Следующее утро у всех началось по-разному. Даша за ночь замёрзла, несмотря на спальник, вся искололась обманчиво неколючими ветвями кустарника, росшего неподалёку, и чувствовала себя ужасно. Зато когда она вышла к костру, то получила свою порцию золотистых гренков в яйце с перцем, сосисок и кофе, и её сил хватило лишь на то, чтобы поблагодарить повара. Судя по звукам, доносившимся с реки, замёрзла ночью она одна. Кто-то уже с утра плескался в Вишере. «Наверняка у самого берега», – подумала Даша. Вода в реке даже в середине лета была обжигающе холодной.

Она позавтракала и спустилась к Вишере. Девочки и впрямь расстелили коврики на берегу и медитировали, подставляя личики утреннему солнцу. Два инструктора собирали катамараны, Кирилл фотографировал и снимал процесс на видео, что-то бормоча в небольшой микрофон в петлице. Все были в предвкушении первого этапа сплава. Все, кроме Даши.

Даша смотрела на катамаран и понимала, что ей надо отказаться прямо сейчас. Это не её история. Она не из тех людей, что сидят на такой вот шаткой конструкции, радостно делает селфи и машет веслом или руками, если весла не достанется. Она и плавает куда хуже, чем человек, который мог бы согласиться на это путешествие. Надо просто встать и сказать: «Простите, но дальше без меня». Это всего несколько слов.

Но катамараны собрали, столкнули на воду, парни вместе с инструкторами погрузили на них рюкзаки, включая Дашин. А также её уже свёрнутую палатку. Но она так и не решилась отказаться. И в следующий миг она уже сидела на перекладине, вцепившись в какой-то ремень так, что побелели пальцы, и смотрела на воду. Никто не предложил ей грести или достать телефон и делать снимки. Хотя Кирилл с соседнего катамарана пару раз кричал: «Даша!», а когда она усилием воли поднимала на него взгляд и вымученно улыбалась, фотографировал.

Впрочем, он кричал так всем подряд. Но Даша была так сосредоточена на том, чтобы не свалиться в воду и не утонуть, что не замечала ничего вокруг. Ни красивых скал, ни нетронутой природы. Выйди сейчас из лесу медведь, она бы и его не заметила. На ней был страховочный, а не спасательный жилет. Вроде как так она сможет не просто бултыхаться на одном месте в жилете, а спокойно подплыть к катамарану, если таки окажется в реке. Но больше всего Даша боялась, что ей придётся это проверять.

У неё чудовищно болели руки оттого, что она весь путь боялась их разжать. Поэтому когда она ступила на берег, то едва не расплакалась от облегчения. Одна из первых получив свой рюкзак, Даша поспешила расставить палатку за деревом, чтобы не опозориться с колышками второй раз. Оставалось лишь радоваться, что ей не нужно заниматься обедом и затаскиванием катамаранов с воды. Да и то, что здесь они пробудут до утра, тоже вселяло оптимизм.

Закончив с палаткой, Даша вернулась к остальным и обнаружила, что ребята решили ставить палатки дальше, чем она предполагала. Сама виновата, не удосужилась поинтересоваться, где они планируют разбить лагерь. Вроде бы ничего особенного, но всё же от обиды она снова едва не заплакала.

Чтобы отвлечься, Даша до самого обеда рыскала по кустам в надежде встретить какое-нибудь растение из Красной книги. Или просто достаточно редкое, чтобы вдохновиться на новую научную работу, но уже в одиннадцатом классе. Последний год. На почти что мифическом астрагале далеко не уедешь!

Ничего интересного ей не попадалось. Зато рядом с катамаранами со спины она заметила Кирилла и Алину. Кажется, они просто разговаривали, но Даша тоже просто разговаривала с Кириллом, когда в её сердце бушевала буря! Кто знает, может, разочаровавшись в Гордее, Алина теперь собирается протянуть свои загребущие лапы к Кириллу?

– Вот отравит она тебя, будешь знать, – мстительно пробормотала Даша и углубилась в лес. Здесь ей неожиданно стало легче дышать, и она быстро успокоилась. Разве эти ребята виноваты, что знакомы между собой, а она для них новенькая? Что им нравятся катамараны, река, еда с костра и ночёвки в палатках, а ей – нет? Они просто разные. Осталось ведь всего четыре дня, один уже прошёл. Она справится, да и катамарана можно уже и не бояться!

Ужинала Даша уже в хорошем настроении и даже поболтала с тем коренастым парнем, которого звали Ромой. Он тоже сплавлялся впервые, но, в отличие от Даши, был в восторге буквально от всего. А потом они разошлись по палаткам. И Дашу накрыла скрывавшаяся весь день не иначе как от яркого солнца и её раздражения простуда. Дашу знобило, она пропотела весь спальник и только под утро, вконец утомлённая бессонной ночью, забылась крепким сном. Проснулась она бодрая, в прекрасном настроении, готовая к любым трудностям нового дня.

Ну это она полагала, что к любым. Но, как выяснилось, не к тому, что её товарищи соберут утром лагерь и отправятся дальше, забыв её тут.

Даша не сразу поверила в это. Как вообще можно забыть человека? Она же не морская свинка и не зарядка от ноутбука! Да, её палатка стояла чуть поодаль, за деревьями, и это была её арендованная палатка, а не принадлежащая той компании, что устраивала им сплав. Но разве они не должны были сверяться по головам?!

Потом Даша почти убедила себя, что это пранк. Они просто решили разыграть её. Как знать, может, Кирилл сейчас снимает на мобильник, как она бестолково бегает по стоянке, точно безголовая курица. Ну и получит же он тогда! И она уж точно не позволит выложить это видео в Сеть. Что за дурацкие шутки!

