Второй – хотя даже больше, почти что третий! – подъём занял у Даши куда больше времени. Она заметно устала, руки чудовищно ныли, и поэтому она не могла привязать верёвку и цепляться за неё или хотя бы волочь за собой один из рюкзаков. Второй рюкзак приходилось тащить на локте, и Даша шаталась от двойного веса, через каждый шаг останавливаясь, чтобы перевести дух.

Её грела мысль, что вскоре они истратят тушёнку, сварят густой суп с подсохшим щавелем, клевером и корешками лопуха. В книгах писали, что это всё съедобно. Даша же, сейчас больше, чем когда-либо, разбирающаяся в разнице между «съедобно» и «вкусно», уповала на то, что тушёнка и лапша спасут это варево. Зато они наконец-то поедят досыта. От голода уже кружилась голова, да и живот подводило так, что Даша не понимала, как человек способен несколько дней не есть. Может, не каждый человек, а какой-то конкретный? Потому что, даже грызя хлебцы, щавель и запивая нехитрый перекус густым горячим напитком, Даша всё равно хотела есть.

Теперь она бы не согласилась обсуждать еду с Кириллом. Это было бы слишком. Силы ей придавали лишь фантазии о похлёбке, которую они наконец приготовят. Казалось, что отвлечь от этой мысли её ничего не может. Что же, Даша снова была вынуждена признать, что ошиблась.

Втащив наконец рюкзаки на место планируемой стоянки, она испуганно огляделась. Она что, ошиблась с направлением? Это было несложно, ведь полянками небольшие участки в тайге назвать можно было с большой натяжкой. Вот только Даша точно помнила этот каменный останец, да и притоптанная трава свидетельствовала о том, что Кирилл был здесь.

«Медведь!» – сердце Даши стучало где-то в горле. Она бросила рюкзаки на землю и принялась судорожно искать нож. Непослушные пальцы долго боролись с застёжками и завязками, она не выдержала и отчаянно крикнула:

– Кирилл!

– Я тут! – откликнулся тот откуда-то сбоку, и Даша испытала небывалое облегчение вперемешку с раздражением. Вот что за шутки! Разве можно передвигаться с больной ногой в одиночку! И он ей ещё выговаривает насчёт царапин!

– Всё хорошо? – громко спросила она. Бежать сломя голову и проверять, так ли это на самом деле, не хотелось. Ей нужно было ещё поставить палатку, разжечь огонь, начать варить суп… Да и перекрикивания должны были отпугнуть диких зверей.

– Да, всё отлично! – крикнул ей Кирилл.

Успокоившись, Даша принялась за палатку. То ли были виноваты исцарапанные руки, то ли усталость и голод, но она чувствовала себя вымотанной и больной.

– Ничего, – бормотала она себе под нос. К счастью, с палаткой она справилась быстро, а вот с костром пришлось повозиться. Оглушённая встречей с астрагалом, Даша лишь сейчас вспомнила, что находится в заповедных местах, а значит, костёр разводить надо очень аккуратно, чтобы случайно не сжечь что-то реликтовое.

Для супа у неё была вода в бутылке, а недалеко от астрагала она видела тоненький ручеёк. Нужно было просто перелить воду в котелок и спуститься за ещё одной порцией. И лопуха накопать. Кто-то писал, что лопух надо вымачивать или заваривать в кипятке, кто-то утверждал, что печёный он почти как картофель. Даша собиралась проверить и ту и другую теорию.

Только чуть попозже. Вот сейчас она немного полежит на спальнике, передохнёт и…

…Даша открыла глаза, когда её окликнул Кирилл. Он сидел рядом, и Даша натолкнулась на его встревоженный взгляд.

– Всё хорошо? – почему-то шёпотом спросил он. Даша прислушалась к себе. Кажется, начинающаяся лихорадка отступила, только вот ломота в костях ещё была и горло…

– Хорошо, – прохрипела она и села. Она увидела лист лопуха в руках Кирилла и сразу вспомнила, что нужно накопать корней.

– Как твои руки? – уточнил Кирилл, а Даша одновременно с ним спросила:

– Как твоя нога?

– Лучше. – Кирилл уставился на свою ногу, словно видел её впервые. – Наступать я на неё боюсь, но отёк почти спал, и прыгать на одной ноге, хватаясь за ветки, или лежать и есть ягоды я могу.

Он протянул ей свёрнутый конусом лист лопуха. Даша ахнула: конус доверху был наполнен земляникой.

– Тут рядом полянка, – неловко пояснил Кирилл. – Земляники видимо-невидимо. Она ведь не из Красной книги, нет?

Обеспокоенность на его лице сменилась решимостью. Даша будто бы видела, как он говорит: «Редкая или нет, но мы её съедим».

– Нет. – Она замотала головой и осторожно взяла импровизированный свёрток из лопуха. – Обычная земляника. Только очень вкусная.

– Это точно, – Кирилл повеселел. – Я просто немного решил оглядеться. Ну, знаешь, чтобы мы не оказались рядом с утоптанной медведем полянкой. Я, конечно, хочу его увидеть…

– Молчи про медведя, пожалуйста, – попросила Даша. Теперь, когда голова болела меньше, она сполна почувствовала, как проголодалась, так что всю землянику высыпала в рот, пальцами подбирая упавшие раздавленные ягоды.

– Ну да, – послушался Кирилл. – В общем, я идти и стоять нормально не могу, а вот лежать и собирать – запросто.

Даша посмотрела на последние ягодки. Она должна была с ним поделиться, разве нет?

– Я уже поел, – словно угадав её мысли, смущённо произнёс Кирилл. – А потом для тебя собрал. Это витамины. Ну и вообще.

По его красным определённо не от земляники щекам Даша поняла, что он смутился. Ну как поняла. Сначала подумала, что у него снова температура, а потом сообразила.

