<В левом верхнем углу> На всякий случай сообщаю Вам летний адрес Гуля: ℅ Mrs. Norman Hapgood[1], Petersham, Mass.

Дорогой Марк Александрович,

На этот раз пишу Вам с небольшим опозданием не по своей вине.

Во-первых, Ваше письмо я получил с небольшим опозданием, так как я на несколько дней уезжал отсюда (мы здесь с 25^го июня). Во-вторых, потом Гуль получил мое письмо тоже с опозданием, так как он уезжал из того места, где он проводит лето, в гости к каким-то своим друзьям.

В-третьих, я и до сих пор не знаю, готова ли уже корректура «Бреда». Я ее, по крайней мере, пока еще не получил, а я просил Гуля прислать мне ее, как только она будет готова.

Во всяком случае, большой задержки быть не может. Я написал Гулю, чтобы он отправил Вам корректуру в 2^х экземплярах (если набор закончен) немедленно air mail и чтобы он заставил Раузенов закончить набор в спешном порядке, если они это еще не сделали.

Насчет годового отпуска Мозли я ничего не слышал. Сейчас он должен быть в Вермонте, т.<ак> к.<ак> он писал мне, что собирается переехать на свою «дачу» между 15^м и 20^м. Я ему теперь напишу и постараюсь выяснить вопрос об «урегулировании» Вашего архива.

37^ая кн.<ига> Н. Ж. уже вышла, и думаю, что Вы ее экземпляр теперь уже получили. Мне очень интересно, как Вы воспримете мои «Комментарии» к «Ульмской ночи»: найдете ли Вы, что я правильно Вас понял, и признаете ли законной мою попытку связать Вашу книгу с воспоминаниями Маклакова?[2]

Мы с Татьяной Николаевной здесь уже очень хорошо отдохнули, а я, кроме того, успел много прочесть, кое-что написать и уплатить часть из своих эпистолярных долгов. Недавно я подал в отставку как Chairman[*] Славянского отделения в Harvard’e, что избавляет меня от очень мне мешавшей административной работы. Это даст мне гораздо больше времени для других моих занятий. В конце будущего академического года, т.<о> е.<сть> в июне 1955 г.<ода>, мне надо было бы вообще уходить в отставку, т.<ак> к.<ак> <на полях по вертикали> я приближаюсь к «предельному возрасту». Но месяца два тому назад наш новый президент[3] предложил мне остаться еще на 2 года, т.<о> е.<сть> до лета 57‑го. Несколько поколебавшись (т.<ак> к.<ак> я, признаюсь, мечтал об отставке), я согласился по ряду соображений, включая финансовые. Мы оба шлем сердечный привет Вам и Татьяне Марковне.

Автограф. Подлинник. BAR. Mark Aldanov Papers. Box 36.