И лишь спустя час, если не больше, Даша была вынуждена признать: её действительно забыли. Оставили. И вряд ли за ней вернутся обратно.

Так странно. Она три раза успела пореветь, когда поняла, что Кирилл приедет в Пермь не один, а сейчас, когда сама Даша осталась в одиночестве посреди леса за сотни километров от дома, плакать совершенно не хотелось. Вместо этого она вытряхнула содержимое рюкзака и убедилась, что не зря взяла с собой шоколадные батончики, хлебцы и целую груду разнообразных сухих завтраков. Спички, пауэрбанк, запасной свитер, нож, ложка, кружка, небольшой котелок, рулон пакетов и рулон туалетной бумаги. И много чего ещё у неё было с собой, так что умереть прямо здесь и сейчас Даше не грозило.

Она включила телефон. Сигнал был. Слабый, очень слабый, но всё же. Даша замерла в нерешительности. Позвонить? А куда? Родителям? И довести их до инфаркта. Они в Перми, а она где-то на Вишере и слабо себе представляет, где именно, потому что прохлопала ушами, ползая по кустам, когда инструктор говорил, сколько километров они проплыли за первый день. Нет, родители ей ничем не помогут.

Дядя Серёжа? Ещё хуже. Он сейчас сплавляется по Чусовой и знать не знает, что её занесло на Вишеру. Даже если он возьмёт трубку, то сможет сделать ещё меньше, чем родители.

По логике надо было набрать 112, но она понятия не имела, что скажет спасателям. «У меня всё есть, включая палатку, просто меня тут потеряли, немедленно высылайте вертолёт». Так, что ли?

Наверное, лучше всего было просто оставаться на месте. Наверняка их группа не единственная, кто сплавляется. Не сегодня, так завтра, не завтра, так дня через три кто-нибудь должен тут проплыть, и она попросится с ними. Но уже полчаса сидения на берегу заставили Дашу признать: этот самый простой и логичный вариант ей категорически не подходит.

Во-первых, одно дело ждать день. А если два, четыре, неделю? Во-вторых, эта стоянка была не самая популярная среди туристов. Поэтому, если она устала от бездействия уже за полчаса, несколько дней она не выдержит. По всему выходило, что нужно просто идти вниз по течению реки. Как знать, может, ребята обнаружили, что её нет с ними, и разбили стоянку в нескольких километрах отсюда. И ждут её, пока она тут паникует и истерит!

Эта мысль показалась Даше настолько здравой, что она немедленно принялась собираться. Она тщательно уложила все вещи и палатку обратно в рюкзак, получше перешнуровала кроссовки и двинулась по намеченному пути.

Это лучшее, что могло с ней случиться! Так ей казалось первые минут пятнадцать. Она увидела огромную ондатру, плывущую в заросли осоки. Несколько уток непривычной раскраски. Ей нравилось просто идти одной.

А затем Даше вдруг пришло в голову, что, похоже, она теперь не просто одна. Она одна на много сотен километров. И случись с ней что-то сейчас, никто не поможет.

Страх за свою жизнь заставил Дашу быть более осмотрительной. Теперь она шла чуть поодаль, не по самому краю берега: опасалась поскользнуться. Это же чувство требовало от неё предельной осторожности при ходьбе по камням, так что Даша стала быстро выбиваться из сил.

Вскоре она заметила в воде камни и завихрения. Даша нахмурилась. Она помнила, что в рекламном описании тура, которое она читала краем глаза, было сказано, что река здесь была спокойная и почти лишённая порогов. Поэтому они и начинали свой сплав так низко по течению, а не шли с самого Улса.

– Почти, – пробормотала себе под нос Даша и поправила лямки рюкзака. – Ох уж это почти!

Она двинулась дальше, но тут её взгляд зацепился за тёмное пятно на противоположном берегу. Мозг подал сигнал о возможной опасности раньше, чем она успела толком что-то сообразить, – подвывая от ужаса, Даша рванула прочь от берега. Медведь! На камне у самой кромки воды на том берегу стоял медведь!

Даша знала, что медведи отличные пловцы и бегают куда быстрее человека. А она тут одна. И всё, что у неё есть, – тщательно упакованные в рюкзак складной нож и вилка! И котелок ещё.

Она не сразу решилась выбраться из кустов, а когда поняла, что зверь не собирается её преследовать, осторожно спустилась обратно к берегу. И рассмеялась от облегчения. Её смех напугал уток, которые с рассерженным кряканьем поднялись с воды, но Даше было всё равно. То, что она посчитала медведем, разглядывающим в воде рыбу, на поверку оказалось просто корягой. Ну и накрутила же она себя!

Даша покачала головой. Только она могла так сглупить и принять за медведя корягу. Узнает кто – точно засмеёт. Может, и неплохо, что она здесь пока одна.

Сейчас доберётся до следующей стоянки, где её наверняка уже ждут, поплачет немного и будет всюду ходить с инструктором. И помогать повару. А до кустиков – с Алиной. Просто на всякий случай. И пусть только попробуют её осуждать!

Мысленно Даша уже придумала, что скажет каждому, кто решит над ней посмеяться. Но все эти хлёсткие и даже в чём-то смешные фразы разом вылетели у неё из головы, когда она увидела яркое пятно ниже по течению.

Неужели кто-то… она даже про себя не могла высказать это предположение. Только вспомнила, как судорожно держалась за катамаран, боясь, что вылетит с него и захлебнётся. И никакой современный страховочный жилет ей не поможет!

Даша и думать забыла про свой страх поскользнуться и упасть в реку – горной козой она поскакала к заводи, не чувствуя тяжести рюкзака за спиной. У самой воды она облегчённо выдохнула.

Это был не человек. На отмель вынесло яркий и сильно потяжелевший от воды рюкзак.