Дорогой Михаил Михайлович!

Я получил гранки Бунина, Зайцева, Яновского и стихов. Яновского послал автору. Бунина и Зайцева выправлю сам и отправлю Вам. А стихи, вероятно, отправлю Вам завтра без своей правки. «Истоки» уже сданы Раузену и наполовину набраны, но гранок я еще не получил.

Кстати, об «Истоках». Я предполагаю кончить роман не в 14‑ой книге, а в 13-ой, на сценах первого марта. В заключительных главах напряжение пропадает, и они, как я вижу, малопонятны без тех глав, которые я пропустил в предшествовавших отрывках, а сами по себе и малоинтересны. Лучше кончить на драматическом отрывке. Для журнала тут ущерба нет. Напротив, освобождается место[1]. В 14-ой книге мы можем дать большой отрывок из Зайцева. Конечно, будет и Бунин. А если Вы решите печатать Гуля и продолжение Яновского, то материала будет больше чем достаточно.

Марья Самойловна очень просит, если можно, 13-ую книгу подогнать к 304 страницам: она уедет в Лондон, урегулирует там свои денежные дела и тогда будет давать журналу оборотные средства. Так как нам не хватает иногда только оборотных средств, то, по ее мнению, с 14-ой книги никаких затруднений не будет, и тогда можно будет давать лист-другой лишний.

Вчера я завтракал у кн.<язя> Гуриелли (A. A. Gurielli)[2]. Без всякой просьбы с моей стороны, по своей инициативе, он предложил стать спонсором «Нового журнала», который очень ему нравится, и тут же вручил мне чек на двести долларов. Очень мило (добавьте к этому превосходный завтрак и изумительное бургонское). Он Ваш земляк (по Тифлису[3]). И мы решили, что, помимо обыкновенной квитанции, уже посланной Марьей Самойловной, надо ему написать письмо за Вашей и моей подписью. Если Вы ничего против этого не имеете, прилагаю на Ваше усмотрение текст. В случае Вашего согласия, пожалуйста, подпишите первый и отправьте. Адрес

<Без подписи. Возможно, не закончено>

Машинопись. Копия. BAR. Aldanov. Carbons 2.