пятого с усмешкой неожиданно признался, что «этим дураком» был именно он, и хорошо, что вовремя понял какую фатальную ошибку в июле 1941 года совершил бывший тогда начальником Генштаба Жуков.

— Эта мера позволит в течение очень короткого срока, буквально двух-трех недель, а то и вообще дней, если имеются подготовленные полки, я говорю о запасных частях, пополнить действующую армию на фронте полностью боеспособными, и главное — уже обстрелянными соединениями, командование которых получило боевой опыт. Можно будет быстро задействовать сразу несколько десятков вполне подготовленных стрелковых дивизий, переформированных из танковых и механизированных, пусть временно трех полкового состава, вместо пяти по штату — двух, а не трех стрелковых, и одного, а не двух артиллерийских полков.

— Мне доложили, что вы проводите реорганизацию 33-й танковой и двух механизированных дивизий из состава 11-го мехкорпуса?

— Я пока развернул их как «усиленные» на один стрелково-пулеметный полк бригады по действующему штату для УРов, мне нужны полевые войска, чтобы удерживать фронт. В каждой такой дивизии сформировали управления еще двух стрелково-пулеметных полков за счет сокращения штабных служб самой дивизии, и прибывающего в полосу армии комсостава из оставляемых у границы укрепрайонов. К двум имеющимся стрелковым батальонам моторизованного полка, добавили три пулеметных батальона, отошедших с занимаемых позиций — по одному на полк. И еще четыре стрелковых батальона двух новых полков — последние сформированы из саперов и строителей, которые возводили ДФС 64-го, 66-го и 68-го укрепрайонов. Пульбаты берутся с первых двух УРов, которые сразу отводятся в Гродно и за Неман, где и развернем на позициях эти три «дополнительных» дивизии. Переформирование «подвижных» соединений в стрелковые, в виду хронического отсутствия автотранспорта, позавчера согласовано с генералом армии Павловым. Танковые бригады окончательно выведены в резерв армии.

— Решение правильное, действуйте исходя из ситуации. Новые номера дивизий получите немедленно, потом потихоньку переведете на обычный штат, а пульбаты и строителей с саперами отправите в тыл. Но не раньше, чем прибудут сформированные по мобилизации стрелковые или запасные полки, мы их вам немедленно отправим вместе с маршевым пополнением.

То, что Жуков не обрушил на него «гром с молниями», свидетельствовало об одном — Георгий Константинович заранее принял решение, внимательно изучив «записку», в которую Павлов с Еременко неизбежно внесли от себя определенные дополнения. Сейчас происходит отделение «зерен от плевел», так сказать, а потому обычно резкий в общении с подчиненными генерал армии говорит с ним необычно для себя весьма доброжелательно, сам перешел на «имя-отчество», что бывало крайне редко.

— Нам очень нужно сохранить танковые войска, Георгий Константинович, слишком большие потери в танках, но особенно в автотранспорте. Хотим или не хотим, но нужно сильно «урезать» состав танковых батальонов и рот. По мере увеличения выпуска бронетехники штаты можно снова увеличить, однако сейчас ничего другого нам не остается. Сами механизированные корпуса нужно сохранить, только необходимо временно перевести на бригадный состав, как раньше, я имею в виду те четыре танковых корпуса, что имелись у нас в тридцать девятом году до их переформирования.

— Меры уже приняты, Василий Иванович. Пяти батальонные бригады бывших танковых дивизий слишком громоздкие, каждая будет переформирована в две отдельные танковые бригады, по три батальона Т-26 с КВ, придаваемые армиям и стрелковым корпусам. Что касается танковых бригад механизированных дивизий, то они будут также «раздвоены», по два танковых и одному мотострелковому батальону в каждой. И пополнять будем Т-34 и Т-40, других танков, как вы знаете, мы не производим. По три танковых и уже имеющейся в штате моторизованной бригады на каждый механизированный корпус вполне достаточно, автотранспорта хватит, наберем дополнительно по мере необходимости из стрелковых соединений. Кроме того, остаются оба дивизионных мотоциклетных батальона, будут сведены в отдельный полк. А вот разведывательные батальоны будут введены в состав собственно бригад — роты слишком слабы по составу, чтобы вести бой в наступлении.

Василий Иванович чуть ли не выдохнул с облегчением — прошлый раз в наркомате и ГАБТУ принялись за расформирование настолько рьяно, что даже не подумали, как приспособить уже имевшиеся структуры. А ведь чего проще как взять имеющиеся танковые полки, добавить в каждый по батальону мотопехоты, и получить готовую танковую бригаду, с которыми провоевали до сорок пятого года. Сейчас в некоторых случаях так и поступили, но куда чаще заново «сколачивали» бригады, штаты которых постоянно пересматривали в сторону уменьшения. А тут в Генштаб поступило уже готовое решение (выверенное на опыте самой войны, о чем там не подозревали), именно в таком виде танковые корпуса и дошли до Берлина…

Долгие годы по окончании войны с белорусских и украинских полей вывозили вот такие оставшиеся «памятники»…