Следующие две недели Аня училась входить в линию по своей воле. Наяву она садилась на пол в ванной, закрывала глаза и представляла бетонный коридор. Денис встречал её.

Он показывал, как чувствовать тени, как отличить безобидного застрявшего духа от хищника. Он учил её не дышать — в линии не было воздуха, только электричество.

— Хищник невидим, пока ты не поверишь в его страх, — объяснял Денис. — Он питается чужим страхом. Перестань бояться — и он ослепнет.

— Легко сказать.

— Ты умеешь. Ты выжила в моём теле, когда я ушёл. Это уже подвиг.

Аня усмехнулась.

— Ты стал философом в пустоте.

— Тут много времени думать.

Однажды, когда она уже собиралась просыпаться, он сказал:

— Аня, я хочу, чтобы ты знала: я не жалею. Обмен был правильным решением.

— Ты просто не хочешь признавать ошибку.

— Может быть.

Она проснулась со слезами на щеках. Метка пульсировала тепло — утешала.