– Надо корней лопуха накопать и сварить наконец суп, – вспомнила она.

Кирилл посмотрел на неё измученным взглядом.

– Давай сначала ягоды, а потом лопухи? – жалобно попросил он. – Может, и без лопуха пока справимся.

Ягод оказалось маловато. Даша почувствовала, что эти несколько горстей только раззадорили голод.

– Показывай, – попросила она. Оперлась на ладони и поморщилась от боли.

– Тебе надо смазать руки антисептиком, – не терпящим возражения тоном произнёс Кирилл. – Он есть в аптечке?

– Должен быть. – Даша нахмурилась. – Только давай сначала землянику, ладно? А то потом буду вонючими руками её собирать!

Земляничная поляна и впрямь оказалась неподалёку. Даша упала на колени, краем глаза наблюдая за тем, как Кирилл осторожно опустился на землю, уже привычно держа ногу на весу. Она легла на траву, срывая и отправляя в рот одну ягоду за другой. Даша на время даже забыла, что они посреди тайги, где-то совсем близко бродит медведь, а у них почти не осталось еды и нет связи.

Солнце пригревало, и теперь Даша прекрасно понимала, откуда взялась эта полянка: среди густых мрачных сосен нашлось местечко, куда, несмотря на все попытки леса скрыть каждый сантиметр земли, вопреки всему попадали лучи солнца.

Даша ползала на локтях, наплевав и на травы, среди которых могли оказаться редкие, и на грязную ветровку. Кирилл занял такое же положение, хоть и по совсем другой причине. Но он не шипел от боли, не ныл и не ругался. Он молчал, осторожно собирая землянику в рот. Молчание было уютным и таким спокойным, словно их вот-вот должны были найти.

Даше хотелось в это верить. Она столкнулась нос к носу с ползущим в её сторону Кириллом и улыбнулась. Так странно, ягодами обычно нельзя наесться, но сейчас она чувствовала, что голод притупился.

Она хотела сказать об этом Кириллу, но тот вдруг потянулся вперёд и неловко клюнул её в щёку.

Судя по тому, как расширились его глаза, он и сам от себя не ожидал такого.

– Прости, прости, я больше так не буду! – забормотал он, отползая по траве и сминая спелые земляничины. – У тебя на щеке просто был земляничный сок, а я… Я ничего такого не имел в виду, ты не думай!

У Даши в голове стоял туман. Она не понимала, как так он не будет? И что именно он не будет? Она держалась за щёку и хлопала глазами.

– Антисептик, – произнёс Кирилл, с трудом поднимаясь с земли с помощью палки. – Я его найду!

Даше понадобилось довольно много времени, чтобы осознать, о чём он говорит. Антисептик для ладоней. Точно. Ладони.

Она совсем про них забыла, хотя они всё ещё ныли. Теперь Даша думала о том, что на самом деле ждала поцелуя Кирилла. Давно ждала. Она не собиралась себя обманывать. Вот только поцеловал он её, когда она совсем не была к этому готова.

Не желая возвращаться к палатке и антисептику – да и как им теперь вообще спать в одной палатке?! Взял и всё испортил! – Даша отправилась на поиски хвороста. Погода стояла безветренная, и она сняла куртку, в который раз проверив, нет ли на ней клещей. Хотелось надеяться, что чем ближе они к вершине, тем меньше шансов столкнуться с клещами и медведями, но стоило признать: это была не вершина горы, так что и медведям, и клещам её желания были до лампочки.

Собрав сухие ветки для костра, Даша решила, что сейчас самое время попытаться разжечь сигнальный огонь. Жаль только, что её познания ограничивались тем, что надо кинуть в костёр еловые ветви. Но всё же лучше, чем ничего. Они же не просто в глухой тайге, а рядом с рекой и в охраняемой зоне. Дым точно кто-нибудь заметит!

– Нам нужно попробовать развести сигнальный костёр! – произнесла Даша, выходя к палатке. Кирилла нигде не было. Только на спальнике лежал тюбик с антисептиком.

Даша хотела окликнуть его, но потом передумала. Не может же он снова куда-нибудь свалиться! Может… отошёл по своим делам. Они же не сиамские близнецы, чтобы везде ходить вместе.

Даша подбросила хвороста в уже затухающий костёр, а сверху добавила несколько клочков травы. И подвесила наконец котелок для супа. Поднимающийся от травы дым щипал глаза, но думать об этом было поздно. Так что Даша сбрызнула руки антисептиком и уселась ждать, когда суп будет готов. Кирилл появился, когда Даша уже хотела отправляться на его поиски.

– Я подумал… – Он старался не смотреть на неё, волоча на плечах несколько еловых ветвей. – Нам бы дым попробовать повыше сделать.

Не успела Даша изумиться схожести их мыслей, как он привалился к дереву и, порывшись в карманах, вытряхнул на ладони грязные корни.

– Вот ещё! – торжественно произнёс Кирилл. – Лопухи. Как ты и хотела. Можно приготовить и пробовать.

Даша заглянула в котелок. На суп ушла банка тушёнки, остатки щавеля, две пачки лапши вместе со специями, и выглядел он довольно густым и наваристым.

– Знаешь, – осторожно начала Даша, чтобы не обидеть Кирилла. Она помнила, как сама пыталась вытащить корень лопуха, и это было не так просто, как могло показаться. А он принёс штук пять или шесть! – Мне кажется, нам пока хватит того, что я уже приготовила. Без лопухов. Но если ты хочешь…

Продолжить, что она может запечь корни отдельно, Даша не успела.

– Слава богу! – воскликнул Кирилл с таким облегчением, что Даша поняла: лопухи они будут пробовать, только если из еды вообще ничего не останется.